Лента новостей

28 сентября 2020 г.
Полиция заплатит
«Российская газета»: Суд взыскал с МВД компенсацию за незаконный обыск у адвоката
24 сентября 2020 г.
Защита без помех
«Российская газета»: Кассационный суд запретил требовать от адвоката лишние документы
18 сентября 2020 г.
В Госдуме поддержали обязанность операторов блокировать сотовые в тюрьмах
«РИА Новости»: Блокировка мобильной связи в тюрьмах РФ поможет против преступлений заключенных

Мнения

Анна Здановская
25 сентября 2020 г.
Псковские адвокаты активно работают с молодежью
Адвокатская палата региона реализует ряд проектов по правовому просвещению молодежи и студентов

Интервью

Отказаться от ограничения права на кассацию
28 июля 2020 г.
Тамара Морщакова
Отказаться от ограничения права на кассацию
Заместитель председателя КС РФ в отставке Тамара Морщакова высказала мнение по поводу предложения ограничить право на кассационное обжалование приговоров сроком в два месяца

Найти баланс

13 мая 2020 г. 12:40

«Право.ru»: Каким будет онлайн-правосудие в России?


Развитие новых технологий позволит сделать правосудие в России доступным. Однако за видимыми преимуществами скрываются определенные минусы. Во-первых, далеко не все граждане сегодня являются уверенными пользователями современных девайсов. Во-вторых, может резко увеличиться нагрузка на суды: судиться будет проще, следовательно, исков станет больше. 11 мая в рамках онлайн-конференции «Правосудие Online: потрясение – отрицание – ...прорыв?» эксперты проанализировали достоинства и недостатки диджитализации правосудия. Федеральную палату адвокатов РФ представляли президент ФПА РФ Юрий Пилипенко и член Совета ФПА РФ, советник ФПА РФ Елена Авакян.

С одной стороны, традиции и правила процесса, а с другой – динамичное развитие современного общества и новые вызовы. На фоне стремительного развития онлайн-судов, ускоренного пандемией, юридическому сообществу и законодателю приходится разбираться, что такое правосудие. Первый вариант – услуга государства, отвечающая сегодняшнему запросу. Второй – часть культуры, которая должна оставаться неизменной.

На сегодня к системе онлайн-рассмотрения арбитражных дел подключено уже 19 судов, а на проведение дистанционных заседаний подано более 500 заявок только за две рабочие недели, рассказал модератор конференции – главный редактор «Право.ru» Борис Болтянский. Пандемия стала катализатором диджитализации. Но вопрос, как глубоко она должна проникнуть в судебную систему, пока остается открытым. Именно сегодня юридическое сообщество должно определить, какими будут ответы на него.

Онлайн-суды: динамика развития

Онлайн-суды помогают сторонам экономить силы, время и деньги, а в условиях пандемии они оказались фактически единственной возможностью сохранить нормально функционирующую судебную систему в стране. Россия оказалась в значительной степени готова к удаленной работе: диджиталицазия в нашей стране началась уже давно. Если в последние годы в юридическом сообществе звучали мнения о некотором торможении в направлении цифровых судов, то пандемия придала процессу нужную динамику.

Сегодня можно с уверенностью сказать, что в России работает электронное правосудие, считает Алексей Солохин, преподаватель факультета повышения квалификации судей Российского государственного университета правосудия, а до августа 2014 г. – советник управления публичного права и процесса ВАС РФ.

Благодаря последним нововведениям есть реальная возможность судиться и не вставать с офисного кресла. Можно осуществлять все процессуальные действия через интернет: знакомиться с аудиопротоколом, с материалами, участвовать в деле удаленно.

Что касается арбитражной системы, то возможность полного онлайна была заложена в систему, рассказал Алексей Пелевин, CEO PravoTech. Архитектура системы была спроектирована крупными блоками: судопроизводство, подача, движение дела, онлайн-ВКС. Все было запланировано изначально. Сегодня мы только открываем уже существующие функции. Развитие технологий сокращает транзакционные издержки. «Когда у сторон и судей нет необходимости куда-то добираться, ждать, тратить время на рутину, остается больший ресурс на качественное правосудие», – заявил эксперт.

Новые возможности, по словам Алексея Пелевина, встречают с энтузиазмом. Так, еще до пандемии почти 50% документов в арбитражные суды подавали онлайн, а в сегодняшних условиях эта цифра вырастет еще больше.

Доверяй, но проверяй

Нововведения неизбежно сформировали круг проблем. Первая из них – вопрос создания среды доверия в рамках онлайн-судов. Речь идет об идентификации участников процесса. Нужно ли это с учетом презумпции добросовестности и какие стандарты следует использовать – пока не до конца решенный вопрос.

Для того чтобы принять участие в заседании, сегодня не требуется квалифицированная электронная подпись. Достаточно авторизоваться через портал «Госуслуги», подтвердил Алексей Пелевин.

Вопрос об идентификации стоит и в законопроекте, который должен будет определить функционирование электронного правосудия. С момента начала его разработки документ изменился до неузнаваемости, сказала Елена Авакян, член Совета ФПА РФ, советник ФПА РФ, исполнительный директор НП «Содействие развитию корпоративного законодательства», советник АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры». Хотя прорывные идеи ушли, принцип возможности доступа к суду через открытые системы связи сохранился. Ситуацию усугубляет именно вопрос идентификации, считает эксперт: речь идет о предложенной обязательной биометрической идентификации для участников судебного процесса. Такой подход может усугубить проблему, которую и без того упоминают применительно к онлайн-судам. Это так называемое цифровое неравенство. «Развивается электронное правосудие, можно участвовать в заседании из дома, можно получить защиту из дома – это делает правосудие доступным, но только для тех, у кого есть знания, техника, программное обеспечение. А что делать остальным? Развитие электронного онлайн-правосудия повышает его доступность для одних, но снижает для других», – продолжил Алексей Солохин.

Того же мнения придерживается Елена Авакян: биометрия в суде вызывает у нее глубокий скептицизм. «Это не просто превращение судебной системы в элитарную. Можно по пальцам пересчитать физлиц, которые получат к ней доступ». Оборудование, позволяющее идентификацию, недоступно. Сама по себе система применяется в основном в банковском секторе, полагает она. Сейчас сложно себе представить последствия перехвата цифрового «аватара» человека или нарушений в системе учета биометрических данных, отметила эксперт. Елена Авакян убеждена, что идентификации через «Госуслуги» достаточно.

«Есть портал “Госуслуги”, но мы все усугубляем биометрией и низводим “Госуслуги” в степень неидентифицирующего приложения, которому система судов демонстрирует недоверие. Я надеюсь, что в стадии обсуждения законопроекта в Госдуме проблема будет исправлена. В противном случае, реальных изменений в электронном правосудии ждать не стоит», – подчеркнула советник ФПА РФ.

Помочь с доступностью могут почтовые сервисы, отметил Виктор Домшенко, руководитель отдела судебной защиты АО «Почта России». По его словам, «Почта России» подготовила законодательную инициативу по поводу юридически значимой корреспонденции в электронном виде через почтового оператора. «Если такая система вместе с иными составляющими электронного процесса будет работать, это поможет гражданам и судам и снизит издержки на судопроизводство в целом», – пояснил он.

Президент ФПА РФ Юрий Пилипенко коснулся обратной стороны ситуации, когда обратиться в суд оказывается слишком просто и дешево. «Доступность правосудия у нас – фетиш. Надо относиться более здраво к этому. Когда мы настаиваем на 100%-ном доступе к суду, мы получаем упрощенное судопроизводство. Когда судья отписывает по 15 дел в день, это ухудшает климат и качество. Я бы не преувеличивал эту опасность. Излишняя доступность правосудия делает его примитивнее», – констатировал он.

Процесс: «десакрализация» и гласность

Судьи, будучи консервативной частью сообщества, смотрят на процесс цифровизации судов с настороженностью, признал Алексей Солохин. Любые новшества могут повлечь нарушения прав в процессе. Тем не менее в целом они понимают важность электронного правосудия и готовы идти в ногу со временем, добавил он. По его словам, остаются вопросы, связанные с «десакрализацией» правосудия. Обсуждают, как вести себя на удаленке: можно ли обойтись без флага, герба или мантии и надо ли вставать при оглашении судебного решения.

Другой вопрос – открытость процесса, один из основных его принципов. Пока не совсем ясно, как именно обеспечить доступ к онлайн-заседанию. Трансляция в YouTube – это слишком, считают юристы, но и разрешительный порядок участия в открытом заседании –не лучшая идея. К тому же каналы связи должны быть безопасны в случае, если процесс закрытый. Например, речь идет о деле с участием несовершеннолетних.

Важно сочетать девиртуализацию правосудия с необходимостью соблюдения основных процессуальных прав, резюмировал Владимир Ярков, заведующий кафедрой гражданского процесса Уральского государственного юридического университета, Уральского отделения Исследовательского центра частного права имени С.С. Алексеева при Президенте РФ (РШЧП). В сегодняшней ситуации он отдельно отметил, что Верховный Суд воспользовался возможностью применить аналогию права и использовал потенциал кодексов, чтобы найти новые формы общения для участников процессов и не изменять законодательство.

«С появлением онлайн-правосудия встает вопрос подсудности: насколько такие строгие правила необходимы? Онлайн-правосудие может помочь равномернее распределять нагрузку между судами и судьями», – сказал Владимир Ярков.

Уголовное производство: онлайн не для всех

Эксперты-практики, говоря об онлайн-правосудии, считают, что возможность провести заседание онлайн в обычное время для сторон должно оставаться удобной опцией, но вовсе не обязанностью. Одна из причин – онлайн-процесс подходит в равной степени не для всех видов судопроизводства. Арбитражное судопроизводство, которое пришло из письменной процедуры, сегодня наиболее близко к цифровой трансформации. Банкротные юристы довольны процессом: Евгений Акимов, управляющий директор, начальник управления принудительного взыскания и банкротства департамента по работе с проблемными активами ПАО «Сбербанк», отметил существенную пользу от цифровых решений и необходимость большей формализации этой области. Например, на пользу банкротному производству пошел бы формализованный судебный акт или заявление в суд.

При этом уголовное судопроизводство должно наименьшим образом участвовать в цифровизации. По словам члена Совета ФПА РФ Елены Авакян, это производство «глаза в глаза», оно не призвано к переходу в «цифру», это в первую очередь «апелляция к милости судьи и человека». Такой процесс предполагает живое участие адвокатов, прокуроров, подлинную состязательность.

Президент ФПА РФ Юрий Пилипенко уверен, что все дела, в том числе и уголовные, необходимо перевести в электронный вариант. Причем уголовные дела должны параллельно находиться не только у следователя, но и в прокуратуре, что для последней означает дополнительные полномочия. Это позволило бы усилить роль прокуратуры в уголовных делах, отметил он. «Любая цифровизация потребует не только изменения регламентов. Придется задуматься о внесении поправок в кодексы, что позволит соблюсти права участников сторон», – резюмировал президент ФПА РФ.

Одна из проблем удаленки – возможность давления на свидетелей и подсудимого. Даже сегодня у юристов нет уверенности, что их подзащитный свободен в показаниях при участии в ВКС из СИЗО. Другой сложный момент – адвокатская тайна. «Я не уверен в тайне даже в закрытом офисе с выключенными телефонами», – цитирует французского коллегу Елена Авакян. В России же, по ее словам, адвокатская тайна обеспечивается недопустимостью определенного вида доказательств, но, учитывая более чем свободное отношение обвинения к этому вопросу, в России рассчитывать на это не стоит. О том, какая проблема возможна на практике, говорит Татьяна Стукалова, сопредседатель КА «Регионсервис». «Часто адвокату необходимо попросить в определенной ситуации объявить перерыв и поговорить с клиентом, подсказать ему что-то или спросить информацию. Но в онлайн-процессе адвокат и подзащитный ограничены рамками», – приводит она пример.

«Электронный документооборот должен присутствовать. “Досудебка” должна происходить в рамках онлайн-правосудия. С остальным не надо торопиться. Законодатель должен прислушаться к практикам, чтобы избежать нарушения прав граждан. Значим и вопрос этики судей. Возможно, хорошо, что неограниченное число лиц увидит, как на самом деле происходят заседания. Но все может перейти в формальность со стороны судей, что лишит нас состязательности», – сообщила Татьяна Стукалова.

В некоторых странах вопрос уже решается. Так, в Великобритании ведется параллельная разработка системы, которая позволит адвокату и клиенту общаться по защищенной линии вне основного взаимодействия в процессе.

В России тоже разрабатывают систему для адвокатов – речь о Комплексной информационной системе адвокатуры (КИС АР), рассказала советник ФПА РФ Елена Авакян. По ее словам, это путь к цифровизации адвокатуры, что позволит сделать адвокатов доступными 24/7. Первый этап системы – распределение дел между адвокатами по назначению. Планируется создание федерального реестра адвокатов, который будет взаимодействовать с госреестрами и обеспечивать информацию об адвокате, его статусе. По словам Авакян, в системе запланированы личные кабинеты адвокатов, через нее будут осуществляться деятельность адвокатов, онлайн-процесс, система электронной подписи, которая позволит идентифицировать адвоката онлайн.

Симбиоз в процессе

По словам Татьяны Стукаловой, речь должна идти скорее о симбиозе онлайн-суда и очного правосудия. Как именно должен происходить симбиоз, описал Юрий Пилипенко. Президент ФПА РФ выразил уверенность, что онлайн-режим абсолютно необходим для подготовительной стадии процесса: в «цифру» должна уйти подготовительная стадия судопроизводства, чтобы стороны могли пообщаться очно, когда все готово. «Если говорить о цифровизации правосудия, надо перевести подготовительную стадию суда – предварительное разбирательство – в режим видеоконференций. Тогда появится возможность рассмотреть дело по существу в одно не слишком долгое заседание. Нужны организационные меры и изменения процесса. Это помогло бы не убить очное судопроизводство, но внедрить методы цифрового правосудия в жизнь», – указал глава ФПА РФ.

С таким подходом согласен Константин Гричанин, заместитель директора Департамента судебной практики ПАО НК «Роснефть». По его словам, это уже реализовано в ряде развитых юрисдикций – например, в США. «Онлайн-правосудие касается подготовительной части, которая и должна упрощаться и быть более доступной. Она съедает много времени и сил, и именно эта часть процесса должна разгружаться», – убежден эксперт.

Но что касается самого рассмотрения дела по существу, то здесь отношение к обязательному переносу в онлайн у юристов скорее отрицательное. Константин Гричанин считает, что это превращает процесс в своего рода упрощенное производство, и при стабильной ситуации и наличии альтернативы рассматривать дела по существу надо очно: «Непосредственность, гласность, состязательность могут работать только так, как это заложено, только тогда мы говорим о правосудии, а не о госуслуге».

Начальник правового управления дирекции по юридическим вопросам ПАО «ГТЛК» Галина Виленская также убеждена, что только непосредственное участие в процессе при рассмотрении дела по существу позволяет выявить тонкие аспекты, которые невозможно до конца понятно изложить в письменных ходатайствах.

Впрочем, вероятно, что юристам все же придется этому научиться. Выхолащивается устная часть судопроизводства в пользу письменной, признал глава ФПА РФ Юрий Пилипенко: «Электронное правосудие закроет эру адвокатов-трибунов, адвокатов, которые могут ярко выступать. Даже для арбитражного процесса это имеет значение».

«Наступит эра юристов, которые умеют коротко доходчиво писать тезисы для суда. С этим у нас не все хорошо – мало адвокатов, которые могут изложить позицию на 2–3 листах – обычно это 15–20 страниц. Это отдельный вызов, на который придется реагировать», – сказал Юрий Пилипенко.

Сохранить незыблемые принципы

В рамках онлайн-конференции немало говорили и о том, как в онлайн-процессах добиться соблюдения классических правовых принципов, той же гласности. По словам Михаила Шварца, профессора кафедры гражданского процесса СПбГУ, управляющего партнера АБ «Шварц и Партнеры», на практике процент дел, которые заинтересуют общественность, небольшой. А новая реальность и вовсе заставляет общество иначе посмотреть на постулаты, которые действуют уже несколько веков, добавил эксперт.

Да и плюсы от технологий выглядят достаточно противоречивыми. С одной стороны, дистанционный процесс дешевле обычного, когда юристам не надо ехать на заседание в далекий регион. Но с другой – дороговизна процесса – это хороший фильтр, который сокращает число дел в судах, заметил Михаил Шварц: «С развитием онлайн наши суды могут испытать дополнительную нагрузку на себе».

При этом важно понимать, что суд – это услуга по разрешению споров, которая может быть оказана не только в специальном здании. Нам не обязательно приходить в храм, чтобы Бог нас услышал, метафорично сравнил партнер лондонского офиса фирмы «Bryan Cave Leighton Paisner» (Russia) LLP Роман Ходыкин. Так и с правосудием.

Источник – «Право.ru».

Поделиться