Материалы дискуссии

14 сентября 2021 г.
Мне Генри друг, но истина дороже
Увы, опять произношу эту фразу, прочитав статью Генри Марковича по поводу двойной ответственности адвокатов
8 сентября 2021 г.
У одного деяния может быть не один объект посягательства
Действия, посягающие на честь и достоинство адвоката или авторитет адвокатуры, должны получать соответствующую оценку нашего сообщества
6 сентября 2021 г.
Дважды в одну реку, или не суди, если уже осудили
В продолжение дискуссии о недопустимости двойной ответственности за одно и то же деяние
3 сентября 2021 г.
Non bis in idem
О публикации Генри Резника, в которой говорится о недопустимости двойной ответственности за одно и то же деяние
1 сентября 2021 г.
Не допускать двойной ответственности
Запрет двойной публично-правовой (карательной) ответственности за одно и то же деяние не знает исключений

Административное правонарушение или правовой нигилизм?

Общеизвестный принцип римского права non bis in idem (никто не должен нести двойное наказание за одно преступление) указывает на невозможность дважды привлечь к ответственности одного вида. При этом отсутствует запрет на привлечение лица за совершение одного деяния к разным видам ответственности.

Евгений Семеняко
Первый вице-президент ФПА РФ, президент АП г. Санкт-Петербурга

Мне Генри друг, но истина дороже

14 сентября 2021 г.

Увы, опять произношу эту фразу, прочитав статью Генри Марковича по поводу двойной ответственности адвокатов

В 2016 г. при подготовке Разъяснения Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам (№ 02/16) «По вопросам применения п. 3 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката» мой добрый друг и единомышленник Генри Маркович Резник уже пытался отстаивать идею, высказанную им в статье «Не допускать двойной ответственности». И тогда КЭС не согласилась с ним, сформулировав положение о том, что применение к адвокату административного или уголовного наказания не исключает и дисциплинарную ответственность. Видимо, мы не доспорили. А учитывая, что, как говорят мудрые, спорить можно только с единомышленниками, позволю себе несколько замечаний относительно этой статьи, которые, надеюсь, будут восприняты без обид.

Главный посыл статьи – святость правила non bis in idem: «Правило non bis in idem, согласно которому никто не может быть наказан дважды за одно и то же нарушение, является универсальным принципом законодательного регулирования юридической ответственности и закреплено в актах международного права…»

По мнению автора статьи, правило non bis in idem должно применяться не только в рамках одного вида ответственности, но и в сопряжении с иными видами ответственности, которые могут наступать за одно и то же нарушение. В частности, как считает Генри Маркович, применение публично-правовой ответственности исключает впоследствии дисциплинарную ответственность.

В обоснование своей позиции он ссылается на конкретные решения ЕСПЧ, КС РФ, Международный пакт о гражданских и политических правах, Европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Конституцию РФ и УК РФ.

Однако анализ приведенных уважаемым коллегой ссылок на авторитетные мнения международных и национальных институтов права говорит о том, что правило non bis in idem должно применяться только в рамках одного вида ответственности. И это логично, поскольку административная и дисциплинарная ответственность – по сути, разноотраслевые и друг другу не тождественны, описанный ими случай имеет разные объективные стороны, разный предмет посягательства, да и составы правонарушения совсем не одинаковы по своему содержанию.

Так, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21 марта 2013 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта "в" пункта 2 статьи 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" в связи с жалобами граждан Р.В. Боскачева, И.В. Овсянникова и Д.А. Савельева"» отмечается (вынужден прибегнуть к обширному цитированию ввиду важности содержания):

«Согласно статье 50 (часть 1) Конституции Российской Федерации никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление. Названная норма, по ее буквальному смыслу, распространяется на случаи привлечения к уголовной ответственности, однако это не означает, что Конституция Российской Федерации допускает неоднократное привлечение к административной или дисциплинарной ответственности за одно и то же деяние, – установленный ею запрет, в котором нашел отражение общеправовой принцип non bis in idem, направлен, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 11 мая 2005 года № 5-П, на обеспечение правовой безопасности и правовой определенности и стабильности. Исходя из природы юридической ответственности как формы реакции на конкретное правонарушение в целях устранения или смягчения последствий правонарушения либо наказания правонарушителя, а также предотвращения новых правонарушений, повторное привлечение лица к одному и тому же виду ответственности за одно и то же деяние было бы – вопреки названному общеправовому принципу – ответственностью без правонарушения, что недопустимо в правовом государстве».

На это же Постановление КС РФ ссылается и Генри Маркович, ставя без достаточных оснований в один ряд дисциплинарную ответственность и публично-правовую (карательную) и делая отсюда вывод об идентичности этих видов ответственности, а следовательно, и о применении в этом случае принципа non bis in idem.

Между тем правом реализации публичной ответственности (правом публичного преследования) наделяется только государство в лице его законодательных и правоприменительных органов (Определение КС РФ от 15 января 2015 г. № 27-0).

Формами проявления публично-правовой ответственности КС РФ называет административную и уголовную ответственность (например, Постановление КС РФ от 23 сентября 2014 г. № 24-П).

Таким образом, публично-правовая ответственность – форма государственного принуждения, применяемая в отношении лиц, совершивших противоправные, общественно опасные виновные деяния.

Аналогичная позиция высказана и в других постановлениях КС РФ и постановлении ЕСПЧ, на которые ссылается Генри Маркович.

Что же касается дисциплинарной ответственности адвоката, то она наступает без участия государства в соответствии с положениями Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката и может в своем основании, в том числе, иметь факт привлечения адвоката к публично-правовой ответственности.

Это следует из положений п. 1 ст. 4 нашего Кодекса, в соответствии с которыми «адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущие его профессии», из п. 2 ст. 5 Кодекса: «Адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре». И, наконец, из содержания п. 1 ст. 8 Кодекса: «При осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан … честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом».

Дисциплинарный проступок адвоката – это противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении норм профессиональной этики и законодательства об адвокатуре, которое может иметь в том числе и административно-правовое, и уголовно-правовое измерение.

Таким образом, административная ответственность адвокатов, как публично-правовая, и дисциплинарная ответственность, как частно-корпоративная, являются ответственностью разного вида.

Данный вывод лишь повторяет тот, который был сделан Комиссией ФПА РФ по этике и стандартам еще в 2016–2017 гг. Обращаясь в памяти к тем временам, позволю себе напомнить Генри Марковичу, что он оказался единственным из наших коллег, кто возражал против подобного толкования столь очевидных понятий.

В завершение своих критических замечаний хочу сказать, что мне понятен посыл статьи – стремление защитить адвоката и всю корпорацию от возрастающего в последнее время давления на нее и ее институты. Однако давать в руки нашим недоброжелателям козырь в виде лукавой эквилибристики текстами высших судебных органов, таких как КС и ЕСПЧ, забывая при этом рекомендации КЭС – не лучшая позиция, занятая нашим выдающимся коллегой.



Дмитрий Тараборин
Вице-президент Палаты адвокатов Самарской области

У одного деяния может быть не один объект посягательства

8 сентября 2021 г.

Действия, посягающие на честь и достоинство адвоката или авторитет адвокатуры, должны получать соответствующую оценку нашего сообщества


На днях всеми нами уважаемый Генри Маркович Резник в очередной раз легким движением руки, как он один это умеет, инициировал бурную дискуссию относительно целесообразности привлечения к дисциплинарной ответственности адвокатов, в отношении которых имеются вступившие в законную силу решения судов о привлечении к административной ответственности за правонарушения, совершенные при исполнении ими своих профессиональных обязанностей.

Так, по мнению мэтра, адвокат, передавший своему доверителю, содержащемуся под стражей, некие предметы и привлеченный за это к административной ответственности, в последующем не может быть привлечен к ответственности дисциплинарной, поскольку это нарушает принцип недопустимости повторного наказания за одно и то же деяние – non bis in idem.

Будучи человеком, погруженным в вопросы дисциплинарной практики чуть менее уважаемого автора, все-таки позволю себе не согласиться с подобной позицией, потому что, на мой взгляд, она не только не основана на законе, но и вредна для корпорации в целом.

Следуя логике Генри Марковича, адвокат, передавший запрещенный предмет содержащемуся под стражей доверителю, дисциплинарной ответственности не подлежит вовсе, ибо если он уже был подвергнут административному наказанию, то это двойная ответственность, а если не был, то отсутствуют повод и основания для дисциплинарного производства.

На мой взгляд, эта позиция фактически одобряет действия, которые ни при каких обстоятельствах не могут быть расценены как соответствующие высокому статусу адвоката.

Мы как бы говорим коллегам: носите себе на здоровье, мы не против, попадетесь – мы прикроем.

Тем самым мы в очередной раз даем государству сигнал: сами себя мы регулировать не можем, мы либералы, поэтому своих мерзавцев вам не отдадим, позволим им и дальше творить все что заблагорассудится.

Рано или поздно количество подобных демаршей достигнет критической массы, все эти кейсы вынут из-под сукна, обобщат и дадут им соответствующую оценку, итогом которой станет перераспределение части полномочий в пользу государственного регулятора. Тем более что желающих вернуть корпорацию в прошлый век государственного регулирования – хоть отбавляй.

Кого тогда благодарить станем?..

Не надо переживать по поводу самоцензуры – таковая неизбежна в любом социуме.

И не стоит ссылаться на якобы двойную ответственность, поскольку совершенно очевидно, что у одного и того же деяния может быть далеко не один объект посягательства, в юридической практике таких примеров – хоть отбавляй.

Если в рассматриваемом случае объектом административного правонарушения является установленный законом порядок деятельности соответствующих учреждений, этим никак не исключается, что те же действия в равной степени посягают на честь и достоинство адвоката или авторитет адвокатуры и должны получить соответствующую оценку нашего сообщества.

Иначе оценку выставят всем нам. И это будет неуд.



Алексей Иванов
Адвокат АП Тверской области, вице-президент ФСАР

Дважды в одну реку, или не суди, если уже осудили

6 сентября 2021 г.

В продолжение дискуссии о недопустимости двойной ответственности за одно и то же деяние


Да простят меня уважаемые коллеги за такой заголовок, но к нему меня сподвигла недавняя очень интересная дискуссия относительно возможности привлечения к дисциплинарной ответственности адвоката, ранее привлеченного к административной ответственности по тем же фактическим обстоятельствам.

Напомню, что в г. Москве адвокаты были осуждены за совершение административных правонарушений, связанных с проносом на территорию места содержания под стражей запрещенных предметов. Прилагая к представлениям постановления районных судов о признании адвокатов виновными в совершении административных правонарушений и назначении обоим наказания в виде штрафа, уполномоченный орган юстиции предлагал возбудить в отношении адвокатов дисциплинарные производства, поскольку эти противоправные действия также нарушают нормы КПЭА, подрывают доверие к адвокатуре. Однако дисциплинарные производства в отношении адвокатов были прекращены, поскольку адвокаты уже понесли соответствующие наказания.

Уважаемый Генри Маркович Резник объяснил позицию Адвокатской палаты г. Москвы о невозможности в подобном случае повторной ответственности согласно общеправовому принципу non bis in idem – «не дважды за одно и то же». По его мнению, дисциплинарное производство должно быть прекращено, так как субъект ранее понес соответствующее наказание и дважды наказанным быть он не может.

Подобная позиция вызвала и критический отзыв, основывающийся, в частности, на том, что основания ответственности в административном и дисциплинарном производстве разные, поэтому одно производство и соответствующее наказание может абсолютно не исключать другое. В частности, Алексей Королев высказал собственную позицию, согласно которой адвоката можно привлечь к дисциплинарной ответственности, но только в случае, например, совершения последним нескольких однородных административных правонарушений.

С моей точки зрения, это очень интересный спор, который не может никого оставить равнодушным. И самое сложное в дискуссии – занять независимую взвешенную позицию, ведь мнение Генри Марковича и столичной адвокатской региональной палаты, безусловно, выгоднее адвокатскому сообществу, ведь оно исключает некоторые ситуации привлечения адвокатов к дисциплинарной ответственности. Поэтому, стараясь дистанцироваться от этой наиболее выгодной позиции, попробую порассуждать безучастно и независимо.

Итак, процедура привлечения к административной ответственности является достаточно серьезной и содержит различные и строгие виды наказания, такие, как штраф, конфискация, лишение специального права, арест, дисквалификация. Причем, как неоднократно разъяснял Европейский Суд по правам человека, эти наказания иногда вполне могут быть по своей строгости эквивалентны наказаниям уголовным. Таким образом, лицо, привлекаемое к административной ответственности, несет в случае признания его виновным серьезные правовые последствия в виде ограничения его в правах. Можно ли при этом такое лицо, уже понесшее наказание, обвинять в этическом проступке и еще раз ограничивать в правах, но уже профессиональных?

Если дело касается умышленного уголовного преступления, то законодатель в этом случае предусмотрел специальное правовое последствие – прекращение статуса адвоката. При административной ответственности никаких подобных последствий в законе не предусмотрено.

Поэтому, думаю, Генри Маркович абсолютно прав, указывая на то, что с привлечением адвоката к административной ответственности вопрос дальнейшего ограничения в профессиональных правах является закрытым ввиду вышеуказанного правового принципа запрета дважды нести ответственность за один и тот же поступок.

Кроме того, и предмет доказывания в двух указанных производствах наводит на определенные выводы. Как, допустим, можно повторно оценивать те или иные обстоятельства, установленные, например, судом?

А ведь при принятии позиции оппонентов о возможности дисциплинарного наказания адвоката органы адвокатского самоуправления обязаны будут давать оценку тем же фактам, которые ранее уже получили судебную оценку. И такая оценка, естественно, в рамках независимого дисциплинарного производства, может быть вполне различной, в том числе и отличающейся от предыдущей, судебной. Вполне допускаю, что суд или соответствующее должностное лицо сделает одни выводы о фактах, а квалификационная комиссия и совет адвокатской палаты – диаметрально противоположные. И это с правовой точки зрения будет неверно, поскольку опровергать судебные выводы, как, собственно, и подтверждать их – это, на мой взгляд, – абсолютно не полномочия органов адвокатского самоуправления.

Позволю себе несколько слов относительно позиции о том, что привлечения адвоката к административной ответственности якобы может быть недостаточно и адвокат должен понести еще и профессиональную ответственность. Убежден, что этот вопрос полностью относится к ведению законодателя и пока такого условия о дисциплинарной ответственности адвоката, совершившего административное правонарушение, нет, соответственно, нет и оснований для такой ответственности. А весь объем и строгость ответственности вообще определяются исключительно нормами соответствующего законодательства об административной ответственности и никакого отношения к нарушениям норм этики и законодательству об адвокатуре и адвокатской деятельности не имеют.



Алексей Королев
Журналист, ведущий телеграм-канала «Росадвокат»

Non bis in idem

3 сентября 2021 г.

О публикации Генри Резника, в которой говорится о недопустимости двойной ответственности за одно и то же деяние


Дельную дискуссию затеял Генри Маркович Резник. Хотя пока это выглядит как монолог, мне кажется, это все-таки дискуссия. Иначе зачем было разъяснять решение Совета АП г. Москвы солидной статьей в «Адвокатской газете» и постом на сайте ФПА РФ. Несомненно, чтобы снять возражения, пусть пока и не высказанные.

Обозначу контуры дискуссии, как вижу.

Адвокат принес в СИЗО запрещенный предмет. За это он привлечен к административной ответственности – постановлением районного суда назначен административный штраф. Орган юстиции задался вопросом, а как расценивает правовой нигилизм адвоката само адвокатское сообщество региона?

Совет АП г. Москвы дисциплинарное дело по представлению органа юстиции прекратил на основании non bis in idem («Не дважды за одно и то же»), ведь на адвоката уже наложен штраф.

Генри Маркович Резник обосновывает, почему при наличии административного штрафа нельзя привлечь адвоката к дисциплинарной ответственности. Такое обоснование действительно требуется, так как сказано в Разъяснении КЭС ФПА РФ от 28 января 2016 г. № 02/16 следующее: «КПЭА не содержит в качестве оснований для отказа в возбуждении дисциплинарного производства указание на наличие признаков уголовно-правового деяния или административного правонарушения в поведении адвоката...».

«Общеизвестный принцип римского права “non bis in idem” (никто не должен нести двойное наказание за одно преступление) ... указывает на невозможность дважды привлечь к ответственности одного вида. При этом отсутствует запрет на привлечение лица за совершение одного деяния к разным видам ответственности».

С этим разъяснением КЭС связан один нюанс. Оно давалось в свое время, если мне не изменяет память, с той целью, чтобы разъяснить, что руки палат не связаны тем, что соответствующие органы могут привлечь адвоката к «своим» видам ответственности, поэтому уклоняться от дисциплинарных разбирательств не стоит, ибо, разбирая вопросы этики, адвокатура имеет свой собственный предмет, а не предрешает вопросы чужой компетенции об административном проступке или преступлении.

И дело тут не в кровожадности. Может ли адвокатское сообщество заявить обществу и государству, что нарушение адвокатом закона при осуществлении адвокатом профессиональной деятельности – не вопрос адвокатуры (ловите, мол, нас сами)? Будет ли это выглядеть ответственно?

С другой стороны, как не превратиться в партком или прокуратуру для своих коллег и самостоятельную добровольно взятую на себя сообществом миссию по «искоренению» или профилактике? Представления следователей по итогам некоторых расследований с просьбой сообщить о принятых мерах по недопущению впредь, бывает, поступают в палаты. Если развивать мысль дальше – в будущем это может повлечь ответственность палат и их президентов.

Лично мне ноша такого стратегического выбора кажется просто непосильной.

Но, думается, в вопросе о том, что нельзя наказывать дважды за одно и то же, есть еще один этаж.

А одно ли это то же? Если, например, адвокат систематически носит запрещенные предметы и неоднократно попадает под административную ответственность, то не возникает ли, отдельно от каждого из случая и их совокупности, такой состав дисциплинарного проступка адвоката, как ущемление авторитета адвокатуры путем проявления правового нигилизма? Шутки об укреплении авторитета адвокатуры в глазах части населения оставим за скобками.

А если такой случай всего один? На мой взгляд, имеет право на существование история о том, что один случай сам по себе никакого «нового качества» не создал. Также как не создала этого качества, например, передача шоколадки или таблетки аспирина.

Но я вижу тут принципиальную разницу в подходе. Она заключается в том, что квалификационная комиссия все же входит в обсуждение о наличии адвокатского проступка – совсем не того, который описан в постановлении суда, а того, который заключается в подозрениях в правовом нигилизме, что не дает комиссии возможность ограничиться ссылкой на non bis in idem.



Генри Резник
Вице-президент ФПА РФ, первый вице-президент АП г. Москвы

Не допускать двойной ответственности

1 сентября 2021 г.

Запрет двойной публично-правовой (карательной) ответственности за одно и то же деяние не знает исключений


Правило non bis in idem, согласно которому никто не может быть наказан дважды за одно и то же нарушение, является универсальным принципом законодательного регулирования юридической ответственности и закреплено в актах международного права (п. 7 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, п. 1 ст. 4 Протокола № 7 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод), Конституции РФ (ч. 1 ст. 50), УК РФ (ч. 2 ст. 6), КоАП РФ (ч. 5 ст. 4.1). Между тем на практике выявились сложности в применении данного принципа при привлечении лица к ответственности за содеянное, предусмотренной различными отраслевыми законами. Вопрос о соотношении уголовной и дисциплинарной ответственности адвокатов затрагивался и в Разъяснении Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам № 02/16 от 28 января 2016 г. Но в дисциплинарной практике адвокатских палат случаев необходимости применять non bis in idem до последнего времени не наблюдалось. И вот в АП г. Москвы появилось сразу два. Оба – с подачи регионального органа юстиции.

Представления Московского горюста

Представления о привлечении к дисциплинарной ответственности адвокатов Г. и М. идентичны и внесены Главным управлением Министерства юстиции РФ по Москве, по информации от начальников двух столичных СИЗО. Адвокаты были осуждены за совершение административных правонарушений, связанных с проносом на территорию места содержания под стражей запрещенных предметов. Прилагая к представлениям постановления районных судов о признании адвокатов виновными в совершении административных правонарушений и назначении обоим наказания в виде штрафа, уполномоченный орган юстиции предлагал возбудить в отношении адвокатов дисциплинарные производства, поскольку эти противоправные действия также нарушают нормы КПЭА, подрывают доверие к адвокатуре.

Позиция АП г. Москвы

Дисциплинарные производства были прекращены на основе правила non bis in idem в связи с отсутствием в представлениях горюста ссылок на какие-либо иные действия (бездействие) адвокатов, которые бы не охватывались и не были оценены вступившими в законную силу постановлениями районных судов, на основании которых адвокаты были привлечены к административной ответственности, и которые требовали бы их оценки со стороны Квалификационной комиссии и Совета в рамках именно дисциплинарной юрисдикции.

В заключениях КК и решениях Совета сказано, что в случае, когда конкретные действия (бездействие) адвоката уже получили свое окончательное разрешение в рамках какой-либо иной юрисдикции, в том числе административной, квалификационная комиссия и совет адвокатской палаты лишены какой-либо законной возможности повторной оценки тех же самых действий через призму дисциплинарной ответственности данного адвоката, поскольку они уже были установлены и зафиксированы вступившим в законную силу решением.

Такие выводы основывались на постановлениях Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека. КС РФ последовательно констатировал, что буквальное содержание ч. 1 ст. 50 Конституции РФ, ограниченное только уголовной ответственностью, не означает, что Конституция РФ допускает неоднократное привлечение к административной или дисциплинарной ответственности за одно и то же деяние [1].

КС РФ указывал, что «положение статьи 50 (часть 1), конкретизированное федеральным законодателем применительно к сфере действия Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях посредством абсолютного запрета несения кем-либо административной ответственности дважды за одно и то же административное правонарушение, распространяется и на случаи привлечения лица за содеянное одновременно к ответственности по статье данного Кодекса и к ответственности, хотя и предусмотренной отраслевыми федеральными законами, но по своей правовой природе являющейся публично-правовой, носящей, по общему правилу, карательный, а не восстановительный характер» [2].

Европейский Суд по правам человека, признавая правило non bis in idem в качестве фундаментального принципа, отмечал, что «применение этого принципа регулируется триединым условием тождества фактов, единства нарушителя и единства защищаемого правового интереса. Следовательно, согласно этому принципу, к одному и тому же лицу не может быть более одного раза применена санкция за однократное незаконное поведение, рассчитанная на защиту одного и того же правового актива» [3].

В ситуации с дисциплинарными производствами в отношении адвокатов Г. и М. все вышеназванные три условия, позволявшие применить принцип non bis in idem, полностью соблюдены.

Тождество фактов, указанных в представлениях горюста и постановлениях судов, единство лица, в отношении которого ставится вопрос о привлечении к ответственности во взаимосвязи с единством защищаемого правового интереса, заключающегося в обеспечении соблюдения установленного законом порядка в сфере деятельности следственных изоляторов, свидетельствуют о недопустимости применения к адвокатам дисциплинарной санкции, которая является публично-правовой мерой ответственности и не носит восстановительного характера, так как примененное к ним в порядке производства по делам об административных правонарушениях наказание в виде штрафа уже обеспечило защиту нарушенного противоправными действиями охраняемого правового интереса.

Возражения горюста и Разъяснение № 2/16 КЭС ФПА РФ

В возражениях на заключение КК орган юстиции отстаивал правомерность двойной ответственности адвокатов за однократное административное правонарушение, ссылаясь на буквальное содержание ч. 1 ст. 50 Конституции РФ и указывая на противоречие позиции АП г. Москвы по дисциплинарному производству Разъяснению КЭС ФПА РФ № 02/16.

На самом деле такое противоречие отсутствует. В данном Разъяснении, действительно, допускается возможность двойной (повторной) ответственности за совершение одного деяния и при этом не уточняется ее тип – публично-правовая или восстановительная. Но из контекста видно, что имеется в виду именно последняя – в дальнейшем изложении прямо называются такие ее виды, как материальная и гражданско-правовая.

Нельзя также забывать, что Разъяснение разрешало вопрос не о применении дисциплинарной ответственности к адвокату, уже наказанному за содеянное в другой юрисдикции, а о возбуждении дисциплинарного производства при наличии в поступившем обращении признаков уголовно-наказуемого деяния или административного правонарушения.

КЭС высказалась по поступившему к ней запросу абсолютно определенно: установление наличия в деянии адвоката признаков уголовно-наказуемого деяния или административного правонарушения возможно только в порядке уголовного судопроизводства либо производства по делам об административных правонарушениях; однако указание в поступающих в адвокатскую палату обращениях (допустимых поводах) на признаки преступного или административно-наказуемого деяния само по себе не является основанием для отказа в возбуждении дисциплинарного производства. КЭС также разъяснила, что в тех случаях, когда по обстоятельствам, содержащим признаки нарушения Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и (или) КПЭА, органами предварительного расследования рассматривается сообщение о преступлении либо возбуждено уголовное дело, дисциплинарное производство может быть отложено по усмотрению органов адвокатской палаты до окончания процедуры уголовного судопроизводства.

Руководствуясь данными Разъяснениями, органы адвокатской палаты разрешают дисциплинарное производство в зависимости от возможности разграничить признаки уголовно-наказуемого деяния от признаков дисциплинарного проступка: либо производство откладывают, либо прекращают, либо рассматривают только в части обвинения в совершении дисциплинарного проступка.

Важно подчеркнуть, что проблемы двойной уголовной и дисциплинарной ответственности в адвокатуре вообще не существует, так сказать, по определению: в случае осуждения адвоката за умышленное преступление его статус прекращается советом адвокатской палаты субъекта РФ автоматически и безальтернативно, исключая дисциплинарное разбирательство каких-либо претензий к адвокату. При этом Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» не допускает прекращения статуса адвоката за совершение административного правонарушения или неосторожного преступления.

Уместно будет также обратить внимание на то, что в отношении других спецсубъектов недопустимость совмещения административной и дисциплинарной ответственности урегулирована в самом Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях и отраслевых законах. Статья 2.5 КоАП РФ устанавливает, за какие правонарушения военнослужащие, сотрудники Следственного комитета, органов внутренних дел, войск национальной гвардии, таможенных органов несут дисциплинарную ответственность, а за какие – административную на общих основаниях. Эту норму закрепляет Дисциплинарный устав Вооруженных Сил РФ, предусматривая, что «за административные правонарушения военнослужащие несут дисциплинарную ответственность в соответствии с Дисциплинарным уставом Вооруженных Сил Российской Федерации, за исключением административных правонарушений, за которые они несут ответственность на общих основаниях» (п. 47).

То, что адвокаты несут ответственность на общих основаниях за любые административные правонарушения, не должно вводить в заблуждение. Запрет двойной публично-правовой (карательной) ответственности за одно и то же деяние не знает исключений, ибо, как указал КС РФ, обеспечивает правовую безопасность, правовую определенность и стабильность [4].

1. Постановление КС РФ от 21 марта 2013 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта "в" пункта 2 статьи 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" в связи с жалобами граждан Р.В. Боскачева, И.В. Овсянникова и Д.А. Савельева"» (п. 4.2).

2. Постановление КС РФ от 4 февраля 2019 г. № 8-11 «По делу о проверке конституционности статьи 15.33.2. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой гражданки У.М. Эркеновой» (п. 4.3).

3. Постановление Европейского Суда по правам человека от 10 февраля 2009 г. по делу «Сергей Золотухин против России», жалоба № 14939/03, Большая Палата (п. 36).

4. Постановление КС РФ от 11 мая 2005 г. № 5-П «По делу о проверке конституционности статьи 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Курганского областного суда, жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, производственно-технического кооператива "Содействие", общества с ограниченной ответственностью "Карелия" и ряда граждан» (п. 3.1).