Популярные материалы

Главным препятствием в работе адвокатов остаются процессуальные нарушения их прав
3 июня 2022 г.
Сергей Таут
Главным препятствием в работе адвокатов остаются процессуальные нарушения их прав
Институт адвокатского запроса требует укрепления, ведь это важнейший способ сбора доказательств и информации, необходимой для оказания правовой помощи
Минувшие 20 лет были золотым веком российской адвокатуры
20 мая 2022 г.
Юрий Пилипенко
Минувшие 20 лет были золотым веком российской адвокатуры
Благодаря Закону об адвокатской деятельности соблюден баланс между интересами адвокатуры и общефедеральными ценностями
Нвер Гаспарян
19 апреля 2022 г.
Требуется всесторонний подход
Дисциплинарные органы палаты должны оценивать предшествующее поведение суда, явившееся поводом для адвокатского проступка
«Мы должны и создавать, и участвовать, и быть опорой»
15 апреля 2022 г.
Владислав Гриб
«Мы должны и создавать, и участвовать, и быть опорой»
У адвокатов есть не только профессиональные, но и общественные обязанности
Нарушения прав адвокатов были всегда
4 апреля 2022 г.
Генри Резник
Нарушения прав адвокатов были всегда
Ряду системных нарушений поставлен заслон, но резко возросли затруднения и прямые препятствия для доступа адвокатов к подзащитным

Дискуссии

Нвер Гаспарян
Советник ФПА РФ, адвокат Адвокатской палаты Ставропольского края

Невозможно объяснить

26 июля 2017 г.

Адвокаты не уверены в своей безопасности и независимости



Ранее в своем блоге я уже информировал о проведенном 1 июня 2017 г. обыске в адвокатском кабинете на основании постановления судьи Пятигорского городского суда.

Представители Адвокатской палаты Ставропольского края, принявшие участие в обыске, впоследствии подали апелляционные жалобы.

20 июля 2017 г. судья Ставропольского краевого суда И.А. Спиридонова отказала в удовлетворении апелляционных жалоб представителя палаты Н.С. Гаспаряна и защитника адвоката А.В. Белоконь, признав тем самым проведенный обыск законным.

Напомню, что судья санкционировала обыск у адвоката А.Р. Погосян, основываясь на рапорте оперативного сотрудника о том, что, по его информации, защитник укрывает в своем адвокатском кабинете разыскиваемую и обвиняемую в сбыте наркотиков девушку, а также на показаниях свидетеля (фамилия в постановлении не приводится), согласно протоколу допроса которого девушка, похожая на обвиняемую (но утверждать он не может), приезжала на такси к адвокатскому кабинету после того, как скрылась от следователя.

Не имеется желания повторять многочисленные и, казалось бы, бесспорные доводы об отсутствии достаточных оснований для производства обыска и незаконности судебного постановления, которые были изложены в апелляционных жалобах и высказаны адвокатами в суде второй инстанции.

Нам казалось очевидным, что рапорт, содержание которого не было проверено судом, не может являться допустимым доказательством, а такой протокол допроса свидетеля вообще не относим к основаниям для производства обыска.

Да и разве возможный визит обвиняемой в адвокатское образование может доказывать намерение адвоката скрывать ее там длительное время?

Невозможно объяснить, с какой легкостью судьи первой и второй инстанций приняли представленные стороной обвинения доказательства, посчитав их достаточными для производства обыска.

Суровая правда состоит в том, что состоявшиеся судебные решения есть ясный сигнал правоохранителям работать в свойственной им манере.

А ведь с таким «достаточным для суда» набором оснований завтра они могут заглянуть с обыском в любое адвокатское образование в поисках наших подзащитных или еще чего-либо.

Президент РФ, обеспокоенный отсутствием реальной состязательности и равноправия сторон, 17 апреля 2017 г. подписал очень важный закон, расширяющий полномочия адвокатов и усиливающий гарантии их независимости.

Статьей 450.1 УПК РФ урегулированы особенности производства обыска, осмотра и выемки в отношении адвоката, предусмотрено участие представителя палаты в ходе перечисленных следственных действий.

К сожалению, практика показывает, что действие самых прекрасных процессуальных норм может приостанавливаться либо даже отменяться радикальными правоприменителями на местах.

Наши процессуальные партнеры – представители стороны обвинения сегодня способны действовать настолько вольно, насколько им это позволяет суд.

Как видно из данного дела, суд обеспечил им режим наибольшего благоприятствования.

Европейский суд неоднократно указывал, что преследование и запугивание представителей юридической профессии затрагивают самое сердце конвенционной системы.

В период действия таких судебных актов адвокаты не уверены в своей безопасности и независимости.

Представители Комиссии АП Ставропольского края по защите профессиональных прав полны решимости обжаловать вынесенные судебные решения вплоть до Европейского суда, полагая, что продолжение этой печальной истории еще последует.
Поделиться