Лента новостей

24 октября 2020 г.
Защищая права и интересы детей
Адвокатам рассказали об особенностях защиты прав несовершеннолетних и перспективах развития законодательства, регулирующего семейные правоотношения
24 октября 2020 г.
Новые правила апелляции и кассации
Адвокатам рассказали о новеллах, касающихся проверки и пересмотра судебных актов в цивилистических процессах
23 октября 2020 г.
Необходимо дополнительно продумать механизм определенных гарантий прав граждан
В Государственной Думе ФС РФ обсудили поправки в Федеральный закон «О полиции», внесенные Правительством РФ

Мнения

Сергей Макаров
23 октября 2020 г.
Гром медиации, раздавайся!
Законопроект среди ясного неба

Интервью

Репутацию адвоката нужно зарабатывать постоянно
22 октября 2020 г.
Евгений Галактионов
Репутацию адвоката нужно зарабатывать постоянно
Первого оправдательного приговора Евгений Галактионов добился, будучи стажером и участвуя в процессе по назначению

Риск утраты процессуального документа

23 сентября 2020 г. 16:53

Сахалинского адвоката хотят привлечь к уголовной ответственности из-за порванного протокола


Как стало известно «АГ», в отношении адвоката Сахалинской адвокатской палаты (САП) Александра Кулешова возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 294 УК РФ «Воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования». По версии следствия, защитник порвал протокол допроса обвиняемого, который сознался в совершении инкриминируемого преступления, после окончания следственного действия. В свою очередь, адвокат отрицает версию правоохранителей и утверждает о нарушении собственных профессиональных прав в ходе оказания квалифицированной юридической помощи своему доверителю. Президент САП Максим Белянин сообщил, что палата окажет всяческую помощь адвокату в рамках допустимых уголовно-процессуальным законом мер.

Инцидент по версии адвоката

Как рассказал «АГ» Александр Кулешов, 28 декабря 2019 г. он был назначен защитником обвиняемого в содействии террористической деятельности гражданина Узбекистана К., в уголовном деле которого уже сменилось два защитника. Позвонив одному из своих предшественников, адвокат узнал, что следователь подолгу беседовал с подзащитным наедине, склоняя к даче признательных показаний.

По словам адвоката, после вступления в дело он изъявил намерение ознакомиться с его материалами, что вызвало негодование у старшего следователя следственного отдела УФСБ по Сахалинской области Игоря Эрдниева, который поначалу отказывался предоставить запрашиваемые документы. 23 января, сообщил Александр Кулешов, он получил постановление следователя об удовлетворении его ходатайства об ознакомлении с материалами уголовного дела. При этом следователь пригласил его для участия в допросе обвиняемого, который был запланирован на 24 января, но адвокат возразил, что не может участвовать в этом следственном действии, не зная деталей уголовного дела.

В день проведения допроса Александр Кулешов встретился с К., который рассказал о том, в чем он обвиняется, и сообщил, что ему обещали, что наказание будет минимальным, если он признается хоть в чем-то. По словам адвоката, Игорь Эрдниев слушал весь разговор, а на замечание о противоправности этого ответил, что тот может обжаловать его действия.

В ходе допроса обвиняемого, в котором принимала участие переводчица И., как пояснил Александр Кулешов, следователь не разрешил ему использовать диктофон, несмотря на возражения о незаконности такого запрета. По словам защитника, само следственное действие длилось не более 5 минут и напоминало инсценировку, в ходе которой К. читал какой-то текст по бумажке, переводчица якобы переводила, а следователь не заполнял протокол допроса, но занимался другими делами.

После окончания допроса Александр Кулешов стал вносить замечания в протокол. По его словам, следователь потребовал отдать документ. «Я сказал ему, что еще не закончил работу с документом, что когда закончу, то все ему отдам. Тогда следователь встал справа от меня и начал вырывать у меня документ целиком, я же удерживал проект протокола. Следователь, схватив листы, за исключением последнего, дернул их у меня из рук и, вырывая, порвал, – сообщил защитник. – Как конкретно были порваны листы, я не видел, так как вскочил из-за стола, затем между мной и следователем началась словесная перепалка. Так, следователь Эрдниев начал кричать: “Что ты сделал и что теперь делать?”, на что я ему ответил буквально следующее: “Ничего страшного, не нужно было дергать, когда я работаю с документами. Я еще не закончил заполнение документа, и нечего его у меня вырывать”».

После этого, пояснил адвокат, следователь попросил его выйти и ожидать в коридоре, что защитник и сделал, при этом вскоре в кабинет вошел еще один сотрудник ФСБ. Когда его вновь пригласили в кабинет, по словам защитника, следователь включил камеру на телефоне и начал расспрашивать у коллеги подробности того, как адвокат порвал протокол. «Я в это время сказал: не советую вам давать ложные показания. В коридоре находится видеокамера, которая зафиксировала, когда вы сюда зашли и что вас тут не было в то время, когда следователь Эрдниев порвал протокол. После моих слов коллега Эрдниева ничего не стал говорить на камеру, а следователь прекратил запись», – пояснил защитник.

Со слов Александра Кулешова, когда он сфотографировал порванный протокол на свой телефон, следователь с ругательствами выбил его из рук. Защитник добавил, что впоследствии его выпустили из здания УФСБ только после его звонка дежурному этого ведомства с сообщением о незаконном удержании.

27 января адвокат обратился с сообщением о преступлении в 318-й военный следственный отдел СКР, который впоследствии отказал в возбуждении уголовного дела. Далее следователь отвел адвоката от участия в деле, защитник обжаловал это в порядке ст. 125 УПК РФ, но судья не принял жалобу, ссылаясь на то, что адвокат уже не является защитником по делу.

В отношении адвоката возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 294 УК РФ

18 мая, как пояснил Александр Кулешов, ему позвонил следователь СК по Сахалинской области и сообщил, что в отношении адвоката возбуждено уголовное дело. В постановлении о возбуждении уголовного дела (есть у «АГ») отмечалось, что адвокат уничтожил протокол допроса обвиняемого путем разрыва 6 листов документа, содержащих признательные показания, на отдельные части. «Таким образом, имеются достаточные данные, указывающие на наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 294 УК РФ, что в соответствии с ч. 2 ст. 140 УПК РФ является основанием для возбуждения уголовного дела», – указано в документе.

О возбужденном уголовном деле Александр Кулешов сообщил в САП, куда также поступило представление регионального управления Минюста (есть у «АГ») о возбуждении в отношении адвоката дисциплинарного производства. По мнению ведомства, попытка уничтожения протокола допроса обвиняемого как доказательства по уголовному делу влечет за собой риск утраты процессуального документа и может расцениваться как воспрепятствование всестороннему, полному и объективному расследованию дела. «Избранный адвокатом Александром Кулешовым способ исполнения поручений по защите прав и интересов обвиняемого К. не может быть расценен в качестве добросовестного, квалифицированного исполнения адвокатом своих обязанностей и являться допустимым средством защиты», – отмечалось в представлении.

Впоследствии адвокат обжаловал постановление о возбуждении уголовного дела в Южно-Сахалинский суд, ссылаясь на нарушение сроков процессуальной проверки, которая длилась три с половиной месяца вместо положенных по закону 30 суток. Тем не менее суд отказал в удовлетворении жалобы, Сахалинский областной суд 18 сентября поддержал это решение.

Адвокатская палата обратилась в региональные прокуратуру, СК и ФСБ

В дальнейшем президент Сахалинской адвокатской палаты Максим Белянин направил обращение (есть у «АГ») на имя прокурора Сахалинской области, руководителей региональных УФСБ России и регионального СУ СК РФ.

Он, в частности, отметил, что уголовное дело в отношении следователя по сообщению о преступлении адвоката не возбуждено, что исключает возможность проведения очной ставки между последним и К. Максим Белянин указал, что в данном случае усматривается нарушение прав Александра Кулешова, поскольку рапорт, составленный по сообщению следователя Эрдниева об уничтожении материалов уголовного дела, проверяется в полной мере, а заявление адвоката о незаконных действиях Эрдниева рассматривается без максимального использования всех процессуальных способов сбора доказательств.

Президент палаты предположил, что следствие оказывало давление на подзащитного адвоката, поэтому все принимавшие участие по делу К. защитники являлись потенциальной помехой для правоохранителей, поскольку они действовали сугубо в рамках закона и разъясняли обвиняемому право отказаться от дачи показаний, несмотря на настойчивые требования силовых ведомств дать показания против себя. Соответственно, в такой ситуации усматриваются признаки состава преступления – понуждения к даче показаний. «При такой ситуации становятся очевидны и понятны возмущения Эрдниева действиями адвоката Александра Кулешова, который после допроса и признательных показаний обвиняемого начал вносить в протокол замечания, неугодные следователю. Полагаем необходимым дать правовую оценку в этой части действиям следователя Эрдниева в рамках расследуемого уголовного дела и материала проверки по заявлению Александра Кулешова», – указано в обращении.

Максим Белянин со ссылкой на показания свидетеля И. добавил, что протокол допроса обвиняемого не был оформлен до конца, поэтому в силу ст. 83 УПК РФ данный документ не может являться допустимым доказательством в уголовном деле в отношении адвоката. «Как следствие, повреждение данного протокола, не имеющего юридической силы, любой из сторон не образует состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 294 УК РФ, – подчеркнул он. – Кроме того, протокол не сожжен, полностью и даже частично не уничтожен, а только порван. Следовательно, не утрачен полностью, повреждение протокола следственного действия в форме разрыва не делает его недопустимым или утраченным доказательством по делу и не влияет на процесс досудебного сбора доказательств или доказывание вины обвиняемого. Даже в разорванном виде он читаем и все данные в нем можно разобрать».

Президент САП пояснил, что следователь не оформил протокол до конца в соответствии с нормами и требованиями УПК РФ, а прервал следственное действие, не вызвав переводчика для полного оформления протокола. «Кроме того, отсутствуют какие-либо доказательства того, что целью лица, порвавшего протокол допроса обвиняемого от 24 января 2020 г., было вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность следователя в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела. Протокол можно было распечатать, адвокат и обвиняемый были в кабинете следователя, и ничто не препятствовало вызвать переводчика и закончить следственное действие в соответствии с нормами УПК РФ. Таким образом, в действиях лица, порвавшего протокол, в любом случае отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 294 УК РФ», – отмечено в обращении. Максим Белянин попросил учесть изложенные факты в целях прекращения уголовного дела в отношении Александра Кулешова ввиду отсутствия в действиях последнего инкриминируемого состава преступления.

Комментарии адвоката, его защитников и президента САП

Максим Белянин сообщил «АГ», что Квалификационная комиссия палаты отложила рассмотрение дисциплинарного производства в отношении Александра Кулешова, так как она не правомочна установить наличие в действиях адвоката состава преступления, поскольку это входит в компетенцию правоохранительных органов. «С момента обращения адвоката в палату была проведена встреча с членами Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов САП. К защите коллеги приступил адвокат, член Совета палаты и председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов Сергей Протопопов. Наша палата окажет всяческую помощь адвокату в рамках допустимых уголовно-процессуальным законом мер», – отметил он.

В комментарии «АГ» Александр Кулешов назвал надуманным и необоснованным его уголовное преследование. «У меня не было умысла на совершение инкриминируемого мне деяния, так как я написал полторы страницы замечаний к протоколу допроса не для того, чтобы его порвать на глазах следователя. Для меня было важным, чтобы мои замечания дошли до прокурора и суда. Именно следователь воспрепятствовал исполнению мной профессиональных обязанностей адвоката: он не предоставил мне материалы уголовного дела моего подзащитного для ознакомления, я не знал сути этого дела и в чем обвиняется мой доверитель. И после всего этого он вырывал у меня протокол допроса обвиняемого. 28 сентября мне собираются предъявить обвинения», – рассказал он.

Защитник Александра Кулешова, Олег Решетник, полагает, что в уголовном деле нарушены процессуальные сроки доследственной проверки. «Южно-Сахалинский городской суд и Сахалинской областной суд признали законным постановление о возбуждении уголовного дела, несмотря на доводы защиты. После получения копии решения областного суда будет подготовлена кассационная жалоба. Хотелось бы акцентировать внимание на тот факт, что, по версии следствия, Кулешов умышленно уничтожил протокол допроса своего подзащитного в целях воспрепятствования расследованию по делу, однако данный довод опровергается простой человеческой логикой. Так, адвокат по окончании следственного действия записал замечания на протокол допроса объемом в полтора стандартных листа, а после проделанной работы он якобы сам “пытался уничтожить” свои труды», – подчеркнул он.

Адвокат Сергей Протопопов считает, что имеется достаточно оснований для прекращения уголовного дела в отношении адвоката ввиду отсутствия состава преступления в его действиях и фактически события преступления: «Однако следователь, осуществляющий предварительное следствие, уведомил меня и моего подзащитного о необходимости явиться на следующей неделе для предъявления обвинения Александру Кулешову».

По словам защитника, все адвокатское сообщество Сахалинской области возмущено возбуждением этого уголовного дела и следит за дальнейшим развитием событий, так как любой из адвокатов неоднократно был свидетелем того, что после распечатывания протокола следственного действия и до подписания его всеми участниками документ из-за установленных в нем любым участником ошибок и неточностей разрывался и переделывался на месте. «И эти действия не расценивались как незаконные, образующие состав уголовного преступления», – отметил Сергей Протопопов.

Зинаида Павлова

Поделиться