Популярные материалы

Чему не учат в вузах
22 июля 2021 г.
Максим Семеняко
Чему не учат в вузах
Санкт-Петербургский институт адвокатуры специализируется на прикладной тематике
Мошенники с «громкими» именами
Вымогая деньги у граждан, злоумышленники все чаще представляются сотрудниками известных юридических компаний
Сергей Краузе
5 июля 2021 г.
Адвокат должен работать спокойно, не «наступая на грабли»
О тренинге по защите профессиональных прав адвокатов
Живое общение ничем не заменишь!
2 июля 2021 г.
Светлана Володина
Живое общение ничем не заменишь!
Адвокат должен знать не только судебную практику, но и жизнь, а для этого ему необходимы широкий кругозор и быстрая реакция
До сегодняшнего момента адвокатура остается территорией настоящей независимости
17 июня 2021 г.
Юрий Пилипенко
До сегодняшнего момента адвокатура остается территорией настоящей независимости
Президент ФПА РФ Юрий Пилипенко ответил на вопросы «АГ» о современном состоянии российской адвокатуры и ее перспективах
Роберт Зиновьев
Председатель комиссии по защите прав адвокатов АП г. Москвы

Защита прав – не защита интересов

7 октября 2016 г.

Адвокаты порой под предлогом нарушения своих прав пытаются добиться участия АП в защите собственных интересов



В последнее время участились случаи попыток отдельных коллег использовать Комиссию по защите прав адвокатов Адвокатской палаты г. Москвы в своих собственных интересах. Например, для возможного вмешательства в конкретные судебно-следственные ситуации и фактического содействия в защите прав и интересов их доверителей либо же в попытке привлечения сотрудников правоохранительных и судебных органов к ответственности.
Приведу для примера два достаточно характерных случая, имевших место быть этим летом. В первом из них адвокат А. направил обращение президенту АП г. Москвы Игорю Полякову, в котором он фактически прямым текстом обвинил в преступных действиях сотрудников правоохранительных, следственных и надзорных органов, которые якобы воспрепятствуют ему в осуществлении профессиональной деятельности в интересах одного конкретного доверителя.

Исходя из приложенных к обращению документов, суть проблемы заключалась в том, что УФСБ России по Брянской области отказало адвокату А. в предоставлении материалов проверки по рассмотрению обращения его доверителя. А в качестве причины этого указало, что этот доверитель якобы послал в областное УФСБ заявление о допущении адвокатом А. действий, направленных против интересов этого самого доверителя.

Адвокат А. просил палату не только обеспечить защиту его профессиональных прав, но также поставить перед законодателями вопрос о внесении в УК РФ нормы об уголовной ответственности за воспрепятствование адвокатской деятельности.

Несмотря на то что ситуация явно представляет определенный интерес, проверка и разрешение такого рода сообщений о преступлениях не входит в компетенцию ни самой АП г. Москвы, ни представляемой мною Комиссии по защите прав адвокатов, о чем и было сообщено адвокату А.: «В соответствии с действующим законодательством с заявлением о совершении преступлений спецсубъектами, к числу которых относятся должностные лица правоохранительных и следственных органов, Вы вправе обратиться к руководителю столичного ГСУ СКР».

Во втором случае адвокат Б. прислал в АП г. Москвы чрезвычайно подробное и многостраничное обращение с описанием перипетий и хода рассмотрения ряда арбитражных дел в Арбитражном суде Орловской области. Объясняя, в чем именно состояло нарушение его прав, адвокат Б. высказал предположение, что в действиях одного из судей содержались клеветнические утверждения в адрес адвоката и его доверителей, а также признаки и фальсификации документов, представленных в материалах дела.

Как и в предыдущем случае, адвокат Б. также просил не только обеспечить защиту его прав, но и обеспечить соблюдение Арбитражным судом Орловской области и иными правоохранительными органами области принципа доступности правосудия, установленного в Конституции РФ.  

Однако внимательный анализ обращения не позволил найти в нем достоверной информации о вероятных нарушениях профессиональных прав адвоката Б., могущих служить допустимым поводом для реагирования Совета АП г. Москвы. Приведенные заявителем предположения не могут быть проверены Советом и Комиссией по защите профессиональных и социальных прав адвокатов, поскольку попытка такой проверки явилась бы непроцессуальным вмешательством в судебную деятельность и могла бы быть расценена как оказание давления на независимый суд.

Тем не менее ситуация была принята к сведению, о чем и было сообщено адвокату Б. с просьбой уведомить палату о результатах рассмотрения данного обращения компетентными контрольно-надзирающими органами, то есть Генпрокуратурой и Высшей квалификационной коллегией судей РФ, которым адвокат Б. направил копии обращения.

Подводя итог всему вышесказанному, я могу лишь призвать коллег перед обращением к нам с большим пониманием относиться к компетенции Комиссии по защите профессиональных и социальных прав адвокатов АП г. Москвы, для чего не лениться знакомиться с Положением о Комиссии, которое размещено на сайте АП г. Москвы.
Поделиться