Лента новостей

5 апреля 2020 г.
Как работать в новых условиях
Совет АП г. Москвы опубликовал информацию об особенностях осуществления адвокатом своей деятельности в условиях «коронавирусной реальности»
3 апреля 2020 г.
Адвокатов необходимо поддержать
Министр юстиции РФ Константин Чуйченко в телеэфире рассказал об инициативе по поддержке адвокатов и возможностях по использованию онлайн-сервисов в условиях пандемии коронавируса
3 апреля 2020 г.
Открыта регистрация на вебинар ФПА
7 апреля состоится очередной цикл видеолекций, направленный на повышение квалификации адвокатов

Мнения

Елена Цыпина
27 марта 2020 г.
Необходимая информация для врачей и юристов
Об итогах научно-практической конференции «Врач: право на защиту»

Интервью

Есть только сегодня и сейчас
6 марта 2020 г.
Светлана Володина
Есть только сегодня и сейчас
В новом выпуске «Тараборщины» Светлана Володина ответила на вопросы автора и ведущего проекта – адвоката Дмитрия Тараборина

Активно и в рамках закона

26 марта 2020 г. 18:36

Адвокат вправе противодействовать незаконным манипуляциям с доказательствами и давлению на свидетеля


Совет Адвокатской палаты Московской области (далее – Совет) рассмотрел дисциплинарное дело в отношении адвоката, который якобы оказывал юридическую помощь лицу с интересами, противоположными интересам его подзащитного. Совет посчитал, что «адвокат не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности за не запрещенное законом противодействие неправомерным действиям должностных лиц в отношении свидетеля или искажения доказательств, даже если он осуществляет защиту подозреваемого по этому делу». Как отметил член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, ответственный секретарь Квалификационной комиссии АП Московской области Александр Никифоров, понимая, что незаконные действия сотрудников правоохранительных органов могут повлечь оказание давления на свидетеля, адвокат действовал активно, не выходя при этом за рамки предоставленных ему законом правомочий, и предотвратил возможность изменения свидетелем показаний в отношении своего подзащитного.

В АПМО от следователя поступило обращение с требованием привлечь к ответственности адвоката, который якобы оказывал юридическую помощь лицу с интересами, противоположными интересам его подзащитного. 

Из материалов дела следует, что после того, как свидетель обвинения отказался от первоначальных показаний, сообщив, что они даны под давлением оперативных сотрудников, следователь попросил оперативника еще раз поговорить с ним. Однако свидетель отказался и попросил помощи адвоката, представляющего интересы обвиняемого. Адвокат предложил оперативному сотруднику сообщить, на каком основании тот требует, чтобы свидетель проследовал с ним. По словам оперативного сотрудника, следователь не мог найти этого свидетеля для допроса, поэтому принял решение о приводе. Постановление о приводе с отметкой о передаче его к исполнению в отдел полиции оперативный сотрудник предъявить адвокату или свидетелю отказался. Тогда адвокат, представляющий интересы обвиняемого, посадил свидетеля с его согласия в свою машину и отвез к следователю для проведения допроса. Туда же прибыл и адвокат, представляющий интересы данного свидетеля.

Совет пришел к выводу, что факт оказания адвокатом юридической помощи лицу с интересами, противоположными интересам его подзащитного, не установлен. Кроме того, в силу своего статуса и возложенных на него публично-правовых функций, адвокат не только вправе, но и обязан всеми не запрещенными законом способами противодействовать неправомерным действиям, в том числе сотрудников правоохранительных органов, ведущим к искажению доказательств, оказанию давления на свидетелей или иным манипуляциям с доказательствами по делу, в котором участвует адвокат.

«Действия адвоката, направленные на выяснение законности требований сотрудников правоохранительных органов, в том числе и в отношении свидетеля по делу, интересы которого не представляет адвокат, не могут расцениваться как предосудительные или неправомерные», – заключил Совет.

Член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, ответственный секретарь Квалификационной комиссии АП Московской области Александр Никифоров напомнил, что постановление дознавателя, следователя, судьи или определение суда о приводе перед его исполнением объявляется лицу, которое подвергается приводу, что удостоверяется его подписью на постановлении или определении (ч. 4 ст. 113 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Он пояснил, что в ходе дисциплинарного производства нашел подтверждение довод адвоката о том, что постановление о приводе свидетелю не предъявлялось, несмотря на неоднократные просьбы адвоката.

«В результате развития событий у адвоката сложились обоснованные сомнения в законности действий лица, якобы осуществляющего привод. Понимая, что незаконные действия могут повлечь оказание давления на свидетеля, адвокат действовал активно, не выходя при этом за рамки предоставленных ему законом правомочий. Ситуация, когда такая активность по каким-либо причинам не устраивает следственные органы, не может рассматриваться как дисциплинарный проступок, – подчеркнул Александр Никифоров. – В данном случае адвокат предотвратил возможность изменения свидетелем показаний в отношении своего подзащитного. Причем стоит учесть, что свидетель, которого пытались «привести», страдает от наркотической зависимости».

Примечательно, что в Квалификационную комиссию при рассмотрении дисциплинарного дела поступило письмо начальника следственного отдела, где сообщалось, что «по результатам оконченного расследования по уголовному делу, доводы, изложенные в ранее направленном в Ваш адрес информационном письме… в отношении адвоката… не подтвердились, в связи с чем прошу дисциплинарное производство прекратить». «Фактически констатировалась надуманность выдвинутых в отношении адвоката дисциплинарных обвинений», – резюмировал Александр Никифоров.

Анна Стороженко

Поделиться