Лента новостей

24 ноября 2020 г.
Стабильность взаимодействия судов, органов правоприменения и адвокатов
Центр СЮП ПАСО – лауреат премии «Юрист 2020 года»
24 ноября 2020 г.
Позитивные итоги профессиональной работы
АП Камчатского края обнародовала первый сборник оправдательных приговоров
23 ноября 2020 г.
Профессиональный опыт пригодится в новой сфере
Представитель адвокатуры возглавил Управление ЗАГС Адыгеи

Мнения

Олег Панасюк
26 ноября 2020 г.
Процедуру внесудебного банкротства физических лиц необходимо упростить
О том, почему гражданин, являющийся банкротом, должен иметь право на бесплатную юридическую помощь

Интервью

Самообразование – неотъемлемый компонент сохранения себя в адвокатской профессии
25 ноября 2020 г.
Николай Кипнис
Самообразование – неотъемлемый компонент сохранения себя в адвокатской профессии
Постоянно ускоряющаяся динамика изменений в законодательстве требует от каждого адвоката больших усилий и временных затрат на повышение квалификации

Об адвокатском гонораре и независимости как основе профессии адвоката

17 ноября 2020 г. 14:04

13 ноября состоялся День Адвокатской палаты города Москвы в рамках проекта «Начитка»


Как сообщает пресс-служба Адвокатской палаты города Москвы, мероприятие было организовано Московским отделением Ассоциации юристов России, Юридическим факультетом МГУ имени М.В. Ломоносова и Адвокатской палатой города Москвы. С мастер-классами выступили член Совета АП г. Москвы Константин Ривкин, который рассказал об адвокатском гонораре, а также член Совета АП г. Москвы, советник ФПА РФ Евгений Рубинштейн, посвятивший свое выступление независимости как основе адвокатской профессии.

Адвокатский гонорар: теория, практика, проблемы

Приведя высказывания выдающихся юристов об этических аспектах адвокатского гонорара, Константин Ривкин отметил, что и сегодня споры о нем между адвокатом и доверителем часто являются предметом разбирательства и в органах адвокатского самоуправления, и в судах.

Опираясь на свой опыт и дисциплинарную практику Адвокатской палаты города Москвы, он дал молодым коллегам практические рекомендации, предложив следовать им при заключении соглашений с доверителями. По словам Константина Евгеньевича, для адвоката категорически недопустимо:

– Без согласия доверителя пересматривать размер гонорара, зафиксированного в соглашении об оказании юридической помощи.

– Включать в соглашение условия о выплате адвокату каких-либо сумм в виде неустойки, пени, возмещения убытков и т.п. либо удержания аванса или иной неотработанной части внесенного гонорара в случае досрочного расторжения соглашения доверителем.

– Включать в соглашение обязательство доверителя не разглашать условия соглашения под угрозой невозврата гонорара, так как именно доверитель является «распорядителем» адвокатской тайны.

– Заключать с доверителем соглашение, условия которого непрозрачны, в том числе не содержат однозначного понимания порядка выплаты и размера вознаграждения.

– Расторгать соглашение о защите по уголовному делу в связи с неоплатой или неполной оплатой вознаграждения. При этом соглашением может быть установлено, что отказ доверителя от исполнения предусмотренных соглашением обязательств по оплате адвокату вознаграждения рассматривается сторонами как одностороннее расторжение соглашения по инициативе доверителя.

– Предусматривать в соглашении иные способы оплаты, чем касса или счет адвокатского образования (в том числе перевод денежных средств от доверителя на личную банковскую карту адвоката).

– Принимать от доверителя какое-либо имущество в обеспечение соглашения о гонораре.

– Требовать от доверителя компенсации расходов, связанных с исполнением поручения, не определив в соглашении порядок и размер такой компенсации.

– Уклоняться от выдачи доверителю финансовых документов об оприходовании полученных от него средств (квитанция о приеме денежных средств, приходный кассовый ордер и т.п.) независимо от того, осуществлял ли оплату сам заявитель, его близкие родственники или третье лицо.

– Заключать и подписывать соглашение об оказании юридической помощи в одном экземпляре, а также уклоняться от выдачи экземпляра соглашения доверителю. Это может не только повлечь ответственность адвоката, но и осложнить исполнение доверителем обязательств по выплате гонорара и спровоцировать конфликт.

– Заключать соглашение с несколькими доверителями, не определив размер вознаграждения адвоката, выплачиваемый каждым из них.

– Принимать обязательство вернуть вознаграждение, если не будет достигнут положительный для доверителя результат исполнения поручения адвокатом, получая таким образом вознаграждение не за оказание профессиональной юридической помощи, а за положительный исход дела.

– Уклоняться от определения размера вознаграждения, подлежащего возврату доверителю, в случае если поручение не выполнено адвокатом в полном объеме.

– Получать денежные средства от доверителя за оказание юридической помощи в отсутствие заключенного соглашения об этом.

– Удерживать денежные средства доверителя без законных на то оснований.

– Одновременно получать оплату за осуществление защиты по уголовному делу от доверителя и за счет средств федерального бюджета.

По словам Константина Евгеньевича, адвокат может:

– Требовать от доверителя оплаты фактически оказанной адвокатом юридической помощи и понесенных им расходов при расторжении доверителем соглашения.

– Оговаривать в соглашении, что время ожидания назначенного судебного заседания, которое не состоялось по не зависящим от адвоката причинам, оплачивается.

– Оплачивать труд адвоката по соглашению об оказании юридической помощи из средств, собранных с применением технологий краудфандинга лицом, которому оказывается юридическая помощь, или третьими лицами, но не самим адвокатом (см. подробнее Разъяснение КЭС ФПА РФ от 13 сентября 2018 г. № 04/18).

– Предусмотреть не только размер вознаграждения и порядок его выплаты доверителем, но и внести в соглашение условие, в соответствии с которым принятие адвокатом поручения связано с перечислением определенной суммы вознаграждения на расчетный счет или в кассу адвокатского образования (аванс, депозит).

– Использовать судебный способ защиты нарушенных прав в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения доверителем обязательств об оплате вознаграждения адвоката. Однако соглашением или законом может быть предусмотрено предварительное исчерпание досудебных способов урегулирования.

– Ставить перед доверителем вопрос об увеличении размера вознаграждения в случае увеличения объема или сложности работы по делу, представив доверителю конкретное обоснование.

– Включать в соглашение об оказании юридической помощи условия, в соответствии с которыми выплата вознаграждения ставится в зависимость от благоприятного для доверителя результата рассмотрения спора имущественного характера. Вознаграждение может быть определено пропорционально цене иска.

– Определять размер вознаграждения в зависимости от стоимости присужденного по гражданскому делу имущества.

– Предусмотреть в соглашении выплату такого вознаграждения, не дожидаясь зачисления на счет доверителя присужденной суммы.

– Предусмотреть в соглашении право адвоката вносить деньги в кассу адвокатского образования самостоятельно, но адвокат во всех случаях несет обязанность по своевременному внесению денежных средств в кассу или на счет адвокатского образования.

– Для подтверждения надлежащего исполнения обязательства по возврату денежных средств доверителю вносить причитающуюся с него сумму в депозит нотариуса, если это обязательство не может быть исполнено непосредственно доверителю (например, вследствие уклонения доверителя от принятия исполнения).

– Отказаться от заключения соглашения об оказании юридической помощи при недостатке у доверителя денежных средств, необходимых для заключения соглашения на защиту.

Независимость профессиональной деятельности адвоката

Евгений Рубинштейн рассказал о независимости в профессиональной юридической деятельности, прежде всего – в адвокатской.

Во многих нормативных актах, регламентирующих деятельность участников различных видов судопроизводства, закреплен принцип независимости их деятельности (ст. 4 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», ст. 5 Федерального закона «О Следственном комитете Российской Федерации», ст. 9 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»).

Однако, изучая и оценивая правоприменение в нашей стране, мы видим, что провозглашенный принцип независимости государственных органов не находит своего подтверждения в жизни и становится правовой фикцией, не реализуемой на практике. Само законодательство построено таким образом, что независимость понимается только как невмешательство в деятельность должностных лиц извне. Во внутреннем же контуре такой независимости, к сожалению, не существует, заключил спикер.

В настоящее время из всех профессиональных участников уголовного судопроизводства самым независимым является адвокат, что обеспечивается, в первую очередь, самим устройством адвокатуры и спецификой адвокатской деятельности. Для адвокатуры независимость является гораздо более значимой, чем для государственных органов и жизненно важной. Она составляет основу и является обязательным условием ее деятельности.

Как отметил Евгений Рубинштейн, в адвокатуре нет иерархии органов и нет соподчиненности; в адвокатских образованиях нет «главных» лиц, которые наделены полномочиями оказывать влияние на позицию адвокатов по делам, которые они ведут.

Существующая система организации адвокатуры предусматривает два уровня: Федеральная палата адвокатов РФ и адвокатские палаты субъектов Российской Федерации. Ни внутри региональной палаты, ни между палатами никакой соподчиненности нет. В структуре адвокатских палат существуют три органа адвокатского самоуправления: совет, квалификационная комиссия, ревизионная комиссия. Они не подчиняются друг другу, в отличие от правоохранительных органов, в которых существует строгая иерархичная подчиненность «по вертикали».

Иными словами, в адвокатуре нет «начальников». Президент ФПА РФ или адвокатской палаты субъекта РФ – первый среди равных, в то время как в правоохранительных органах все сотрудники подчиняются руководителю, а нижестоящие руководителя – вышестоящему. В адвокатуре нет классных чинов, званий и других атрибутов иерархии, но есть различные виды поощрений адвокатов за достижения в профессиональной деятельности (о практике поощрения членов Адвокатской палаты города Москвы можно прочитать в интервью Константина Ривкина. – Прим. ред.). Это, разумеется, не означает, что адвокат, удостоенный награды, приобретает больше прав, или его статус становится выше статуса адвоката, у которого медалей нет.

Адвокаты в своей профессиональной деятельности независимы и от государственных органов. Работая по одному делу, адвокаты на равных согласовывают между собой стратегию и тактические приемы, технические и организационные аспекты. Один из адвокатов может быть координатором группы защиты, но это не ущемляет независимость других адвокатов.

У наших же процессуальных оппонентов, подчеркнул Евгений Рубинштейн, взаимозависимость следователя и прокурора проявляется в различных аспектах, начиная от согласования процессуальных решений о возбуждении уголовного дела и в рамках предварительного судебного контроля, и заканчивая решениями, связанными с направлением уголовного дела в суд. И сегодня эта взаимозависимость играет большую роль: в некоторых районах и регионах месяцами нет случаев, когда бы прокуроры отменяли или направляли свое представление об отмене решений следователей. «И это очень странно, ведь человеку свойственно ошибаться. Я никогда не поверю, что в течение 5–6 месяцев ни один следователь ни одного из районов никогда не ошибся и все делал правильно», – посетовал эксперт.

Вступление в адвокатуру и выход из нее происходят публично и в состязательной процедуре – претендент на получение статуса адвоката не проходит собеседование в тиши какого-то кабинета, а подтверждает свои знания перед квалификационной комиссией, состоящей из 13 человек. При этом члены квалификационной комиссии представляют как адвокатскую корпорацию, так и органы власти: исполнительной, законодательной и судебной (7 адвокатов, 2 представителя территориального управления Министерства юстиции РФ, 2 представителя городской думы, 2 судей). Решение о прекращении статуса адвоката принимает коллективный орган – совет адвокатской палаты, состоящий только из адвокатов, и это еще одна важная гарантия независимости. Квалификационные же коллегии судей, которые участвуют в принятии решения о допуске кандидата на судейский статус, состоят только из представителей исполнительной и судебной власти. В правоохранительных органах такой публичной процедуры нет вовсе, заметил спикер.

На адвоката возложена обязанность постоянного повышения квалификации. При этом никто не диктует адвокатам, где повышать квалификацию, в какой форме, по каким вопросам. На первый взгляд, это обстоятельство не формирует независимость напрямую, но на самом деле является непременным ее атрибутом. Благодаря этому в адвокатской деятельности намного больше возможностей для творчества и самореализации, чем в государственных органах, а это само по себе важно и ценно, сказал Евгений Рубинштейн.

Во второй части вебинаров Константин Ривкин и Евгений Рубинштейн ответили на многочисленные вопросы аудитории.

Поделиться