Популярные материалы

До сегодняшнего момента адвокатура остается территорией настоящей независимости
17 июня 2021 г.
Юрий Пилипенко
До сегодняшнего момента адвокатура остается территорией настоящей независимости
Президент ФПА РФ Юрий Пилипенко ответил на вопросы «АГ» о современном состоянии российской адвокатуры и ее перспективах
Евгений Панин
16 июня 2021 г.
Все пути ведут в Ялту
О предстоящем Третьем Всероссийском конгрессе молодых адвокатов
Любовь Черникова
15 июня 2021 г.
Точка как знак агрессии и другие тонкости
О семинаре «Современный деловой этикет для юристов»
Нвер Гаспарян
2 июня 2021 г.
Полезный смартфон
Ограничения прав адвокатов могут затронуть интересы каждого гражданина
Николай Жаров
28 мая 2021 г.
Зона, свободная от смартфонов и кофе
О попытке запретить адвокатам проносить в исправительные учреждения технические средства связи
Нвер Гаспарян
Советник ФПА РФ, адвокат Адвокатской палаты Ставропольского края

Коротко, но со смыслом

9 февраля 2016 г.

Об указании в СМИ допустимой информации об адвокате




Хотя Разъяснение Комиссии Федеральной палаты адвокатов РФ по этике и стандартам по вопросам применения п. 1 ст. 17 Кодекса профессиональной этики адвоката, утвержденное Советом ФПА РФ 28 января 2016 г., содержит всего один абзац текста, вместе с тем оно является достаточно важным для адвокатского сообщества.

В условиях усиливающейся адвокатской конкуренции наши коллеги используют печатные и электронные средства массовой информации для борьбы за симпатии своих потенциальных клиентов.

Далеко не все наши коллеги разборчивы в средствах и способах этой борьбы.
Дисциплинарная практика адвокатских палат наверняка знает немало самых неудачных и неприемлемых примеров адвокатской саморекламы.

В качестве регулирующей данные правоотношения нормы мы имеем ч. 1 ст. 17 КПЭА, согласно которой информация об адвокате и адвокатском образовании допустима, если она не содержит:
1) оценочных характеристик адвоката;
2) отзывов других лиц о работе адвоката;
3) сравнений с другими адвокатами и критики других адвокатов;
4) заявлений, намеков, двусмысленностей, которые могут ввести в заблуждение потенциальных доверителей или вызывать у них безосновательные надежды.

Пункт, касающийся недопустимости оценочных характеристик об адвокате, вызывал неоднозначное его толкование и применение.

Комиссия ФПА РФ по этике и стандартам разъяснила вопросы применения п. 1 ст. 17 КПЭА: «Указание адвокатом в Интернете, а также в брошюрах, буклетах и иных информационных материалах сведений о наличии у адвоката положительного профессионального опыта, а также информации о профессиональной специализации адвоката само по себе не противоречит Кодексу профессиональной этики адвоката».

Данные Разъяснения позволяют адвокату в различных информационных источниках, перечень которых неограничен, приводить сведения о наличии положительного профессионального опыта и информацию о его профессиональной специализации.

Исходя из этого, адвокат может указывать, например, на своем сайте в Интернете информацию о количестве вынесенных с его участием оправдательных приговоров, выигранных с его участием дел в Конституционном Суде РФ либо Европейском Суде по правам человека, в судах с участием присяжных заседателей, и т.п.

Совершенно очевидно, что такая информация должна соответствовать действительности и при необходимости адвокат должен быть готов подтвердить ее документально.
Указание адвокатом ложной информации о своем профессиональном опыте должно являться безусловным основанием для его привлечения к дисциплинарной ответственности.
Положительный профессиональный опыт адвоката могут также подтверждать награды либо иные меры поощрения, которые ранее применялись к адвокату соответствующими компетентными органами адвокатского сообщества либо государственными органами. Например, поощрения от адвокатской палаты, ФПА РФ, Министерства юстиции РФ и т.д.

Такая информация не относится к отзывам других лиц о работе адвоката (п. 2), поскольку исходит от специальных субъектов, уполномоченных поощрять адвокатов, а не от их клиентов.
Представляется неосновательным указание о наградах адвоката, врученных последнему со стороны общественных либо иных организаций, которые в силу своей компетенции не могут оценивать профессиональную адвокатскую деятельность.

К оценочным характеристикам адвоката не имеют никакого отношения сведения о его занятиях спортом и о спортивных достижениях, о его привязанностях и хобби (например, количество и размеры выловленной рыбы на рыбалке), поскольку не касаются адвокатской деятельности.
Следует иметь в виду, что указание адвокатом сведений о владении им иностранными языками, наличии ученой степени также относится к допустимым положительным характеристикам.
Комиссия ФПА РФ по этике и стандартам также посчитала, что указание адвокатом его профессиональной специализации является допустимым.

На мой взгляд, такая информация является не просто допустимой, но важной и необходимой для клиентов. Последние вправе обратиться именно к адвокату, специализирующемуся в определенной нужной им области, а не к адвокату, знающему всего понемногу.
По такой же логике разделение врачей медицинского учреждения на терапевтов, лоров, травматологов и др. не является нарушением медицинской этики, а напротив, позволяет больному обратиться к компетентному в определенной области специалисту.

Информация о специализации адвоката также должна соответствовать действительности и не может использоваться для обмана и введения клиента в заблуждение с целью заключения соглашения.

Указывать о себе в средствах массовой информации допустимую информацию или нет –
личное дело адвоката.

В конечном итоге определяющим является не то, что адвокат о себе напишет, а мнение его клиентов.

Например, великий русский баснописец И.А. Крылов считал так: «Кто про свои дела кричит всем без умолку, в том, верно, мало толку».
Поделиться