Популярные материалы

Юрий Зиновьев
12 сентября 2019 г.
Формальность, лишенная практического смысла
Адекватная, современная и предпочтительная форма ознакомления с материалами дела «маскируется» под старую и изжившую себя, чтобы избежать прокурорских претензий
Борис Золотухин
11 сентября 2019 г.
«…честно жить не хочет?»
Об обстоятельствах привлечения адвоката к уголовной ответственности, затронутых в мнении Алексея Созвариева
Нвер Гаспарян
10 сентября 2019 г.
Требуется внутрикорпоративный механизм
О порядке выдвижения адвокатом обвинения в отношении коллеги
Олег Смирнов
9 сентября 2019 г.
Оправдательный приговор – отнюдь не дефект правосудия
К годовщине введения суда присяжных в районах. Позиция защиты
Денис Денисов
9 сентября 2019 г.
Интернет-эквайринг все-таки возможен
Об опыте внедрения безналичной формы оплаты труда адвоката и преимуществах использования интернет-эквайринга для адвокатов и их доверителей
Сергей Макаров
Советник ФПА РФ, заместитель заведующего кафедрой адвокатуры Московского государственного юридического университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), адвокат АП Московской области, канд. юрид. наук

Спрос за адвокатский запрос

16 августа 2019 г.

О защите статусного права адвоката на получение информации с помощью адвокатского запроса



Защита прав адвокатов важна своей всемерностью и всесторонностью. Разумеется, все предусмотреть невозможно, но на всех направлениях, где мы можем предполагать осложнения в пути, нужно заранее наметить способы их преодоления или обхода.

Но считаю необходимым подчеркнуть, что защита прав адвокатов предполагает и самозащиту адвокатами своих прав. А самозащита прав представляется невозможной без правильности в их применении. И проиллюстрировать эти утверждения могу примерами из плоскости адвокатских запросов.

Мы видим сейчас две противоположных (отчасти даже взаимоисключающих) тенденции. С одной стороны – в 2016 г. расширено законодательное регулирование института адвокатского запроса, с включением в Закон об адвокатуре профильной ст. 6.1 и при этом предусмотрена административная ответственность за игнорирование адвокатских запросов. С другой стороны, очевидно сужается сфера возможного предоставления информации по адвокатским запросам.

Но мы должны на стыке этих тенденций наилучшим образом защищать свои профессиональные права ко благу нас самих, нашего сообщества и наших доверителей.

Возможность привлечения адресатов адвокатских запросов к административной ответственности за игнорирование этих запросов – это правовое явление, возникшее давно и существующее (практикуемое адвокатами) уже много лет. Однако с принятием ст. 5.39 КоАП России в действующей редакции эта возможность поднялась на принципиально более высокий уровень. Обнародованные (опубликованные) примеры этого мы видим, начиная с лета 2016 г. в Самаре, где к ответственности был привлечен директор автосервиса «АВТ-Моторс», и завершая на данный момент летом текущего года в Санкт-Петербурге, где к ответственности был привлечен дилер шведской автомобильной компании.

Зная такую практику, в целом положительную по отношению к адвокатам, последним нужно на каждый случай необоснованного отказа в предоставлении информации по адвокатскому запросу или в случае игнорирования адвокатского запроса решительно реагировать на подобные нарушения, подавая жалобы в установленном законом порядке.

Но тут мы сталкиваемся с совершенно неожиданным ударом с фланга – со стороны доверителей: им в подавляющем большинстве случаев совершенно не интересна борьба за адвокатскую правду. Им нужен результат деятельности адвоката, а как адвокат преодолевает возникающие сложности – их не интересует. И проблема в том, что такие доверители не одобрят подачу жалобы, в первую очередь из-за нежелания тратить на это время. Однако это важно для всех нас.

Соответственно, предлагаю рассмотреть возможность централизации обжалования таких отказов посредством подключения комиссий по защите прав адвокатов адвокатских палат субъектов Российской Федерации. Первое время, конечно, это может быть достаточно большой объем дополнительной работы. Но уверен, что если в регионе станет известно, что комиссия адвокатской палаты решительно и оперативно реагирует подачей в установленном порядке от имени адвокатов жалоб на нарушение закона в отношении адвокатских запросов, количество отказов и игнорирования неизбежно снизится.

Желательно также, чтобы адвокатские палаты субъектов РФ собрали информацию об имеющихся нарушениях прав адвокатов в сфере адвокатских запросов и передали ее в ФПА РФ. Это позволит на общероссийском уровне обобщить эту практику, увидеть, каким образом чаще всего нарушается право адвокатов на сбор информации с помощью адвокатских запросов, какие ведомства чаще всего нарушают его. Уверен, что, обобщив эту практику, ФПА РФ сможет обратиться в соответствующие ведомства на федеральном уровне, с тем, чтобы ими были предприняты меры по пресечению данных нарушений. Как абсолютно справедливо отметил Сергей Мальфанов, проще убедить одного руководителя, нежели убеждать сто его подчиненных.

Теперь о второй тенденции.

Конечно, мы с огорчением видим, что в действующем законодательстве России очень много ограничений на получение информации адвокатами.

Однако необходимо отметить, что во многих случаях адвокаты могут и сами излишне расширительно толковать нормы законодательства, устанавливающего ограничения на предоставление им сведений в ответ на адвокатский запрос. Так, к примеру, только столкнувшись с соответствующей ситуацией по делу, по которому он оказывает юридическую помощь, адвокат может узнать, что банковская тайна не охватывает информацию, связанную с арендой банковских сейфовых ячеек. Соответственно, при подготовке адвокатского запроса адвокату необходимо сверять запрашиваемые сведения с перечнем информации, находящейся в ограниченном доступе, и, если она не относится к таковой – уверенно запрашивать ее. Однако будет весьма целесообразным, если в пограничных случаях – например, в приведенном выше примере с арендой сейфовых ячеек в банке – адвокат изначально укажет в тексте запроса, что запрашиваемые сведения не относятся к сведениям с ограниченным доступом (в иллюстрирующем примере – к банковской тайне). Такой прием позволит снизить вероятность необоснованного отказа в предоставлении информации и, соответственно, необходимость оспаривания такого отказа.

Теперь – самое важное.

Защита прав адвокатов будет успешнее и эффективнее, если сами адвокаты все будут делать законно. Применительно к адвокатским запросам это означает не только строгое соблюдение требований по форме, установленных профильным Приказом Министерства юстиции России № 288 от 14 декабря 2016 г., но и такое же строгое соблюдение требований по содержанию.

Адвокатский запрос – это один из инструментов, с помощью которого адвокат может собирать информацию, необходимую для обоснования позиции в интересах доверителя. Следовательно, это должна быть конкретно определенная информация, имеющая доказательственное значение по конкретному делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь. Не что иное, включая выражение политической или общественной позиции адвоката, или отношение адвоката к каким-либо лицам, или требование к органам государственной власти или органам адвокатского самоуправления о разъяснении и/или толковании каких бы то ни было положений действующего законодательства России не может быть предметом адвокатского запроса.

И чем точнее адвокат будет при подготовке и направлении адвокатских запросов соблюдать нормы законодательства и положения корпоративной этики – тем надежнее будет уверенность в получении ответа на эти запросы, и в целом – успешнее деятельность адвоката. А это – путь к благу и самого адвоката, и всего адвокатского сообщества.

Поделиться