Лента новостей

18 сентября 2020 г.
В Госдуме поддержали обязанность операторов блокировать сотовые в тюрьмах
«РИА Новости»: Блокировка мобильной связи в тюрьмах РФ поможет против преступлений заключенных
18 сентября 2020 г.
Судись, студент
«Агентство правовой информации»: Учащихся ждет новое регулирование дисциплинарных мер
18 сентября 2020 г.
Приговоренные к дивану
«Российская газета»: Что изменилось в практике домашних арестов

Мнения

Виктория Шацкая
18 сентября 2020 г.
Встреча молодых адвокатов в новом формате
«Деловые завтраки» плодотворно влияют на продуктивность обсуждаемых вопросов и принятие соответствующих решений

Интервью

Отказаться от ограничения права на кассацию
28 июля 2020 г.
Тамара Морщакова
Отказаться от ограничения права на кассацию
Заместитель председателя КС РФ в отставке Тамара Морщакова высказала мнение по поводу предложения ограничить право на кассационное обжалование приговоров сроком в два месяца

Залог в российских судах не прижился

31 марта 2020 г. 12:01

«Независимая газета»: На один случай внесения денег за свободу приходится 1200 решений об аресте


Статистика Cудебного департамента при Верховном Суде (ВС) РФ показывает, что альтернативные заключению под стражу меры пресечения принимаются судами не просто редко, а зачастую еще и избирательно. В адвокатском сообществе указывают, что, например, тот же институт денежного залога, по сути, разваливается, хотя люди в принципе готовы изыскивать средства, чтобы до завершения суда находиться дома. Эксперты уверены, что как раз залог мог быть одной из самых эффективных мер просто из-за страха обвиняемого потерять деньги или вообще лишиться всего имущества. Советник ФПА РФ Нвер Гаспарян указал, что на практике применение залога даже проще, чем домашнего ареста, требующего средств для осуществления контроля, но следствию этот институт невыгоден – поскольку в тяжелых условиях СИЗО проще добиться признательных показаний.

В европейских странах залог давно является одной из наиболее распространенных мер пресечения. Притом специально оговаривается, что назначаемые судами суммы должны быть разумными и доступными для граждан. Однако в России, жалуются эксперты, за последние годы наметилась устойчивая тенденция к значительному сокращению количества ходатайств о применении залога.

Согласно данным Cудебного департамента при ВС, с 2016 г., когда судьи применили его в 269 случаях, начинается поступательное снижение. В 2017 г. цифра резко сократилась до 133 случаев, в 2018-м – до 108. За первую половину 2019 г. под залог были выпущены лишь 44 гражданина, при этом в СИЗО были отправлены 53 тыс. обвиняемых. То есть на один случай применения залога приходится более 1,2 тыс. реальных арестов.

При этом количество домашних арестов, несмотря на все рекомендации судам чаще использовать и эту, и иные альтернативные меры пресечения, с 2016 г. остается практически неизменным – около 6 тыс. ежегодно. По мнению адвокатов, очевидно, что суды, как и прежде, придерживаются карательного уклона в отношении подследственных.

Как заявил «НГ» советник Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ Нвер Гаспарян, судьи, по-видимому, все так же опасаются отказывать в ходатайстве следователей о взятии под стражу. Поэтому домашний арест назначается скорее как процессуальный бонус за признание вины или иные заслуги перед следствием. А вот залог, по словам эксперта, и вовсе оказался вытесненной и практически невостребованной мерой пресечения. Следствию этот институт, понятное дело, невыгоден – поскольку в тяжелых условиях СИЗО проще добиться признательных показаний.

Нвер Гаспарян заявил об отсутствии препон для реализации залога на практике – его применение даже проще, чем домашний арест, требующий от властей сил и средств для осуществления контроля. Для реабилитации залога в судах, считает он, нужны четкие установки из ВС нижестоящим инстанциям. При этом он напомнил, что для подстраховки залог может применяться в совокупности с другими мерами – допустим, тем же домашним арестом, не говоря уже об ограничениях на определенные действия, поручительствах и т.д.

Адвокат Адвокатской палаты г. Москвы Сергей Завриев уверен, что для использования залога в уголовном процессе созданы необходимые законодательные предпосылки. В залог можно оставлять не только деньги, но и ценные бумаги, имущество и другие ценности, не ограниченные в обороте. Существует и нижний порог залога – в зависимости от тяжести преступления. Если речь идет о средней тяжести, то минимальная сумма составит 50 тыс. руб., в случае тяжких и особо тяжких преступлений – не менее 500 тыс. руб. Остальное отдается на усмотрение суда, который оценивает личность обвиняемого, его материальное положение и т.п.

«С точки зрения здравого смысла именно залог в большинстве случаев является наиболее рациональной мерой пресечения, гарантирующей надлежащее поведение обвиняемого», – заявил «НГ» адвокат АП Свердловской области Сергей Колосовский. Потеря крупной суммы денег, по его словам, является довольно серьезным сдерживающим фактором, поэтому залог нарушают реже, отметил адвокат. «Решение суда предопределено тем, с каким ходатайством обратится следователь», – напомнил он. Вторая причина, сказал Сергей Колосовский, связана с психологией судей: «В качестве залога могут вноситься не только деньги, но и имущество, ценные бумаги. Но принимать имущество суд не готов, а защита не готова такое имущество предлагать. Собрать же достаточно крупную сумму денег в ограниченное время большинство обвиняемых и их родственников просто не в состоянии». А еще судьям бывает сложно «угадать», какая сумма будет оптимальной, поэтому они предпочитают «более понятные меры пресечения».

Адвокат АП Воронежской области Игорь Татарович напомнил «НГ», что внесение залога на счет следственного органа позволяет человеку и дальше заниматься бизнесом или работой, свободно передвигаться по стране, что, понятное дело, не может устроить нашу карательную систему. «Поэтому даже если суд не находит оснований для заключения под стражу, он более охотно помещает фигуранта уголовного дела под домашний арест либо устанавливает для него ограничения в определенных действиях», – пояснил эксперт. ВС, по его словам, до сих пор не определил ни механизма применения залога, ни необходимых параметров, в частности ориентиров по суммам. Кроме того, о применении залога по тактическим соображениям редко просит и сама защита: «Имея в виду обвинительный уклон и зная о мизерном проценте оправдательных приговоров, коллеги скорее будут просить суд о домашнем аресте. Данная мера пресечения, с одной стороны, позволяет подзащитному находиться дома, в кругу семьи, а с другой – срок ее применения засчитывается в срок наказания, чего нельзя сказать о залоге».

Как заявила «НГ» адвокат АП Московской области Вероника Полякова, залог в качестве меры пресечения избирается судами редко и потому, что есть риск побега подозреваемого – некоторые готовы пожертвовать заложенным имуществом ради свободы. Другая причина – опасения следствия и суда быть заподозренными в коррупции: возникает вопрос «почему по одному делу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, но по другому аналогичному преступлению избран залог». И, конечно, важно, что «у самого подозреваемого (обвиняемого) и его родственников отсутствует возможность в кратчайшие сроки найти денежные средства, а в случае с иным имуществом – соответствующие документы». 

Источник – «Независимая газета».

Поделиться