Лента новостей

26 апреля 2019 г.
Моральный вред поставят на материальную основу
Судам будет труднее занижать суммы компенсаций за ущерб здоровью и жизни
22 апреля 2019 г.
Минюст России не отказался от Концепции
Ведомство по-прежнему видит адвокатуру площадкой для объединения всех лиц, оказывающих квалифицированную юридическую помощь
19 апреля 2019 г.
Молдавия подпишет совместную Хартию адвокатских принципов юристов СНГ
Об этом стало известно на IX Всероссийском съезде адвокатов

Мнения

Всего три года…
Об истории организации конференции «Традиции и новации в адвокатуре»

Интервью

О Вестнике ФПА РФ
18 апреля 2019 г.
Геннадий Шаров
О Вестнике ФПА РФ
Интервью у Геннадия Шарова берет руководитель Департамента информационного обеспечения ФПА РФ Мария Петелина

Само по себе примирение ничего не предопределяет

28 февраля 2019 г. 17:05

Вопрос об освобождении от ответственности по существу произвольно решается дознавателем, следователем или судом


Большинство обвиняемых могут примириться с потерпевшими и рассчитывать на прекращение уголовного преследования. Такая «сделка» выгодна всем участникам конфликта. Однако на практике выплата даже миллионных компенсаций не гарантирует освобождение от ответственности. В ФПА РФ считают, что такая практика негативно сказывается на эффективности этого необходимого процессуального института. Но нередко суды и удовлетворяют такие пожелания потерпевшего о примирении.

Действующий Уголовный кодекс РФ предоставляет право на примирение ранее не судимым, уличенным в совершении преступлений небольшой или средней тяжести. Обвиняемый должен загладить причиненный потерпевшему вред и получить его согласие. Но при выполнении всех условий суд или следователь вправе отказать в прекращении уголовного дела, а в лучшем случае – экс-подозреваемый остается «псевдоосужденным». Конкретные способы «заглаживания вреда» законодательством не определены. Согласно разъяснениям Верховного Суда России, для этого требуется возместить ущерб, а также принять иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Компенсация возможна как в натуральном виде (например, предоставление имущества взамен утраченного, ремонта или исправления поврежденной собственности), так и в денежной форме – выплата стоимости имущества, расходов на лечение и т.д. Частью возмещения признается также принесение извинений и оказание помощи (в организации того же лечения и иной форме). «Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим», – констатируют служители Фемиды.

Такие нормы стимулируют обвиняемых как можно раньше начать договариваться и еще на этапе следствия ходатайствовать о прекращении уголовного дела. Правда, в отсутствие каких-либо критериев оценки ущерба при ведении таких переговоров не исключается и шантаж со стороны потерпевших: формально они могут за согласие на примирение потребовать хоть миллиард. Причем, в отличие от гражданского права, уличить таких граждан в злоупотреблениях будет невозможно.

Однако даже подписание сторонами соглашения о примирении и активная поддержка со стороны потерпевшего чаще всего ничего не гарантируют. Ведь Уголовно-процессуальный кодекс РФ по существу предусматривает «автоматическое» прекращение преследования только по так называемым делам частного обвинения, в которых потерпевший сам обращается в суд и выступает по существу в роли обвинителя. Эти дела рассматриваются мировыми судьями и касаются умышленного причинения легкого вреда здоровью, нанесения побоев и непубличной клеветы.

Во всех остальных ситуациях вопрос об освобождении от ответственности по существу произвольно решается дознавателем, следователем или судом, а само по себе примирение ничего не предопределяет. По мнению Конституционного Суда России, в таких случаях все зависит от усмотрения соответствующего органа или должностного лица. При этом он должен «не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований, а принять соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния, личность обвиняемого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность», – отмечается в определении высшей инстанции. Также служителям Фемиды предписывается оценивать «наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего», изменение степени общественной опасности совершившего преступление лица после примирения и другие факты.

Справка

Ежемесячно российские суды рассматривают в среднем 73 000 уголовных дел, в том числе 13 500 (18,5%) по преступлениям небольшой и средней тяжести, чуть больше 1000 (1,5%) – частного обвинения. По примирению прекращается почти 15% от общего количества дел или 80% от допустимых.

По мнению советника Федеральной палаты адвокатов Нвера Гаспаряна, право о примирении играет очень важную морально-этическую роль в российском уголовном процессе. «Когда подсудимый и потерпевший примирились, последнему полностью возмещен причиненный вред и принесены извинения – значит, цель уголовного судопроизводства достигнута: потерпевший получил моральное и материальное удовлетворение, а обвиняемый, пережив все ограничения и лишения, все же избежал судимости. «”Блаженны миротворцы...”, как говорится в Писании», – высказался эксперт.

В связи с этим кажется странным, когда после примирения суд и прокурор препятствуют прекращению дела, поскольку это их право, а не обязанность, уточнил Нвер Гаспарян. «Такая практика негативно сказывается на эффективности этого необходимого процессуального института. Но нередко суды и удовлетворяют такие пожелания потерпевшего. Как правило, так называемое примирение оформляется заявлением со стороны потерпевшего о полном возмещении причиненного ему вреда и последующим письменным ходатайством стороны защиты о прекращении уголовного дела. Если суд все же отклоняет такое ходатайство, факт добровольного возмещения ущерба должен учитываться как смягчающее наказание обстоятельство», – сказал он.

Независимая оценка ущерба, как правило, не делается. В такой ситуации потерпевший определяет необходимую сумму. В свою очередь, обвиняемый, в силу своего уязвимого положения и с целью желаемого освобождения от преследования, вынужден согласиться, указал Нвер Гаспарян.

Источник публикации: http://legalpress.ru/view/1828

Поделиться