Тонкий, но перспективный инструмент

Об использовании механизма административного понуждения к предоставлению сведений на основе адвокатского запроса

---

  МНЕНИЕ С САЙТА «АГ»  

В данной заметке хочу поделиться опытом и рассказать, как удалось не только обжаловать бездействие предприятия, но и укрепить судебную практику по ст. 5.39 КоАП РФ. Надеюсь, данный пример поможет коллегам-адвокатам в преодолении препятствий в профессиональной деятельности.

Я являюсь защитником водителя ГБУ г. Москвы «Автомобильные дороги», обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ: водитель грузовика К. на территории базы предприятия совершил наезд на коллегу, который скончался.

При этом следователем не была дана оценка нарушению техники безопасности со стороны работодателя подзащитного. По мнению защиты, инцидент произошел, в том числе, по причине ненадлежащей организации движения на территории предприятия. Чтобы доказать это, требовались внутренние документы организации: журналы инструктажей, схемы движения, материалы служебного расследования, видеозаписи с камер наблюдения, должностные инструкции погибшего.

Поскольку со стороны следователя активные действия по сбору доказательств отсутствовали, 7 августа 2025 г. я направил адвокатский запрос на имя руководителя предприятия об истребовании пяти блоков документов, а именно:

• кадровых документов подзащитного;
• документов по охране труда (СУОТ, инструкции, журналы);
• технической документации на грузовик;
• видеозаписей инцидента и акта Н-1 (о несчастном случае);
• документов, касающихся потерпевшего (для анализа его действий).

Запрос был получен адресатом 14 августа. В соответствии со ст. 6.1 Закона об адвокатуре ответ на адвокатский запрос должен быть предоставлен в течение срока, не превышающего 30 дней. Однако ответ пришел лишь 12 ноября – с нарушением установленного законом срока. Кроме того, из содержания ответа следовало, что в предоставлении ключевых локальных документов (по охране труда) фактически было отказано со ссылкой на то, что «выдача копий сторонним лицам не предусмотрена», а в выдаче документов по потерпевшему – со ссылкой на «законодательство о персональных данных».

Не согласившись с этим, защита инициировала механизм административного понуждения предприятия к предоставлению сведений на основе адвокатского запроса – была подана жалоба межрайонному прокурору в порядке ст. 28.4 КоАП. В жалобе указывалось, что:

• игнорирование адвокатского запроса и неправомерный отказ в предоставлении запрашиваемых сведений являются нарушением ст. 5.39 КоАП;
• субъект ответственности – должностное лицо, которому поручено исполнение;
• отказ в предоставлении сведений, необходимых для защиты по уголовному делу, нарушает конституционные права граждан.

Прокуратура, изучив пояснения защиты и материалы, возбудила в отношении предприятия дело об административном правонарушении. Материалы были переданы мировому судье.

По итогам рассмотрения дела суд установил:

• адвокатский запрос ответчиком получен, установленный законом срок на ответ пропущен (ответ дан спустя почти три месяца вместо 30 дней);
• обязанность предоставить документы на основании адвокатского запроса императивна (ч. 1 ст. 6.1 Закона об адвокатуре);
• начальник правового управления предприятия-ответчика как должностное лицо, ответственное за правовую работу, не организовал своевременный ответ на адвокатский запрос.

В итоге постановлением суда указанное должностное лицо признано виновным по ст. 5.39 КоАП с назначением административного штрафа в 5000 руб.

При этом в постановлении суд зафиксировал факт неправомерного отказа в предоставлении информации, указанной в адвокатском запросе. Данный судебный акт станет весомым аргументом защиты по уголовному делу.

Таким образом, в ситуациях нарушения права на получение информации по адвокатскому запросу адвокатам, опираясь в том числе на правовую позицию, изложенную в «Памятке адвокату о практических вопросах, возникающих при реализации права на адвокатский запрос», важно учитывать следующее.

Во-первых, сроки имеют ключевое значение. Порой адвокаты месяцами ожидают ответ на запрос. На мой взгляд, это непозволительная роскошь. Предусмотренные законом 30 суток с момента получения запроса (ч. 2 ст. 6.1 Закона об адвокатуре) исчисляются по общему правилу со следующего после получения запроса дня. Состав административного правонарушения считается оконченным на 31 день.

В связи с этим представляется целесообразным направлять запрос почтой с описью вложения и уведомлением о вручении (или через почтовые сервисы с трек-номером). Распечатка с сайта Почты России является допустимым доказательством в суде (что и подтвердил мировой судья в рассматриваемом деле).

Во-вторых, одна из самых распространенных причин отказа в предоставлении информации по адвокатскому запросу – ст. 7 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».

При этом необходимо учитывать, что адвокат является специальным субъектом, выполняющим публично-правовую функцию (Постановление Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. № 18-П). Кроме того, как тайна следствия, так и адвокатская тайна гарантируют сохранность персональных данных. Еще один важный аргумент – презумпция согласия. Заключая с адвокатом соглашение на защиту, доверитель тем самым дает согласие на сбор информации, в том числе касающейся третьих лиц, если это необходимо для защиты (отмечу, что это лучше оговаривать отдельным пунктом в соглашении).

В рассматриваемом случае предприятие отказало в предоставлении данных по потерпевшему. На мой взгляд, это абсурд, поскольку данные потерпевшего имеются в материалах дела, однако для защиты требовались специфические документы (трудовой договор, инструктажи). Убежден, что отказ по мотиву «защиты персональных данных» в уголовном процессе несостоятелен.

В-третьих, субъектом административного правонарушения по ст. 5.39 КоАП является должностное лицо.

В рассматриваемом примере ответственным за непредставление запрашиваемых адвокатом документов признано не предприятие, а конкретное лицо, в чьи должностные обязанности входила подготовка ответов. Таким образом, перед подачей жалобы прокурору стоит уточнить лицо, уполномоченное на подготовку ответов на адвокатский запрос (данную информацию можно получить в ЕГРЮЛ или на сайте организации). Практика показывает, что персонализация ответственности дает больший эффект.

Описанный пример – не единичный случай, а часть формирующегося системного подхода судов к защите прав адвокатов. Анализ правоприменительной практики (2023–2025 гг.) показывает, что в подобных спорах суды все чаще встают на сторону адвокатов, если их позиция юридически обоснована.

Так, в Новгородской области УМВД отказало адвокату в предоставлении информации по адвокатскому запросу, требуя доверенность помимо ордера. При этом полиция ссылалась на внутренние инструкции МВД и закон об обращениях граждан. Третий кассационный суд общей юрисдикции отменил «отказные» решения нижестоящих судов. При этом он указал, что Закон об адвокатуре не требует доверенности для направления адвокатского запроса: достаточно ордера. При этом кассационный суд подчеркнул, что подмена норм специального закона инструкциями МВД недопустима.

В следующем примере ГИБДД Чувашии отказала адвокату в предоставлении сведений об автомобиле супруги доверителя, сославшись на отсутствие ее согласия и Закон о персональных данных.

Верховный Суд Чувашской Республики признал отказ незаконным. Он напомнил, что автомобиль, приобретенный в браке, презюмируется совместной собственностью (ст. 34 СК РФ, ст. 133 ГК РФ), поэтому адвокат, являющийся представителем супруга, имеет полное право знать об имуществе жены доверителя без ее согласия, так как это имущество и его доверителя тоже.

В Республике Хакасия глава сельсовета отказал адвокату в предоставлении сведений по адвокатскому запросу, требуя подтверждения согласия доверителя на обработку персональных данных.

Признавая главу сельсовета допустившим нарушение ст. 5.39 КоАП, суд пояснил, что наличие у адвоката ордера уже подтверждает факт поручения указанного согласия доверителя. Требование представить дополнительные документы о согласии доверителя на обработку персональных данных является незаконным ограничением адвокатской деятельности.

Возвращаясь к рассматриваемой ситуации, можно констатировать, что процессуальная победа в данном случае имеет значение, выходящее далеко за рамки частного наказания должностного лица, и касается фундаментальных основ профессии адвоката.

Во-первых, реализация конституционных гарантий.

В соответствии со ст. 48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Это право не может быть реализовано, если адвокат лишен доступа к информации. Игнорирование адвокатского запроса тождественно воспрепятствованию реализации указанного конституционного права.

Во-вторых, административная преюдиция в уголовном процессе.

Это тонкий, но перспективный инструмент. Постановление суда является документом, подтверждающим, что должностное лицо нарушило закон, препятствовало защите, скрывая документы по охране труда. В перспективе лишение стороны защиты возможности представить доказательства ввиду противоправных действий должностных лиц может лечь в основу: признания расследования неполным, ходатайства о запросе суда, толкования сомнений в пользу обвиняемого (ст. 49 Конституции).

В заключение добавлю, что при подготовке адвокатских запросов ключевое значение имеет соблюдение Стандарта подготовки и направления адвокатских запросов, утвержденного XI Всероссийским съездом адвокатов 20 апреля 2023 г. Качество адвокатских запросов должно быть безупречным, чтобы исключить отказ по формальным основаниям.