Лента новостей

18 мая 2022 г.
Судебный процесс на дистанции
«Российская газета»: Минюст предложил разрешить допрос в судах свидетелей по видеосвязи
28 апреля 2022 г.
«Регулировать нужно не принуждая, создавая предпосылки для комфортного развития»
РАПСИ: Вице-президент ФПА РФ Елена Авакян рассказала о перспективах электронного документооборота и о новациях в области цифрового права
28 апреля 2022 г.
Юристы пришли на помощь
«Российская газета»: Правовые консультации получили около 40 тысяч жителей, эвакуированных из ДНР и ЛНР

Мнения

Акиф Бейбутов
27 мая 2022 г.
БЮП по закону и Положению о помощи pro bono
Адвокаты Республики Дагестан осуществляют большой объем работы по оказанию бесплатной юридической помощи населению и предпринимателям

Интервью

Минувшие 20 лет были золотым веком российской адвокатуры
20 мая 2022 г.
Юрий Пилипенко
Минувшие 20 лет были золотым веком российской адвокатуры
Благодаря Закону об адвокатской деятельности соблюден баланс между интересами адвокатуры и общефедеральными ценностями

Родительский долг

21 апреля 2022 г. 12:11

«Профиль»: Детям банкротов оставят прожиточный минимум на жизнь


Конституционный Суд РФ обязал суды оставлять гражданам-банкротам деньги на содержание несовершеннолетних детей. Сумма должна быть не менее прожиточного минимума на каждого ребенка, даже если у них есть второй родитель. До этого суды при наличии у ребенка мамы и папы урезали эту сумму вдвое. По мнению советника Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ Сергея Макарова, КС РФ делает акцент не на равенстве обязанностей обоих родителей, а на необходимости выполнения родителями своих обязанностей в отношении каждого своего ребенка.

В середине апреля 2022 г. Конституционный Суд РФ вынес такое постановление по итогам рассмотрения жалобы Ольги Клепиковой из Рязанской области. В июле 2020 г. арбитражный суд признал ее банкротом: заявительница выступала поручителем по кредиту в 5 млн рублей, но ни заемщик, ни она сама не смогли его выплатить.

Ольга Клепикова, у которой двое несовершеннолетних дочерей, попросила суд оставлять ей ежемесячно часть зарплаты: прожиточный минимум на нее саму 11,5 тыс. рублей и 23 тыс. рублей на дочерей. Она ссылалась на ст. 446 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ, обязывающую оставлять не менее прожиточного минимума самому должнику и находящимся на его иждивении лицам. Таким образом суды должны исключать определенные суммы на жизнь семьи банкрота из его конкурсной массы, т.е. из средств, которые идут на расчеты с кредиторами.

Но суды удовлетворили просьбу Ольги Клепиковой лишь частично. Они оставили ей прожиточный минимум на нее саму и старшую дочь, а на содержание второй – только половину от прожиточного минимума на ребенка. У младшей есть отец, который наравне с матерью должен содержать ребенка, заявили суды, ссылаясь на ст. 80 Семейного кодекса РФ. Также они обратили внимание на то, что Клепикова не представила доказательств взыскания алиментов с отца младшего ребенка либо освобождения его от обязанности по содержанию дочери.

Однако Ольгу Клепикову формальный подход не устроил, и она попросила КС РФ проверить п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, а также первые пункты ст. 61 и ст. 80 Семейного кодекса РФ. Она настаивала, что нормы неконституционны, поскольку нарушают право ребенка на жизнь и охрану здоровья. Они позволяют судам игнорировать принцип максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения и не разбираться, может ли второй родитель действительно давать деньги. Ольга Клепикова подчеркивала, что прожиточный минимум – это минимальная сумма для обеспечения жизни ребенку. И детям необходимо питание вне зависимости от того, два родителя у него или только один.

Эксперты отметили, что в судебной практике допускался подход, когда размер остающейся банкроту суммы на содержание детей ставился в зависимость от наличия у них второго родителя. Суды отмечали необходимость установления факта участия в жизни ребенка второго родителя, но сами ограничивались изучением сведений о его трудоустройстве и доходах, не выясняя, принимает ли он в действительности участие в финансировании детей. Доказывать отсутствие финансовой поддержки со стороны второго родителя предлагалось должнику. Если же он не взыскивал алименты, то суды приходили к выводу, что второй родитель ребенка тоже содержал.

«Строго говоря, суды выносят подобные решения в полном соответствии с законом. Поскольку дети находятся на иждивении обоих родителей, то родитель-банкрот формально обязан тратить на их содержание лишь половину прожиточного минимума», – объясняет советник ФПА РФ Сергей Макаров. Он подчеркивает, что в таких ситуациях суды «в хорошем смысле формалисты, т.е. выносят решения в строгом соответствии с буквой закона».

Позиция КС РФ весьма взвешенная, он призывает суды руководствоваться не только и не столько буквой закона, сколько духом закона, полагает Сергей Макаров. «Это очень интересный подход, очевидно, прежде всего отвечающий интересам детей. Предположу, что суды легко воспримут его, поскольку при вынесении решений по многим категориям семейно-правовых споров они зачастую уже руководствуются интересами детей, и постановление Конституционного Суда лишь укрепит их в этом», – считает Сергей Макаров.

По его мнению, для целей унификации судебной практики желательно внести изменения в Семейный кодекс РФ, чтобы там была закреплена концепция, согласно которой родитель обязан одинаково заботиться обо всех своих детях.

Источник – журнал «Профиль».

Поделиться