Видеолекции

Популярные материалы

Нвер Гаспарян
12 августа 2020 г.
Дело актера как кривое зеркало российской адвокатуры
Почему мы ценим компетентность и порядочность адвоката, а не его материальный достаток
Акиф Бейбутов
11 августа 2020 г.
Адвокатская палата переходит на электронный документооборот
За неиспользование почтового ящика адвокаты несут персональную ответственность
Никита Трубецкой
7 августа 2020 г.
Когда «двойная защита» есть, а конфликта нет
Основания назначения адвоката-дублера должны быть исключительными
Елена Авакян
3 августа 2020 г.
Стресс-тест для судебной системы
О том, как российское правосудие принимает удар пандемии
Николай Жаров
3 августа 2020 г.
Сохранить бессрочность сплошной кассации по уголовным делам
Судебная система должна «наступить на горло собственной песне»
Елена Кузьмина
Член Совета ФПА РФ, президент АП Чувашской Республики

И в адвокатской деятельности есть место подвигу!

23 апреля 2020 г.

О добросовестности, бдительности и человечности защитника


Мы – поколение людей, лишь понаслышке знавших о войне, голоде, холоде и эпидемиях, даже представить себе не могли, что этот обычный для нас мир, полный событий и эмоций, в одночасье станет хрупким и зыбким. Когда информацию о количестве заболевших и умерших от COVID-19 в разных странах мира и различных регионах России мы с содроганием воспринимаем как сводку военных действий.

Многим людям не надо устанавливать ограничительные меры, они и так в страхе за свою жизнь и здоровье близких добровольно самоизолировались. Это, безусловно, правильно и очень важно в этой борьбе с невидимым врагом. Но есть профессии, которые и в период пандемии нужны людям как воздух. Оказалось, что к таким профессиям относится и профессия адвоката. Я до последнего времени была уверена в том, что профессия адвоката, если адвокат работает четко и добросовестно, является порядочным человеком, не относится к особо рисковым. И уж тем более адвокат не может спасти человеческую жизнь. Но последние дни показали, что и в адвокатской деятельности есть место подвигу.

Мои коллеги практически ежедневно звонят по телефону и с волнением в голосе рассказывают об участии в следственных действиях в стесненных условиях следственных кабинетов площадью не более 9 кв.м., где ни у следователя, ни у подзащитного нет элементарных средств защиты в виде масок и перчаток, не говоря уже о том, что ими никто не обеспечивает защитника. Рассказывают о том, что задержанные подзащитные имели на руках предписания на госпитализацию и самоизоляцию в связи с признаками заболевания либо находились в контакте с больными и срок карантина не истек. Конечно же, адвокаты не могут не волноваться за свою безопасность и безопасность членов своих семей. Я искренне разделяю с ними их переживания и перезваниваю через день, чтобы узнать, как они себя чувствуют. К сожалению, я не могу иным образом проявить заботу о них.

Но последний случай, произошедший с адвокатом Эмилией Абакумовой, произвел на меня особое впечатление. Эмилия Владимировна позвонила и сообщила, что через Центр субсидируемой юридической помощи Адвокатской палаты ЧР она приняла требование следователя о назначении ее защитником К. В первый день участия при допросе К. в качестве подозреваемого она рекомендовала ему воздержаться от дачи показаний, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, поскольку он сообщил, что неважно себя чувствует. На следующее утро она была приглашена следователем для участия в следственных действиях, задержании подозреваемого и в судебном заседании при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Обратив внимание на ссадину между пальцами и отек правой кисти К., а также его тяжелое дыхание, с занесением в протокол задержания, она заявила возражения против задержания и ходатайство о его осмотре терапевтом и хирургом-травматологом по поводу травмы ладони правой руки и признаков простудного заболевания, которым может оказаться COVID-19.

Поскольку в протоколе задержания адвокатом было отражено название опасного вируса, следователем это ходатайство было удовлетворено. В тот же день К. был осмотрен хирургом, у него, кроме видимых повреждений, были выявлены переломы ребер. На следующий день адвокат Э.В. Абакумова настояла на дальнейшем обследовании К.

В результате дополнительного обследования К. поставлен диагноз «двусторонняя полисегментарная пневмония», а врачами дано заключение о невозможности его содержания в условиях изолятора и нуждаемости в экстренной госпитализации в инфекционное отделение больницы. Эмилия Владимировна спокойным тоном сообщила мне о том, что у К. подозревают COVID-19, и до получения результатов его анализов она вынуждена самоизолироваться. При этом она не предъявляла претензий и не высказывала обид, что вынуждена рисковать своим здоровьем за совершенно небольшие деньги, оплачиваемые как за обычные рабочие дни, а лишь сожалела, что какое-то время не сможет исполнять профессиональный долг. Меня потрясла выдержка Эмилии Владимировны, и три дня ожидания результатов анализов К. показались вечностью.

К счастью, у К. не был обнаружен смертельный вирус, но его жизнь была спасена именно благодаря добросовестности, бдительности и человечности Эмилии Владимировны. Если бы не ее настойчивость, вряд ли у К. были бы шансы выжить с двусторонней пневмонией в условиях СИЗО. Искренне надеемся, что повторный анализ К. на COVID-19 будет отрицательным, а в скором будущем адвокаты перестанут так рисковать своим здоровьем.

Поделиться