Видеолекции

Популярные материалы

Лариса Скабелина
22 мая 2020 г.
Влияние цифровизации на профессиональную коммуникацию адвоката
При общении онлайн значительно проще скрывать истинные намерения, давать ложные показания
Геннадий Шаров
19 мая 2020 г.
Безболезненно выйти из карантина
Отклик на коллективное письмо, опубликованное адвокатом Юлием Таем 12 мая
Сергей Гаврилов
19 мая 2020 г.
Жизнь в новой – цифровой – реальности
Информатизация – это как ремонт, который, начав, невозможно закончить, можно только прекратить
Вадим Клювгант – о поправках в Закон о полиции
18 мая 2020 г.
Вадим Клювгант
Вадим Клювгант – о поправках в Закон о полиции
В интервью «Фонтанке» он проанализировал изменения и дал свою оценку происходящему
Николай Жаров
18 мая 2020 г.
Возвращение к обычному ритму работы
В Костромской области резко возросла ежедневная нагрузка адвокатов

Дискуссии

Юрий Костанов
Советник ФПА РФ

Порочная формулировка

20 января 2017 г.

О законопроекте по допуску адвокатов в СИЗО, два года пролежавшем в Госдуме



Казалось бы, рекомендованный к принятию Госдумой в первом чтении законопроект о дополнении ст. 53 УПК РФ наконец-то разрешает проблему, связанную с получением адвокатами свиданий со своими подзащитными в СИЗО. Но на самом деле это не так.

Этот законопроект сохраняет неоднократно раскритикованную порочную формулировку, на которой основаны незаконные требования сотрудников СИЗО о предъявлении пресловутых «разрешений» от следователя либо суда на получение свидания. Ситуацию не спасает указание на то, что у адвоката, кроме удостоверения и ордера, нельзя требовать никаких других документов.

Такой запрет давно существует в Законе о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых, но не соблюдается. Допуск – это разрешение. В том, что других смыслов данное понятие не имеет можно убедиться, заглянув в словарь русского языка. Сохранение в УПК слова «допуск» в любых вариациях приводит к тому, что сотрудники СИЗО требуют предъявить документ, свидетельствующий о том, что адвокат допущен к участию в деле.

Более года назад, 14 октября 2015 г. в Госдуме ФС РФ состоялось заседание круглого стола, на котором обсуждался этот законопроект депутата Марданшина. Почти все участники заседания согласились с тем, что фразу: «с момента допуска к участию в деле» необходимо заменить фразой «с момента принятия на себя защиты», с чем депутат Марданшин согласился.

Очевидно, что сохранение данной формулировки в УПК РФ и ее повторение в предлагаемом законопроектом дополнительном пункте не только не разрешает проблемы, но даже усугубляет ее, придает допуску значение некой реперной точки, когда какие-то действия можно производить до допуска, а какие-то – после. И наделение адвоката полномочиями по защите связывается не с волеизъявлением подзащитного и заключением соглашения на защиту, а с усмотрением следователя.

В пояснительной записке указано, что данный законопроект учитывает позицию Президента РФ, выраженную им на встрече с членами Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, и позиции членов Совета.

В действительности, ни Владимир Путин, ни члены Совета тогда не высказывали мнения о возможности сохранения пресловутых допусков, более того, Владимир Путин назвал практику, порожденную этой формулировкой, безобразием.

Обращает на себя внимание тот факт, что законопроект, который был представлен на обсуждение юридической общественности в 2015 г., полтора года пролежал в нафталине и только сейчас внесен на рассмотрение Госдумы, причем в своем худшем варианте. Потому что предложенная формулировка фактически означает, что запрет на истребование у адвоката других документов, кроме адвокатского удостоверения и ордера, действует до получения им допуска.
Поделиться