Лента новостей
Член Совета АП Кировской области Марина Одинцова приняла участие в работе Регионального молодежного форума «Киров – территория возможностей»
В Ростове-на-Дону прошел XI турнир по шахматам среди адвокатов
Мнения
Мы не хотим, чтобы институт суда присяжных был ликвидирован
Интервью
Медиация как универсальный способ разрешения конфликтов в адвокатской деятельности
Закон не наделяет следователя полномочиями проводить ревизию действительности договорных отношений между защитником и обвиняемым
Состоялось очередное заседание Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга
В ходе заседания Комиссией по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга (далее – КЗППА, Комиссия) были рассмотрены девять обращений адвокатов. Самым интересным и необычным из них стало обращение адвоката, который сообщил об отказе следователя в приеме заявления доверителя, в котором последний отказывается от юридической помощи данного адвоката. Вел заседание председатель Комиссии Сергей Краузе.
Причинами обращения адвокатов в КЗППА являлись нарушения со стороны сотрудников СИЗО, недопуск адвоката в здание суда, возбуждение уголовного дела в отношении адвоката, отказ суда в удовлетворении ходатайств, некорректное поведение сотрудников аппарата и мирового судьи, обыск в офисе адвоката, нарушения при проведении следственных действий.
Необычным стало обращение адвоката К., который заключил с доверителем Ш. соглашение на осуществление защиты по уголовному делу на стадии предварительного следствия. Ш. скрылась от органов следствия, покинув территорию Российской Федерации, в связи с чем была объявлена в федеральный розыск. Через несколько месяцев адвокат К. по электронной почте получил письмо от Ш., адресованное не только ему, но и следователю. К письму было приложено заявление о расторжении соглашения, ранее заключенного с адвокатом. В своем заявлении Ш. указала, что отказ от защиты не связан с его материальным положением, также Ш. просила, чтобы дальнейшую защиту по уголовному делу продолжал оказывать адвокат по назначению Ш-в, который ранее был назначен органами предварительного расследования.
В связи с полученным отказом от защитника адвокат К. направил на имя следователя ходатайство вместе с распечатанным заявлением подзащитного о расторжении соглашения, с просьбой принять данный отказ подзащитного от юридической помощи защитника по уголовному делу, о чем «вынести соответствующее постановление».
Следователь, изучив поданное адвокатом ходатайство, вынес постановление об отказе в его удовлетворении, сославшись на подп. 6 п. 4 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и ч. 7 ст. 49 УПК РФ. При этом он указал на то, что «адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты», а установить подлинность и достоверность отказа об оказании обвиняемого в связи с приложенной копией заявления, а не оригиналом, не представляется возможным. Кроме того адвокатом не представлено письменное уведомление о расторжении соглашения об оказании юридической помощи.
Впоследствии следователь уведомил адвоката К. о продлении срока следствия по уголовному делу.
Адвокат К. повторно попросил Ш. подтвердить свой отказ от его помощи, сославшись на отказ следователя в удовлетворении ходатайства. Ш. подтвердила свой отказ и возражала против участия К. в качестве защитника.
Кроме того, постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства адвокатом К. было обжаловано в суд, также была подана жалоба в КЗППА. Решение суда по жалобе на данный момент не принято.
Комиссией при рассмотрении обращения было установлено нарушение профессиональных прав адвоката К.
При этом Комиссия сделала следующие выводы. Поскольку согласно ч. 1 ст. 52 УПК РФ обвиняемый вправе в любой момент отказаться от помощи защитника, то направленное адвокату К. письмо является таким отказом. Сомнений в том, кто является адресантом письма, у адресата не возникло. Следовательно, с момента получения такого отказа адвокат К. не может продолжать осуществлять защиту Ш. по делу.
Действуя добросовестно, адвокат К. уведомил следователя о получении такого отказа от обвиняемого. Выбранная К. форма уведомления – «ходатайство» позволила следователю рассмотреть его и даже отказать в удовлетворении по вышеуказанным основаниям. Закон не наделяет следователя полномочиями проводить ревизию действительности договорных отношений между защитником и обвиняемым. Не вправе следователь требовать от адвоката и дополнительных уведомлений, подтверждений, проверок достоверности отказа. При таких обстоятельствах отказ следователя не может служить основанием для продолжения защиты Ш. адвокатом К. Вместе с тем К. не требовалось вновь обращаться к Ш. за подтверждением отказа, а также он не должен был обжаловать незаконное постановление следователя в интересах Ш., поскольку его полномочия как защитника прекратились. Адвокату К. следовало лишь сообщить о таком постановлении самой Ш. и избранному ей защитнику, а следователя уведомить о прекращении коммуникации с ним по данному делу.