Лента новостей

29 июля 2021 г.
Приговор явился следствием преследования адвоката за его позицию по делу
Мособлсуд оставил в силе обвинительный приговор адвокату, осужденному за клевету на судью
28 июля 2021 г.
Скорбная весть
Ушла из жизни член Совета ФПА РФ, президент АП Архангельской области Любовь Коростелева
27 июля 2021 г.
Пообщались и выработали подходы к решению серьезных проблем
Опубликован фильм о работе Южного форума адвокатов «Адвокатура в эпоху глобальных перемен»

Мнения

Алла Токманева
22 июля 2021 г.
Социально важное и нужное для общества дело
О развитии государственной системы бесплатной юридической помощи в Брянской области

Интервью

Чему не учат в вузах
22 июля 2021 г.
Максим Семеняко
Чему не учат в вузах
Санкт-Петербургский институт адвокатуры специализируется на прикладной тематике

КС принял постановление по предмету, указанному в обращении адвоката

22 июля 2021 г. 12:52

«Адвокатская газета» опубликовала комментарии к выводам КС РФ, закрепившего фиксацию досмотра при входе или выходе из СИЗО


Ранее Конституционный Суд РФ указал на невозможность для адвоката отказаться от личного досмотра, однако подчеркнул, что досмотр должен фиксироваться письменно либо посредством видеозаписи, которая хранится в течение срока, отведенного на его судебное обжалование. Председатель Комитета Совета Федерации ФС РФ по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас назвал важным то, что теперь у адвокатов будет материал, с которым они смогут обжаловать действия должностных лиц в суде. «Вопрос о процессуальном статусе сторон обвинения и защиты не являлся предметом рассмотрения Конституционного Суда, – добавил он. – Более того, как отметил Конституционный Суд, вопрос о нарушении своих прав в данном аспекте заявитель в жалобе не ставил».

Как сообщалось ранее, 20 июля Конституционный Суд провозгласил Постановление № 38-П/2021, в котором указал, что в соответствии с ч. 6 ст. 34 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» можно проводить досмотр вещей и одежды адвоката, но только с фиксацией оснований, хода и результатов досмотра. Постановление было вынесено по жалобе адвоката филиала ННО «Коллегия адвокатов РТ» «Адвокатский центр г. Бугульма» Рамиля Идиятдинова, который подвергся личному досмотру в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Татарстан: сотрудник учреждения увидел в кармане брюк адвоката что-то похожее на телефон. Рамиль Идиятдинов попросил составить протокол досмотра, но получил отказ.

Читайте также:
Предусмотреть возможность фиксации оснований, хода и результатов досмотра
КС РФ указал, что адвокат не может отказаться от личного досмотра при входе или выходе из СИЗО

Конституционный Суд РФ указал, что адвокат, направляясь в исправительное учреждение для выполнения профессиональных обязанностей, при прохождении КПП обязан предъявить по требованию сотрудников для осмотра предмет, на который среагировали специальные технические средства или который замечен визуально. Такое требование необязательно связано с подозрением в попытке проноса запрещенных предметов: оно может быть продиктовано, например, неопределенностью сигналов (изображений), генерируемых техническими средствами. При этом, если такое требование предъявляется непосредственно на КПП и не встречает возражений адвоката, нет оснований рассматривать его как выходящее за пределы обычного прохождения досмотра с использованием технических средств при входе в СИЗО или выходе из него.

Соответственно, отметил КС РФ, необходимость письменной фиксации оснований и хода досмотра возникает только в случае обнаружения предметов, запрещенных к проносу на территорию учреждения или выносу с территории, поскольку это может повлечь для лица неблагоприятные правовые последствия, в том числе ответственность на основании закона.

Иную правовую природу, заметил КС РФ, имеет досмотр вещей и одежды адвоката, который осуществляется в связи с подозрением в попытке проноса им запрещенных предметов, веществ и продуктов питания. Это подозрение может возникнуть по результатам контроля с помощью технических средств при входе (выходе) с режимного объекта, путем визуального наблюдения, а также на основе другой информации, причем как непосредственно при прохождении КПП, так и в других помещениях следственного изолятора. Такой досмотр может проводиться и вне зависимости от согласия досматриваемого.

«У адвоката в этом случае может не быть альтернативы: подвергнуться досмотру и продолжить посещение учреждения или отказаться от прохождения досмотра и покинуть его», – указал КС РФ. В постановлении отмечается, что досмотр при выходе из СИЗО обязателен в любом случае и не предполагает возможности адвоката решать, проходить такой досмотр или нет, поскольку после выполнения профессиональной задачи он должен покинуть изолятор. Следовательно, в целях защиты прав адвокатов должна быть предусмотрена возможность фиксации оснований, хода и результатов досмотра.

КС РФ добавил, что альтернативой письменному документированию может быть хранение видеозаписи досмотра вещей и одежды – как минимум в течение срока на судебное обжалование законности досмотра – и предоставление ее копии адвокату по его требованию в течение указанного срока.

Таким образом, Суд признал ч. 6 ст. 34 Закона о содержании под стражей соответствующей Конституции. При этом он обратил внимание, что законодатель не лишен возможности более подробно урегулировать проведение досмотра в отношении лиц, посещающих СИЗО.

Читайте также:
Спорная норма
КС РФ решит, соответствует ли Конституции досмотр адвоката в СИЗО без составления протокола

Председатель Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас в комментарии «АГ» отметил, что доводы, изложенные в отзыве и озвученные в ходе заседания 29 июня, полностью совпадают с позицией Конституционного Суда РФ по данному делу. «Реализация адвокатом права встречаться со своим подзащитным не означает посещение им следственного изолятора без соблюдения соответствующих режимных требований, которые призваны обеспечивать безопасность всех лиц, находящихся на территории учреждений уголовно-исполнительной системы. С одной стороны, законом гарантируется право защитника на свидание с его подзащитным, находящимся в СИЗО, с другой стороны, устанавливаются правила доступа, специфичные для мест изоляции подзащитных», – подчеркнул он.

Стоит отметить, что в ходе рассмотрения жалобы Андрей Клишас активно выступал за дифференцированный подход к адвокатам и следователям при допуске в СИЗО. На вопрос о том, как тогда обеспечить состязательность процесса и равный процессуальный статус сторон, сенатор ответил: «Вопрос о процессуальном статусе сторон обвинения и защиты не являлся предметом рассмотрения Конституционного Суда. Более того, как отметил Конституционный Суд, вопрос о нарушении своих прав в данном аспекте заявитель в жалобе не ставил. Представители заявителя, ФПА и Правительства заявили в ходе заседания, что оспариваемая норма не соответствует Конституции РФ в той мере, в какой устанавливает различия в проведении досмотра в отношении адвокатов и лиц, в производстве которых находятся уголовные дела подозреваемых и обвиняемых, а это уже изменение предмета рассмотрения. Моя позиция основана на необходимости соблюдения норм Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации” о принятии постановления только по предмету, указанному в обращении, и лишь в отношении той части акта или компетенции органа, конституционность которых подвергается в обращении сомнению».

По мнению Андрея Клишаса, важно то, что теперь у адвокатов будет материал, с которым они смогут обжаловать действия должностных лиц в судебном порядке.

Адвокат, член Комиссии по защите прав адвокатов АП Московской области Татьяна Сустина считает, что, с одной стороны, любая, хоть и небольшая победа в области защиты прав адвокатов не может не радовать. С другой, устанавливая необходимость документальной фиксации досмотра по желанию адвоката, КС РФ более подробно, чем в Определении от 6 марта 2008 г. № 428-О, остановился на ограничениях прав адвокатов, добавив конструктивное разъяснение о том, почему и как их можно и даже нужно ограничивать.

«Постановление оставляет скорее негативное впечатление: в очередной раз Фемида использует повязку на своих глазах не для состязательных целей, а чтобы не замечать важных проблем», – посчитала Татьяна Сустина.

По ее мнению, даже с учетом того, что адвокаты теперь могут требовать составления протоколов при производстве досмотра, такой проблемы, как досмотр вне зависимости от срабатывания металлодетекторов, меньше не станет. «Отсюда абсурдным выглядит вывод Суда о том, что адвокат не лишен возможности самостоятельно предъявить судебному приставу для осмотра находящийся в его вещах предмет, на который среагировали специальные технические средства, – пояснила Татьяна Сустина. – Мы знаем, что степень глубины и тщательности досмотра зависит исключительно от настроения пристава и дела, которое ведет адвокат. Например, по резонансным экономическим делам у адвокатов на входе забирали все вещи, включая пустые листы А4 и ручки. Можно спокойно выложить на стол все металлические предметы, пронести сумку через металлодетектор, который не будет шуметь, и все равно быть подвергнутым тщательному досмотру. Это притом что “пищащий” на металлодетекторе следователь спокойно проходит через КПП. Исходя из логики Конституционного Суда, следует предположить, что в целях безопасности режимного объекта приставы не должны применять принцип добросовестности и к следователям».

«Вывод Суда о досмотре адвоката при наличии подозрений на выходе из изолятора фактически может приводить к колоссальным нарушениям адвокатской тайны, так как адвокаты, выходящие из СИЗО после беседы с доверителем, всегда имеют при себе записи. “Наличие подозрений” – очень абстрактная категория, которую при желании можно применить к абсолютно любому адвокату», – подчеркнула она.

Татьяна Сустина рассказала о случае, когда адвокат был досмотрен на выходе из СИЗО после беседы с весьма влиятельным доверителем по резонансному делу. В ходе оспаривания досмотра в обоснование «наличия подозрений» представитель ФСИН представил секретный рапорт, который продемонстрировал только суду. Судья рапорт посмотрел, но к делу не приобщил и в иске по КАС отказал. «По другому делу в рамках КАС на мой вопрос представителю ФСИН о том, какие подозрения могли возникнуть в отношении документов адвокатского досье, сотрудник ответил: “Откуда мы знаем, может, адвокат проносит доверителю схему побега из СИЗО, мы обязаны посмотреть”», – добавила Татьяна Сустина.

Адвокат АБ «Хорошев и партнеры» Виктория Лобанова положительно оценила правовую позицию КС РФ, поскольку в ней указано на необходимость оформления досмотра адвоката и возможность потребовать его документирования. «Нерешенным остается вопрос о времени сохранения видеозаписей досмотров, поскольку техническое оснащение УИС не предполагает хранение видео более 15–30 суток, в то время как срок оспаривания действий и решений составляет три месяца», – пояснила она.

Как отметил адвокат Первой Красноярской краевой коллегии адвокатов Владимир Васин, многие надеялись на кардинальные изменения именно в этой процедуре, которая ранее никак не регламентировалась. «Внутри очень изолированного учреждения проводился досмотр адвоката без должного оформления. Обычно сами сотрудники ФСИН не понимали, по какой процедуре стоит оформлять и как. Поэтому их свобода усмотрения была на высочайшем уровне», – рассказал он.

Владимир Васин выразил надежду, что после провозглашения постановления начнутся изменения, поскольку КС РФ указал на необходимость составления акта или протокола по требованию адвоката, отметил возможность ведения видеозаписи и подчеркнул необходимость ее хранения. «Таким образом, требования фиксации досмотра, которые должны были быть всегда, только сейчас появились в юридическом акте самого высокого уровня», – резюмировал адвокат.

Адвокат АП Саратовской области Виктор Кирилин считает, что всякое вмешательство в деятельность адвокатов должно быть оформлено надлежащим образом, чтобы иметь возможность обжаловать незаконные действия должностных лиц. Он с сожалением отметил, что в настоящее время сложилась порочная практика попыток досмотра адвокатов без составления соответствующих протоколов. «Как правило, в последующем лица, производившие досмотр, отказываются от подтверждения факта досмотра, поскольку понимают, что их действия незаконны», – заключил адвокат.

Марина Нагорная

Поделиться