Популярные материалы

Елена Сенина
27 октября 2020 г.
«Разделяй и властвуй»
Так можно объяснить предложение разрушить все, что нарабатывалось годами в сфере интеграции альтернативных способов урегулирования споров
Михаил Толчеев
26 октября 2020 г.
Истцы не доказали установление запрета
С самого начала их главным методом доказывания стала логическая подмена
Современные технологии должны служить праву
26 октября 2020 г.
Валерий Лазарев
Современные технологии должны служить праву
Однако тенденции развития права в направлении «сплошной цифровизации» опасны для человека и общества
Сергей Макаров
23 октября 2020 г.
Гром медиации, раздавайся!
Законопроект среди ясного неба
Репутацию адвоката нужно зарабатывать постоянно
22 октября 2020 г.
Евгений Галактионов
Репутацию адвоката нужно зарабатывать постоянно
Первого оправдательного приговора Евгений Галактионов добился, будучи стажером и участвуя в процессе по назначению
Виктор Буробин
Адвокат АП г. Москвы

Адвокатский ордер – необходимость или анахронизм?

17 апреля 2015 г.

Каким образом должны удостоверяться полномочия адвоката



На одном из последних Советов ФПА был рассмотрен вопрос о создании электронного ордера адвоката и распространении этого «ноу-хау» на все адвокатские образования России.

Зададимся вопросом – каким образом должны удостоверяться полномочия адвоката при осуществлении адвокатской деятельности и как это делается в других странах?

Когда моего доверителя В. Бута доставили в Нью-Йоркскую тюрьму, к нему выстроилась очередь из адвокатов, предлагавших юридическую помощь. Ни одному из них для беседы с ним как с потенциальным клиентом не пришлось просить у следователя «допуска» или показывать для прохода в тюрьму соответствующим образом оформленный «ордер». При этом нужно понимать, что в США у Бута вообще не было никого, кто мог бы заключить договор с американским адвокатом, а сам Бут обвинялся в терроризме и для американцев ассоциировался с другом Бен Ладана. Но и в таких условиях помощь адвоката ему была обеспечена.

Могу с уверенностью утверждать, что ни в одной стране мира с развитой правовой традицией (думаю, что и в неразвитых странах также) нет документа, являющегося аналогом нашего ордера, как бы удостоверяющего право адвоката на работу по конкретному делу. Российское же отраслевое процессуальное законодательство, кроме арбитражного, требует наличия у адвоката ордера.

С моей точки зрения ордер как документ, опосредующий полномочия адвоката, является социалистическим анахронизмом, не соответствует экономическим и правовым реалиям сегодняшнего дня и должен быть исключен из действующего законодательства.

Ни в Судебных уставах 1864 г., которыми был введен институт адвокатуры, ни в Положении «Об адвокатуре в СССР» 1939 г., ни в Положениях «Об адвокатуре РСФСР» 1962 и 1980 гг. упоминания об ордере не содержится. В силу ряда исторических причин, а также особого статуса адвоката в советское время сложилось так, что удостоверение его полномочий получило самостоятельное, отличное от других представителей, регулирование в процессуальном законодательстве. Появление в процессуальном отраслевом законодательстве ордера в это время было связано с необходимостью отчетности адвокатского образования за проделанную адвокатами этого образования работу. Ордер также опосредовал распоряжение руководителя адвокатского образования адвокату принять конкретное поручение.

Сегодня правовой статус и сфера деятельности адвоката коренным образом изменились. Наш статус подтверждается адвокатским удостоверением, выдаваемым управлением юстиции, а сведения об адвокате содержатся в публичном реестре адвокатов.

Согласно ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» эта деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом, на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.

Следовательно, отношения адвоката и доверителя, независимо от вида оказываемой юридической помощи, должны подчиняться принципам и нормам гражданского права, а в случае судебного представительства – также требованиям применимого процессуального законодательства.

УПК РФ и ГПК РФ сегодня исходят из возможности допущения адвоката в процесс на основании ордера. Но действительно ли ордер удостоверяет полномочия адвоката, а если нет, тогда зачем он нужен? Давайте задумаемся, какова правовая природа ордера?

Согласно п. 1 ст. 182 ГК РФ полномочие на совершение одним лицом от имени другого лица юридических действий, которые создают, изменяют и прекращают гражданские права и обязанности последнего, может быть основано помимо договора на указании закона. Очевидно, ордер следует отнести к разряду таких полномочий.

В то же время форма ордера, утвержденная приказом Минюста России, не предусматривает включения в нее конкретных полномочий адвоката. Ордер содержит лишь указание на адвоката, которому поручено дело, доверителя и сущность поручения (кстати, очень нелепо выглядит ситуация, когда ордер, выдаваемый адвокатским кабинетом, подписывает сам адвокат, который и выполняет поручение).

Ордер сегодня – по существу документ, подтверждающий в публичном поле лишь принятие поручения адвокатом в силу закона без указания полномочий, которые предоставлены доверителем, и не предоставляет адвокату важнейших из них. При таких условиях, очевидно, что правовое значение ордера фактически сведено к нулю.

Поэтому в гражданском процессе ордер является чужеродным неэффективным инструментом, не имеющим никакого правового значения. Представительство здесь должно осуществляться на основании доверенности.

В отличие от случаев ведения гражданских дел, в уголовных и административных делах публичный элемент в деятельности адвоката сохраняется. Но приходится признать, что и в производстве по таким делам ордер оказывается неэффективен. Вместо того чтобы упростить вступление адвоката в дело, ордер может осложнять или даже препятствовать деятельности адвоката. На практике должностные лица, осуществляющие уголовное преследование, а также суды могут отказывать адвокату в доступе к доверителю, в праве участия в следственных действиях, судебных заседаниях, беспрепятственного прохода в места изоляции обвиняемых на основании отсутствия ордера или ошибках, допущенных при его составлении. Кто из действующих адвокатов не сталкивался с подобным?

Такое положение дел существенно ограничивает право на получение квалифицированной юридической помощи в ситуации уголовного преследования, поскольку иногда оформить ордер не представляется возможным (например, в случае задержания лица ночью и вызова адвоката из дома, проведения обыска и т.д.).

Полагаю, что единственным документом для допуска адвоката к ведению уголовных и административных дел, а также участия его в судебных заседаниях должно быть просто его адвокатское удостоверение.

«Улучшить» ордер можно и нужно не созданием его электронной версии, а путем исключения его из числа документов, удостоверяющих полномочия адвоката во всех процессуальных кодексах России и из Закона об адвокатуре.

Поделиться