Лента новостей

29 июля 2021 г.
Цифровое исполнительное производство
«Российская газета»: Минюст предложил автоматически направлять приставам судебные решения
28 июля 2021 г.
Жилищный развод
«Профиль»: Отобрать квартиру у честных покупателей станет сложнее
21 июля 2021 г.
КС узаконил досмотр адвокатов
«Независимая газета»: Сторону защиты оставили в неравноправном положении

Мнения

Алла Токманева
22 июля 2021 г.
Социально важное и нужное для общества дело
О развитии государственной системы бесплатной юридической помощи в Брянской области

Интервью

Чему не учат в вузах
22 июля 2021 г.
Максим Семеняко
Чему не учат в вузах
Санкт-Петербургский институт адвокатуры специализируется на прикладной тематике

У адвокатов будет меньше аргументов против обвинения

7 июля 2021 г. 13:53

«Независимая газета»: Конституционный и Верховный Суды повысили значение внутриведомственных экспертиз


Конституционный Суд (КС) РФ признал законность заключений тех экспертов, которые состоят в ведомственной подчиненности правоохранительным органам – например, Следственному комитету или МВД. Суд отверг опасения, что содержание подобных экспертиз может зависеть от должностного лица, их назначившего, а следовательно, работать на обвинительный уклон приговоров. Одновременно и Верховный Суд (ВС) РФ решил отказаться от возможности рецензирования судебных экспертиз, чем обычно занимаются адвокаты, пытаясь защищать своих доверителей. Советник Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ Нвер Гаспарян считает, что «ведомственный эксперт по определению не может быть объективным и независимым».

Заявитель в Конституционном Суде РФ пытался оспорить ряд тех норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, которые позволяют устанавливать вину человека на основании заключения экспертов, подчиненных органам предварительного расследования. Гражданин настаивал, что существование экспертных подразделений при правоохранительных ведомствах нарушает конституционные принципы «беспристрастности, независимости и состязательности уголовного процесса».

КС решил вообще не рассматривать эту жалобу: дескать, давать разъяснения в части правомерности проведения таких экспертиз должны суды общей юрисдикции при рассмотрении конкретных дел по существу. Более того, Суд полагает, что оспариваемые нормы нельзя назвать неопределенными и нарушающими чьи-то права. Есть достаточные процессуальные гарантии для участников процесса: за заведомо ложное заключение экспертам грозит уголовная ответственность. В то же время суд, напомнили в КС, «не освобождается от обязанности исследовать доводы сторон и при возникновении у него сомнений в допустимости и достоверности представленных доказательств – отвергнуть их». В решении КС упоминается даже право защиты обжаловать экспертизу, заподозренную в служебной зависимости.

Однако возможность воспользоваться таким правом на практике и сейчас является не более чем декларацией, а скоро превратится в почти фантастическое допущение. Так, Верховный Суд уже скорректировал свое постановление № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» от 21 декабря 2010 г., запретив экспертам отвечать на правовые вопросы, в частности, на те, которые связаны с «оценкой достоверности показаний кого-либо из участников процесса». Одновременно ВС постановил отказаться от такого института, как привлечение к уголовному процессу специалистов, в том числе для рецензирования заключений экспертов. Формально предполагается, что этим будут заниматься сами суды.

Однако служители Фемиды уже сейчас чисто формально оценивают официальные экспертизы, чаще всего они автоматом копируются в обвинительный приговор, отмечают эксперты. По их мнению, решения высших судебных инстанций касаются фундаментальных вопросов процессуального права. В настоящее время заключения экспертов и специалистов широко распространены как виды доказательств практически по всем категориям дел, а в некоторых они имеют ключевое значение. И если решение КС в большей степени касается организации производства экспертиз, то ВС ужесточил позицию по правилам их оценки именно как доказательств.

Эксперты пояснили, когда следователь собрался проводить экспертизу, он знакомит обвиняемого с соответствующим постановлением – и у защиты, конечно, есть право предложить своих экспертов в дополнение к тем, которых нашел следователь, или поставить дополнительные вопросы. Но следователи обычно не слышат просьб защиты. В результате, почти в 95% случаев эксперты отвечают на вопросы и приходят к выводам, которые необходимы следователю для доказывания вины обвиняемого. Суды же берут из подобных экспертиз выводы, которые ложатся в основу приговора. То есть говорить о равноправии сторон не приходится. Подобный формальный подход приводит к вынесению незаконных и необоснованных решений.

Советник ФПА РФ Нвер Гаспарян отметил, что КС не захотел ломать сложившуюся систему экспертной работы, поскольку для изменений потребовались бы серьезная структурная перестройка и материальные затраты. Что же касается постановления ВС, то де-юре в соответствии со ст. 74 УПК РФ «заключение специалиста, к которому вправе прибегнуть сторона защиты, остается одним из видов доказательств по уголовному делу». Но проблема не в законодательной регламентации, а в правоприменении и еще – в неспособности судов признать равной доказательственную силу экспертиз, производимых госучреждениями, и заключений специалистов из частных организаций. «К сожалению, следственная и судебная практика в подавляющем большинстве случаев складывается не в пользу последних», – подчеркнул Нвер Гаспарян.

Источник – «Независимая газета».

Поделиться