Популярные материалы

Нвер Гаспарян
20 сентября 2019 г.
Незаконный обыск
Суд санкционировал обыск в адвокатском образовании при отсутствии оснований для его производства
Юрий Зиновьев
12 сентября 2019 г.
Формальность, лишенная практического смысла
Адекватная, современная и предпочтительная форма ознакомления с материалами дела «маскируется» под старую и изжившую себя, чтобы избежать прокурорских претензий
Борис Золотухин
11 сентября 2019 г.
«…честно жить не хочет?»
Об обстоятельствах привлечения адвоката к уголовной ответственности, затронутых в мнении Алексея Созвариева
Нвер Гаспарян
10 сентября 2019 г.
Требуется внутрикорпоративный механизм
О порядке выдвижения адвокатом обвинения в отношении коллеги
Олег Смирнов
9 сентября 2019 г.
Оправдательный приговор – отнюдь не дефект правосудия
К годовщине введения суда присяжных в районах. Позиция защиты
Евгений Рубинштейн
Советник ФПА РФ, член НКС ФПА РФ

Логика и юридическая техника

16 января 2017 г.

Целесообразно начать формировать такие стандарты поведения адвокатов, которые не вызывают острых дискуссий в адвокатском сообществе



На основании изучения и анализа проектов Стандарта участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве, представленных на конференции «Адвокатура. Государство. Общество» 9 декабря 2016 г., автор высказывает предложения относительно содержания и структуры итогового варианта этого документа.

Современные тенденции детализации и алгоритмизации процесса в сфере оказания услуг пришли и в адвокатуру. По всей видимости, общее представление о том, что государство и органы местного самоуправления предоставляют соответственно государственные и муниципальные услуги, требующие выработки стандартов их оказания[1], экстраполировано и на институты гражданского общества.

Не останавливаясь на общепризнанных тезисах о том, что адвокаты не оказывают услуги и творческая адвокатская деятельность не может быть сопоставима и сравнима со строго регламентированной и унифицированной деятельностью государственных и муниципальных служащих, все же следует отметить, что задолго до появления этой тенденции адвокатское сообщество стало самостоятельно формировать минимальные стандарты оказания юридической помощи. Деятельность органов адвокатского самоуправления на протяжении практически 15 лет свидетельствует о том, что адвокатское сообщество в заключениях квалификационных комиссий и решениях советов адвокатских палат субъектов РФ уже сформировало ряд минимальных стандартов оказания юридической помощи в уголовном судопроизводстве.

До недавнего времени эти стандарты не были предметом кодификации и унификации. Благодаря долгой кропотливой творческой работе членов Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, отдельным представителям адвокатской корпорации (вице-президентам ФПА РФ Н.Д. Рогачёву, Г.К. Шарову), Адвокатской палате Костромской области, многим другим адвокатам и ученым сообществу были представлены проекты Стандарта участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве. Это событие представляется важнейшим в процедуре формирования итогового варианта Стандарта, поскольку создать проект документа гораздо сложнее, чем его анализировать и критиковать.

Как и в любом другом творческом процессе, итоговый вариант будет результатом долгих размышлений, поисков, отрицаний и создания на основе проектов нового или усовершенствованного продукта. Не ставя перед собой цель критиковать имеющиеся проекты, на основании их изучения и анализа считаю возможным высказать некоторые соображения относительно содержания Стандарта участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве.

Логика формирования стандартов

Основой для формирования итогового варианта документа является уяснение того, что следует понимать под стандартом оказания юридической помощи адвокатом-защитником. Это, в свою очередь, приведет нас к выводу, как и каким образом с точки зрения юридической техники следует изложить конкретный стандарт в тексте документа.

Представляется, что в качестве исходного материала для уяснения стандарта оказания юридической помощи могут быть использованы заключения квалификационных комиссий адвокатских палат субъектов РФ, утвержденные соответствующими решениями советов. Ценность такого подхода в том, что указанные органы адвокатского самоуправления на основе конкретных дисциплинарных обвинений, применяя законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, в том числе Кодекс профессиональной этики адвоката, формируют стандарт поведения адвоката в конкретной процессуальной ситуации.

Естественно, что процессуальные ситуации могут иметь свои особенности и отличаться обстоятельствами. Поэтому и конкретное «правильное» поведение адвоката может быть разным. В связи с этим думается, что логика формирования стандартов заключается в определении процессуальной ситуации, в которой адвокат оказывается чаще всего (стандартная ситуация), и описании его поведения в этой ситуации (стандарт поведения).

Учитывая, что в зависимости от конкретных обстоятельств процессуальной ситуации, квалификации адвоката, целей и особенностей доверителя поведение адвоката и его действия могут быть различными, стандарт поведения адвоката должен предусматривать лишь минимально необходимые действия, которые он обязан совершить. Это не означает, что адвокат в стандартной ситуации не может совершить и другие, не описанные в стандарте действия. Квалификация адвоката может позволить ему совершить гораздо больше действий, чем указано в стандарте. Но это означает, что адвокат, который совершил все действия, описанные в стандарте, не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности. И наоборот, если адвокат не совершил хотя бы одного из этих действий, то он может быть привлечен к дисциплинарной ответственности. Несовершение адвокатом действий, которые прямо предусмотрены стандартом, следует считать неквалифицированным оказанием юридической помощи. Именно поэтому к выбору конкретных стандартов и их описанию следует подходить очень осторожно.

Пример стандарта поведения

Попробую в качестве иллюстрации к изложенным выше тезисам предложить и описать определенный стандарт поведения адвоката. Стандартной ситуацией является вступление адвоката в уголовное дело по назначению органов следствия и дознания. УПК РФ предусматривает необходимые действия адвоката для вступления в уголовное дело по назначению – предъявление следователю (дознавателю) удостоверения и ордера адвоката (ч. 4 ст. 49 УПК РФ). Поскольку эти действия прямо описаны в УПК РФ, то в Стандарте участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве им не место. Адвокатское сообщество не может регулировать правовые отношения, выходящие за рамки его полномочий и уже прямо урегулированные нормативным правовым актом.

Между тем ни УПК РФ, ни Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», ни Кодекс профессиональной этики адвоката не регулируют действия и поведение адвоката после вступления его в уголовное дело, т.е. после предъявления следователю (дознавателю) удостоверения и ордера адвоката. Именно эти действия и должны составлять предмет Стандарта.

Адвокатская палата г. Москвы уже достаточно давно сформировала минимальный профессиональный стандарт оказания юридической помощи при вступлении адвоката-защитника в уголовное дело по назначению. Нельзя сказать, что он системно изложен в одном документе, но органы адвокатского самоуправления в локальных актах (заключениях и решениях), по сути, унифицировали и описали минимально необходимые действия адвоката при вступлении в уголовное дело по назначению. В настоящее время этот стандарт используется в качестве теста при рассмотрении жалоб на неквалифицированное оказание юридической помощи адвокатом, участвующим в уголовном судопроизводстве в качестве защитника по назначению.

В Стандарте участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве он может быть описан следующим образом:

«1. После вступления в уголовное дело адвокат-защитник обязан потребовать предоставления свидания с доверителем (обвиняемым, подозреваемым) наедине и конфиденциально в целях его интервьюирования и консультирования по вопросам, имеющим значение для выработки позиции по делу и/или участия в предстоящих процессуальных действиях.

2. До начала производства следственного или иного процессуального действия адвокат-защитник обязан ознакомиться с документами, которые должны предоставляться ему до окончания предварительного расследования при заявлении соответствующего ходатайства.

3. До начала производства следственного или иного процессуального действия адвокат-защитник обязан удостовериться, имеется ли у доверителя (обвиняемого, подозреваемого) защитник по соглашению и, если имеется, надлежащим ли образом он был уведомлен о предстоящих процессуальных действиях.

4. Если адвокат-защитник вступил в уголовное дело по назначению до истечения 24 часов с момента задержания подозреваемого (обвиняемого) или избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, то он не вправе принимать участие в каких-либо процессуальных действиях до истечения 24-часового срока, за исключением случаев, когда будет представлено не вызывающее сомнений в своей достоверности подтверждение невозможности явки адвоката, с которым заключено соглашение, в тот же срок».

Юридическая техника

Представляется, что в стандартах нет необходимости цитировать положения других нормативных правовых актов и ссылаться на них при описании поведения адвоката. С точки зрения юридической техники стандарт поведения адвоката не должен содержать правового и тактического обоснования того, почему адвокатское сообщество сформулировало именно такое, а не другое поведение адвоката. Обоснование и аргументация поведения адвоката – это предмет профессиональных и научных дискуссий, комментариев и публикаций. В итоговом документе следует описать лишь те действия, которые адвокат обязан совершить или от совершения которых адвокат обязан воздержаться.

Учитывая конкретный характер стандартов, излишним представляется использование общих положений, не содержащих детального описания поведения адвоката. Например, ничего содержательного в стандарты поведения адвоката не привносят следующие фразы: «процессуальные полномочия защитника регламентируются уголовно-процессуальным законом», «защитник обязан оказывать юридическую помощь, руководствуясь законными интересами подзащитного, которые должны превалировать над собственными интересами и интересами третьих лиц, действуя при этом добросовестно, разумно и своевременно», «целью осуществления адвокатом защиты подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления является создание адвокатом условий для принятия дознавателем, следователем, прокурором или судом по уголовному делу законного и обоснованного окончательного решения, предпочтительного для подзащитного» и т.п.

Думается, что следует избегать и излишней детализации. Применительно к описанному выше стандарту нет необходимости указывать на конкретные вопросы, которые адвокат должен задать своему доверителю (обвиняемому, подозреваемому). Профессиональные знания и навыки позволят адвокату самостоятельно определить способ получения информации в зависимости от особенностей доверителя. Но думается, что предмет общения и цель конфиденциального свидания указать целесообразно.

Планомерное обсуждение

Приведенный выше пример стандарта, конечно, является не единственным. Уверен, что адвокатское сообщество имеет общее представление о том, как должен вести себя адвокат во многих процессуальных ситуациях, например при заявлении отказа от защитника, вызове защитника на допрос, обжаловании процессуальных решений, выступлении в прениях и т.п. В связи с этим целесообразно начать формировать такие стандарты поведения адвокатов, которые не вызывают острых дискуссий в адвокатском сообществе. И постепенно через планомерное обсуждение иных стандартов включать их в текст Стандарта участия адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве.

[1] См.: Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» (п. 4 ст. 2, п. 1 ст. 5, подп. 2 п. 2 ст. 12, ст. 14).
Поделиться