Лента новостей

18 февраля 2020 г.
Цена государственного прощения: ответственность или возмещение ущерба
«Право.ru»: юристы обсудили применение института помилования
13 февраля 2020 г.
Примирение сторон на ход дела влияет слабо
«Независимая газета»: На прекращение уголовного преследования у следствия и суда есть право, а не обязанность
12 февраля 2020 г.
Особую роль адвокатуры необходимо закрепить в Конституции
Интернет-газета ZNAK: Адвокатское сообщество России обсудит в Екатеринбурге поправки в Конституцию

Мнения

Евгений Галактионов
18 февраля 2020 г.
Халатность адвоката наносит урон престижу профессии
О необходимости проявлять разумную осмотрительность даже в отношениях с членами семьи

Интервью

«Наша главная задача – быть полезными для коллег»
18 февраля 2020 г.
Ольга Руденко
«Наша главная задача – быть полезными для коллег»
Президент АП Ставропольского края Ольга Руденко в интервью «АГ» рассказала о совершенствовании знаний и повышении квалификации, являющихся прямой обязанностью адвоката

Юрий Костанов: «Мы не должны торговать правосудием»

21 октября 2015 г. 12:38

Советник ФПА Юрий Костанов рассказал "Новой газете" об особенностях работы российских адвокатов


На днях Комитет Госдумы по гражданскому и уголовному законодательству подготовил поправки в УПК, касающиеся полномочий адвоката. В частности, речь идет о том, что теперь защитник сможет проходить к своему подзащитному в следственный изолятор без разрешения следователя, а лишь по предъявлению адвокатского удостоверения и ордера. Эта инициатива депутатов Госдумы появилась после реакции Путина на выступление советника Федеральной палаты адвокатов, члена СПЧ Юрия Костанова на встрече СПЧ с президентом РФ 1 октября этого года: «Если нужны дополнительные решения на уровне Верховного суда РФ, дополнения в закон, давайте это сделаем».

Но недопуск адвокатов к заключенным в СИЗО — это лишь одна из проблем в ассортименте противодействия институту защиты со стороны репрессивного аппарата юстиции. Об особенностях сегодняшнего российского правосудия адвокат Юрий Костанов рассказывает в интервью «Новой газете».

— Юрий Артемович, на недавней встрече СПЧ с Путиным вы сказали: «Мы не должны торговать правосудием». Что вы имели в виду под этим?

— Мы, я и Тамара Георгиевна Морщакова (судья Конституционного суда в отставке, член СПЧ. — Е. М.), имели в виду, что нельзя адвокатов делать рыночными. Адвокатура — это не коммерческое предприятие, и коммерциализация адвокатуры ни к чему хорошему не приведет. Адвокат должен в первую очередь думать о судьбе своего подзащитного. А если он будет думать прежде всего о заработке, о гонораре, ничего хорошего из этого не выйдет, тогда люди небогатые (а таких в стране большинство) фактически останутся без защиты.

Откуда это все родилось? Объясняют это тем, что, мол, наши адвокаты не должны жить хуже адвокатов других стран. Это прекрасная идея, конечно, но нельзя рыночные отношения таким образом вкидывать в уголовную защиту. Здесь рынку не место.

— А разве сейчас не рыночные отношения? Сейчас адвокаты очень часто берут огромные деньги с клиентов.

— Адвокаты не должны брать огромные деньги. Идея такая: нужно, чтобы всех юристов, обслуживающих бизнес, большинство из которых не имеют адвокатского статуса, тоже сделать адвокатами. Почему? А потому что органы адвокатуры имеют возможность осуществлять контроль за качеством работы адвокатов: мы рассматриваем жалобы на тех, кто нарушает закон, изгоняем их из адвокатуры и т.д. Кроме того, есть входной контроль: чтобы стать адвокатом, нужно сдать экзамен. А юристы бизнеса экзаменов не сдают, никто не проверяет качество их работы, жаловаться на них вообще некому, если они обманули клиента. Нужно помнить, что по Конституции люди имеют право не на любую юридическую помощь, а на квалифицированную юридическую помощь.

В свое время даже в Арбитражно-процессуальном кодексе и в законе об адвокатуре была норма о том, что в судах могут выступать только адвокаты. Потом вольные юристы обжаловали это в Конституционном суде, и Конституционный суд пришел к выводу, что доверитель вправе сам выбрать, кто его будет защищать, и потому эти нормы неконституционны. Я там выступал как представитель Федеральной палаты адвокатов. Конечно, я отстаивал иную позицию. Я спрашивал у вольных юристов: почему вы воюете за невежественность юристов в суде? Никто же не возражает против того, что медицинской практикой должны заниматься дипломированные врачи. И что бывает, когда этим занимаются знахари, мы тоже ведь знаем. Вот суть разногласий. Теперь предлагается всех объединить и сделать обязательным адвокатский статус для участия в судебном заседании.

— А как же общественные защитники?

— Общественный защитник — это совершенно другое. Общественный защитник в редчайших случаях может осуществить реальную защиту. «Общественные защитники» — это термин, пришедший к нам из советских времен, когда коллектив выбирал общественного обвинителя или общественного защитника. Сегодня общественным защитником может быть любой человек, который по просьбе обвиняемого принимает участие в процессе наряду с адвокатом. Но только наряду с адвокатом. Он один этого делать не может. Чаще всего люди выбирают себе в защитники своих супругов или близких родственников, друзей. Адвокат принимает защиту на себя, занимаясь сложными правовыми вопросами, и у него нет времени бегать по изоляторам, передачи носить и т.д. Вот этим часто и занимаются общественные защитники.  

Полная версия интервью

Поделиться