Популярные материалы

Юрий Новолодский
21 августа 2019 г.
Замечания за любые возражения
Об удалении адвоката из судебного процесса
Вадим Клювгант
21 августа 2019 г.
И не играть словами
Ответ на статью Максима Никонова о механизме реагирования адвокатских палат на удаление защитников
Борис Золотухин
21 августа 2019 г.
Защита адвокатов от нападок извне и изнутри
Заметки на полях своего же выступления о нарушении прав адвокатов
О «Доме адвоката» и главных задачах липецкой адвокатуры
20 августа 2019 г.
Валентина Артёмова
О «Доме адвоката» и главных задачах липецкой адвокатуры
Интервью у Валентины Артёмовой берет корреспондент Департамента информационного обеспечения ФПА РФ Анна Стороженко
Алексей Созвариев
20 августа 2019 г.
Судей «обижает» активность адвоката
Об удалении защитника из зала заседания
Нвер Гаспарян
Советник ФПА РФ, вице-президент АП Ставропольского края

Убрать перегородки

20 января 2017 г.

Важная победа адвокатского сообщества в процессуальном споре об организации встреч с доверителями



«Нужно слушать, но не подслушивать»
Клеобул V век до н.э.
В Ставропольском краевом суде 17 января 2017 г. в пользу адвокатского сообщества рассмотрена апелляционная жалоба адвоката Оксаны Садчиковой и представителя Адвокатской палаты Ставропольского края.

Предметом острых процессуальных дискуссий, наряду с другими, стал вопрос о законности организации встреч адвоката со своим доверителем – осужденным одной из исправительных колоний – через разделительную перегородку.

Адвокат Оксана Садчикова утверждала в своем административном иске, что вынуждена была общаться со своим подзащитным через разделительную перегородку, установленную от пола до потолка и сделанную из пластмассы и без щелей. Они, хотя и видели друг друга, но вынуждены были громко кричать, чтобы быть услышанными. А в это время рядом стояли недремлющие сотрудники колонии и с интересом запоминали услышанное. Перехваченный диалог касался их напрямую, поскольку содержал в себе критику администрации колонии. А когда у адвоката возникла необходимость передать осужденному документы, то она была вынуждена сделать это через сотрудника службы безопасности, который, таким образом, получал доступ к конфиденциальному документу.

Это, а также многое другое, связанное с незаконными действиями сотрудников этого учреждения, возмутило принципиального адвоката О.В. Садчикову, и она обратилась в районный суд г. Ставрополя.

Поскольку поданный административный иск затрагивал интересы адвокатов, президент АП Ставропольского края Ольга Руденко приняла решение об участии в рассмотрении Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов.

В суде первой инстанции мы выстроили, казалось бы, бесспорную и логичную позицию о том, что установка перегородок во время встреч адвокатов со своими доверителями грубо нарушает право на конфиденциальное общение. В ее обоснование были приведены многочисленные международно-правовые нормы, нормы ряда федеральных законов, позиции Конституционного и Верховного Судов России, приказы Министерства юстиции РФ, Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов.

Для большей убедительности мы сослались на позицию Европейского суда по правам человека по делу «Кастравет против Молдовы» (Castravet v. Moldova, no. 23393/05, § 50 et seq., 13 March 2007), где была рассмотрена схожая с нашей ситуация.

ЕСПЧ рассмотрел условия в комнате свиданий, в которой заявитель был отделен от своего адвоката стеклянной перегородкой, изучив фотографии, где была изображена перегородка. Суд не стал утверждать, что разговоры в комнате свиданий точно прослушивались, однако согласился, что у заявителя и его адвоката были серьезные основания этого опасаться. Суд заметил (и это очень важное замечание), что само существование подобных подозрений ограничивало возможность их свободного общения. Основываясь на этом, ЕСПЧ пришел к выводу о нарушении права заявителя на защиту.

В ходе судебного разбирательства по нашему делу представители исправительной колонии № 11 г. Ставрополя пытались возражать против иска тем, что их ведомственными приказами наличие комнаты для свиданий адвокатов и осужденных не предусмотрено, а также тем, что право на конфиденциальное общение адвоката и обвиняемого имеется, но лишь до вступления приговора в законную силу, а на стадии исполнения приговора правовой режим встреч адвокатов с осужденными ничем не отличается от свиданий осужденных и их родственников.

Позиция сама по себе возмутительная и странная, но каково же было наше удивление, что именно ее воспринял суд.

Суд, отказывая в удовлетворении административного иска в части необеспечения помещения для конфиденциальных встреч адвокатов с доверителями, в своем решении привел такую аргументацию: «Положениями Приказа ФСИН России утверждена номенклатура, нормы обеспечения, сроки эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы. Данным Приказом наличие отдельного помещения, специально предназначенного для встреч адвоката с осужденными (рабочий или следственный кабинет) не предусмотрено.

Поэтому встречи адвокатов с осужденными проводятся в комнате для краткосрочных свиданий или иных помещениях (рабочих кабинетах). При этом администрацией учреждения принимается комплекс мер по обеспечению безопасности адвоката (сопровождение, охрана от посягательств во время передвижений, а также во время встреч с подзащитными).

В соответствии с Инструкцией о надзоре за осужденными, содержащимися в исправительных колониях, утвержденной Приказом Минюста России от 13 июля 2006 г. № 252 дсп: “Младший инспектор обязан контролировать поведение осужденных, их родственников и иных лиц при краткосрочных и длительных свиданиях. При проведении свиданий запрещается оставление наедине осужденных с лицами, прибывшими на свидание. В случае нарушения правил поведения свидание прерывается ”».

Как видно, суд признал допустимым и нормальным присутствие сотрудника колонии во время общения осужденного с другими лицами, включая и адвоката, мотивируя это соображениями мнимой безопасности.

В суде апелляционной инстанции представитель колонии дополнительно привел Решение Верховного Суда РФ от 13 июля 2006г. № АКПИ14-865 от 2 сентября 2014 г. по заявлению осужденного к пожизненному лишению свободы в колонии особого режима А.И. Ресина, согласно которому нормы УИК РФ и Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, регулирующие порядок проведения встреч осужденных к лишению свободы с адвокатом, не содержат положений, запрещающих проведение таких свиданий через разделительную перегородку, объясняя это особенностями режима отбывания пожизненного лишения свободы, общественной опасностью таких осужденных и бессрочностью наказания.

Ссылаясь на этот судебный прецедент, представитель исправительной колонии утаил, что приведенная в нем аргументация касается колоний особого режима, где содержатся осужденные к пожизненному лишению свободы, а адвокат Оксана Садчикова посещала исправительную колонию строгого режима.

В результате объективного апелляционного рассмотрения постановление судьи в этой части отменено и вынесено новое решение, которым административный иск адвоката удовлетворен и признаны незаконными действия начальника колонии, выразившиеся в необеспечении помещения для конфиденциальных встреч адвокатов с доверителями.

Данное апелляционное определение Ставропольского краевого суда, вступившее в законную силу, дает четкий и недвусмысленный сигнал к любопытствующим руководителям исправительных колоний, чтобы обеспечили условия для встреч адвокатов со своими доверителями без разделительных перегородок и с соблюдением их права на конфиденциальное общение.

Иного и быть не должно, ведь гарантии конфиденциальности отношений адвоката с клиентом являются необходимой составляющей права на получение квалифицированной юридической помощи как одного из основных прав человека.
Поделиться