Популярные материалы

Евгений Панин
12 февраля 2020 г.
Время пришло
О предложении ФПА РФ включить в Конституцию РФ положение об адвокатуре
Сергей Иванов
12 февраля 2020 г.
О конфликте интересов доверителей в адвокатской практике
Необходимо принять решения, упреждающие возможную негативную практику
Сергей Макаров
11 февраля 2020 г.
Привлечь нельзя помиловать
Где проходит тонкая грань между защитой и попустительством?
Нвер Гаспарян
11 февраля 2020 г.
Акт неконструктивизма
О реакции ФСИН на предложения ФПА РФ по улучшению работы следственных изоляторов
Борис Золотухин
10 февраля 2020 г.
Нелогичные и порой смехотворные возражения
Анализ ответа ФСИН на предложения ФПА об улучшении работы следственных изоляторов
Борис Золотухин
Член Совета АП Белгородской области

Нелогичные и порой смехотворные возражения

10 февраля 2020 г.

Анализ ответа ФСИН на предложения ФПА об улучшении работы следственных изоляторов


Ознакомившись с мнением Правового управления ФСИН России по существу предложений ФПА РФ об улучшении работы СИЗО страны, считаю необходимым отметить следующее.

Читайте также:
«Отрицательный результат – тоже результат»
В ФПА РФ поступил ответ ФСИН по вопросу улучшения ситуации с доступом адвокатов к их доверителям в СИЗО

По существу п. 1 о внесении изменений в ст. 294 Уголовного кодекса РФ ФСИН полагает внесение изменений невозможным, поскольку «профессиональная деятельность адвокатов не направлена на реализацию целей и задач правосудия». К сожалению, очень сложно комментировать мнение сотрудников, не понимающих значение конституционного принципа состязательности сторон и роль адвокатуры в российском уголовном процессе.

Представляется, что вот именно таким отношением к адвокатуре, как к лишнему для ФСИН институту российского законодательства, проникнуты и остальные позиции возражений.

Так, по п. 2 предложений ФПА предлагаемые изменения в Федеральный закон от 15 июня 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Закон № 103-ФЗ) в виде внесения дополнений об обязательном участии адвоката в уголовном деле (независимо от категории преступления) по делам, по которым дознание, следствие обратилось в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, ФСИН отвергает по той причине, что этот закон не регулирует вопросы обязательного участия адвокатов в уголовном деле.

С этим тезисом можно согласиться (хотя указанный Закон содержит 17 упоминаний слова «защитник»), однако основным предложением второго пункта предложений было дополнение ч. 1 ст. 51 «Обязательное участие защитника» УПК РФ новым п. 4.1 следующего содержания: «4.1) в отношении подозреваемого, обвиняемого дознаватель или следователь обратился в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу».

Смысл этого предложения заключался в расширении категорий лиц, по которым участие защитника обязательно, лицами, к которым избирается самая строгая меры пресечения в виде изоляции от общества.

Отсутствие возражений ФСИН в этой части позволяет предполагать, что с предложением о дополнении ст. 51 УПК РФ они согласны.

Относительно возражений ФСИН об изменении п. 4 ч. 1 ст. 17 «Права подозреваемых и обвиняемых» Закона № 103-ФЗ в следующем виде: «4) на свидание и телефонные переговоры с защитником» полагаю необходимым отметить, что главной целью Закона № 103-ФЗ (вопреки устоявшемуся мнению и практике ФСИН) является не изоляция обвиняемых от общества и обеспечение режима их содержания, а в силу требований ст. 3 этого закона реализация целей, «предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации». А это значит, что нормы УПК о соблюдении права на защиту распространяются и на СИЗО.

Утверждения же о якобы невозможности проверить, с защитником или нет осуществляется телефонный разговор, с учетом сегодняшних технических условий и возможностей просто смехотворны.

Следует понимать, что ФСИН не возражает против дополнения Закона № 103-ФЗ статьей 18.2 следующего содержания: «Запрещается посещение следователями и оперативными сотрудниками лиц, содержащихся в следственном изоляторе, в отсутствие защитника» и полагается в этом вопросе на мнение исполнительных органов, в компетенцию которых входят ОРД, следствие и дознание.

Что касается возражений по п. 5 предложений ФПА (в части разрешения на пронос в СИЗО технических средств) со ссылкой на то, что российское законодательство разрешает это при проходе к осужденным, а не обвиняемым, хотелось бы обратить внимание на нелогичность этих положений закона.

В данном случае лицам, уже осужденным и более пораженным в правах, предоставляется больше прав, чем лицам, еще не признанным виновными.

Что касается остальных возражений ФСИН в части оптимизации работы следственных кабинетов, то хотелось бы отметить, что эти возражения ФСИН не конкретны и не объясняются проблемами материально-технического характера.

Для реализации этих предложений не потребуется дополнительных финансовых затрат и достаточно просто желания организационно их осуществить на уже имеющейся базе.

При этом нельзя серьезно относиться к ссылке ФСИН на то, что создание кабинетов для краткосрочных свиданий будет нарушением права на защиту, поскольку сама защита этого просит и не считает это нарушением своих прав.

Поделиться