Популярные материалы

Сергей Макаров
24 марта 2020 г.
Коллегии адвокатов и наставничество
О том, что второе, к сожалению, не всегда свойственно первым
Сергей Макаров
12 марта 2020 г.
Идеалы адвокатской присяги и реалии адвокатских будней
О недопустимости неподобающего поведения адвоката по отношению к доверителю
Есть только сегодня и сейчас
6 марта 2020 г.
Светлана Володина
Есть только сегодня и сейчас
В новом выпуске «Тараборщины» Светлана Володина ответила на вопросы автора и ведущего проекта – адвоката Дмитрия Тараборина
Елена Леванюк: «Хочется поднять престиж профессии адвоката»
6 марта 2020 г.
Елена Леванюк
Елена Леванюк: «Хочется поднять престиж профессии адвоката»
Президент АП Ивановской области Елена Леванюк – о профессии адвоката, руководящей должности и задачах, стоящих перед Адвокатской палатой
Олег Баулин
2 марта 2020 г.
Что считала Счетная палата?
Государственные аудиторы, видимо, не знают, что «государственных» адвокатов в природе не существует
Нвер Гаспарян
Советник ФПА РФ, вице-президент АП Ставропольского края, председатель Комиссии по защите прав адвокатов АП Ставропольского края

Акт неконструктивизма

11 февраля 2020 г.

О реакции ФСИН на предложения ФПА РФ по улучшению работы следственных изоляторов


В связи с участившимися в последние годы жалобами адвокатов на доступ к своим подзащитным, содержащимся в следственных изоляторах, Межведомственной рабочей группой при Уполномоченном по правам человека в РФ совместно с Федеральной палатой адвокатов РФ, Адвокатскими палатами города Москвы и Московской области был проведен опрос адвокатов по проблемам допуска адвокатов.

Читайте также:
Время подвести итоги
Завершился опрос адвокатов о нарушениях права на встречи с доверителями в СИЗО

Напомним, что своим мнением о работе пенитенциарных учреждений страны поделились 726 адвокатов из большинства (64) регионов России.

Коллеги пожаловались на самую распространенную проблему, связанную с доступом адвокатов в СИЗО, – длительность ожидания. Так, около часа занимает ожидание доверителя у 38% опрошенных, 24% опрошенных обычно ждут по два часа, почти у 10% ожидание затягивается до трех часов. Но ведь сначала нужно попасть в учреждение, а это гораздо более сложная задача.

Наибольшее число нарушений с допуском адвокатов в СИЗО опрошенные отметили в изоляторах Москвы, Санкт-Петербурга, а также Архангельска, Челябинска, Краснодара, Тюмени, Твери, Волгограда, Ростова-на-Дону, Бугульмы.

По мнению коллег, наиболее существенным является необходимость разрешения адвокатам использовать ноутбук или планшет в процессе оказания квалифицированной юридической помощи в изоляторе. За это высказались 78,6% опрошенных.

Вторым по значимости стало предложение организовать следственные кабинеты для кратких свиданий со сроком посещения до 30–60 мин с обеспечением быстрой доставки обвиняемого (эту меру признали эффективной 496 опрошенных – 69,1% от общего числа).

Значительная часть опрошенных (458) поддержали предложение предоставлять свидания в рабочие дни с 9.00 до 22.00, т.е. увеличить время, отводимое в графике работы СИЗО для встреч адвоката с доверителем.

В ФПА РФ ознакомились с результатами опроса, проанализировали их и направили свои предложения в Межведомственную рабочую группу при Уполномоченном по правам человека в РФ по мониторингу соблюдения прав граждан, находящихся в местах принудительного содержания, на защиту и получение квалифицированной юридической помощи (далее – Межведомственная рабочая группа), Уполномоченному по правам человека в г. Москве Татьяне Потяевой, в Адвокатские палаты г. Москвы и Московской области. Впоследствии эти предложения оказались в распоряжении Федеральной службы исполнения наказаний России.

Корзина конструктивных адвокатских инициатив была полна. Она включала в себя необходимость внесения законодательных изменений в УПК РФ, а также в Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В частности, ФПА предлагает:

– разрешить пронос и использование адвокатом (защитником) при свиданиях с лицами, содержащимися в следственных изоляторах, фотоаппаратов, видео- и аудиотехники, ноутбуков, электронных носителей и накопителей информации, средств мобильной связи и коммуникации, обеспечивающих их работу;

– предусмотреть возможность телефонных переговоров обвиняемого со своим защитником;

– запретить посещения следователей и оперативных сотрудников в отсутствие защитников;

– организовать краткосрочные свидания адвокатов со своими подзащитными продолжительностью 30–60 минут;

– предусмотреть посещение адвокатами подзащитных в следственных изоляторах с 9.00 до 22.00, как в рабочие, так и в праздничные дни;

– изучить практику электронной записи адвокатов на посещение;

– создать в каждом субъекте РФ временные комиссии с обязательным включением в них представителей Минюста России, членов ОНК и представителей региональных адвокатских палат для определения конкретных проблем по каждому изолятору, а затем по результатам обобщения их работы рассмотреть вопрос о необходимости возможной корректировки нормативных актов ФСИН.

Ответ из ФСИН России за подписью начальника Правового управления В.Г. Смирнова наглядно демонстрирует отношение всего ведомства к адвокатской деятельности. Выражаясь сухим процессуальным языком, в удовлетворении ходатайства ФПА РФ было отказано в полном объеме.

Читайте также:
«Отрицательный результат – тоже результат»
В ФПА РФ поступил ответ ФСИН по вопросу улучшения ситуации с доступом адвокатов к их доверителям в СИЗО

Документ преисполнен нежелания взаимодействовать с адвокатским сообществом и решать отмеченные проблемы. При этом предложения ФПА были вполне реальными, выполнимыми и не требующими значительных материальных ресурсов.

Например, инициатива предусмотреть посещение адвокатами подзащитных в следственных изоляторах с 9.00 до 22.00 как в рабочие, так и в праздничные дни вызвала такую реакцию: «Численность дежурной смены СИЗО, обеспечивающей круглосуточный надзор в учреждении в соответствии с требованиями ведомственных нормативно-правовых актов ограниченного распространения при условии обеспечения организационно-режимных мероприятий, исключает возможность их отвлечения (выделено мною – Н.Г.), в том числе для вывода на свидание подозреваемых и обвиняемых со своими защитниками.

Одновременно сообщаем, что изменение периода времени предоставления подозреваемым и обвиняемым свиданий с адвокатами (защитниками) за пределами нормальной продолжительности рабочего времени учреждения повлечет повышение нагрузки на личный состав СИЗО и потребует увеличение штатной численности и расходов федерального бюджета на указанные цели».

Трудно поверить уважаемому начальнику правового управления, что из нескольких сот сотрудников среднего следственного изолятора не имеется возможности выделить в дежурную смену дополнительно одного младшего сержанта для вывода следственно-арестованных в вечернее время и праздничные дни. Разве это потребует корректировки федерального бюджета?

Надо ли напоминать, что согласно «Положению о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» (утв. приказом Минюста России от 25 января 1999 г. № 20) одной из важнейших задач следственных изоляторов является обеспечение соблюдения прав и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных (права на получение квалифицированной юридической помощи), а предложения ФПА РФ касались реализации именно этого положения и не являлись какой-то запредельной адвокатской прихотью.

Вызывает удивление нежелание решать проблему численности кабинетов для свиданий. Автор ссылается на Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденный 15 апреля 2016 г.

Согласно таблице 8 в п. 9.20 установлены следующие нормы:

Наименование помещений следственного отделения

Площадь, не менее м2, или число приборов, шт., при лимите наполнения СИЗО, чел

до 250 включ.

св. 250 до 500 включ.

св. 500 до 750 включ.

св. 750 до 1000 включ.

Кабинеты следователей и адвокатов (число кабинетов при площади каждого не менее 12 м2 )

15

30

45

50


Как видно, минимальное количество кабинетов следователей и адвокатов при наполнении изолятора до 250 человек – 15, от 250 до 500 человек – свыше 30 кабинетов, а от 750 до 1000 человек – 50 кабинетов.

Между тем опрошенные адвокаты сетовали на то, что, например, в СИЗО-2 («Лефортово») имеется всего 7 следственных кабинетов для посещения следователями и адвокатами.

Так, может и не надо увеличивать количество кабинетов для свиданий, а достаточно просто добросовестно исполнять действующие нормативно-правовые акты?

Не пришлось по нраву ФСИН и предложение ФПА РФ привести законодательную базу в соответствие с решением Верховного Суда РФ от 10 ноября 2017 г., согласно которому признаны не действующими со дня вступления в законную силу решения суда п. 77 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 г. № 295, п. 17 приложения № 1 к данным Правилам в части, допускающей распространение положений этих пунктов на пронос и использование адвокатом (защитником) при свиданиях с осужденным фотоаппаратов, видео-, аудиотехники, электронных носителей и накопителей информации, средств мобильной связи и коммуникации либо комплектующих к ним, обеспечивающих их работу.

Не хотят пускать адвоката с мобильным телефоном или компьютером к осужденному, даже если Верховный Суд РФ это позволяет. Объяснение такое, мол, п. 77 касается Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, а не следственных изоляторов. Однако с таким выводом согласиться нельзя, Правила регулируют деятельность не только исправительных учреждений, но и следственных изоляторов.

Так, согласно п. 1 указанные Правила устанавливают правила внутреннего распорядка в исправительных колониях, тюрьмах, лечебных исправительных учреждениях, а также лечебно-профилактических учреждениях и следственных изоляторах, выполняющих функции исправительных учреждений, в отношении соответственно находящихся в них осужденных и осужденных, переведенных в СИЗО для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого...

Верховный Суд РФ в своем решении от 10 ноября 2017 г. исходил из необходимости обеспечить соблюдение юридической помощи осужденным, но ведь для подозреваемых, обвиняемых, подсудимых право на защиту еще более актуально и необходимо. Совершенно очевидно, что у обвиняемых не может быть прав меньше, чем у осужденных.

Кроме того, Конституционный Суд РФ в постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П «По делу о проверке конституционности положений, содержащихся в статьях 47 и 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и пункте 15 части второй статьи 16 Федерального закона “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений”, в связи с жалобами граждан А.П. Голомидова, В.Г. Кислицина и И.В. Москвичева», анализируя правовой режим свиданий с адвокатом, признал не соответствующим Конституции РФ, ее ст. 48 (ч. 2) и 55 (ч. 3) положение п. 15 ч. 2 ст. 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», допускающее регулирование конституционного права на помощь адвоката (защитника) ведомственными нормативными актами.

Отчасти можно понять автора ответа, ведь его точка зрения формируется с учетом занимаемой должности. Однако нельзя не представлять весь масштаб негативных последствий от нежелания устранять отмеченные недостатки.

Суровая правда состоит в том, что недовольные адвокаты, пострадавшие от произвольных действий сотрудников следственных изоляторов, продолжат писать гневные жалобы в суды, прокуратуру, вышестоящие органы, отвлекая тем самым сотни сотрудников от выполнения их профессиональных обязанностей. Они будут вынуждены давать объяснения в судах и прокуратурах, представители учреждений станут участвовать в многомесячных разбирательствах в судах разных инстанций, а потом писать отчеты о проделанной работе в свои управления, а представители государства будут безуспешно оправдываться в Европейском Суде по правам человека.

В.Г. Смирнов указывает, что не допускается отвлечение сотрудников для вывода на свидание подозреваемых и обвиняемых со своими защитниками. Но задумывался ли он, сколько сотрудников и на какой период времени будут отвлечены от повседневной работы, если адвокаты, не найдя справедливости в конкретном следственном изоляторе, направятся в суды? Какой денежной суммой будет измеряться косность и пассивность вышестоящих должностных лиц?

Согласно данным опроса пятая часть адвокатов уже жаловались на нарушения права на защиту и воспрепятствование доступу в СИЗО, частично их жалобы были удовлетворены.

К сожалению, ряд предложений ФПА РФ вообще остались за рамками внимания ФСИН.

Можно, конечно, ничего не делать и по привычке заметать проблемы под тюремный ковер, но ведь жизнь порой преподносит суровые уроки.

Так, Александр Реймер, в недавнем прошлом глава ФСИН, сейчас на своем опыте изучает жизнь 13-й колонии в Нижнем Тагиле, отбывая 8-летний срок. Ранее он посещал данное учреждение в ранге руководителя тюремного ведомства. «Хорошо, но неидеально», – оценил он тогда ситуацию в колонии. Уверен, что сейчас он мог бы перечислить гораздо больше недостатков и вообще многое переосмыслить в организации деятельности исправительных учреждений.

Поделиться