Лента новостей

29 июля 2021 г.
Приговор явился следствием преследования адвоката за его позицию по делу
Мособлсуд оставил в силе обвинительный приговор адвокату, осужденному за клевету на судью
28 июля 2021 г.
Скорбная весть
Ушла из жизни член Совета ФПА РФ, президент АП Архангельской области Любовь Коростелева
27 июля 2021 г.
Пообщались и выработали подходы к решению серьезных проблем
Опубликован фильм о работе Южного форума адвокатов «Адвокатура в эпоху глобальных перемен»

Мнения

Алла Токманева
22 июля 2021 г.
Социально важное и нужное для общества дело
О развитии государственной системы бесплатной юридической помощи в Брянской области

Интервью

Чему не учат в вузах
22 июля 2021 г.
Максим Семеняко
Чему не учат в вузах
Санкт-Петербургский институт адвокатуры специализируется на прикладной тематике

Вопрос о нарушениях остается на контроле до их устранения

5 июля 2021 г. 17:26

В АП Санкт-Петербурга подготовлено заключение, в котором выявлены многочисленные нарушения, допущенные в уголовном деле в отношении адвоката Ивана Павлова


Как сообщает «АГ», Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга (далее – Комиссия) подчеркнула, что привлечение к ответственности адвоката за осуществление им защиты, выразившейся в опровержении недостоверной информации, недопустимо. Один из защитников Ивана Павлова, адвокат Александр Мелешко, заметил, что основной вывод Комиссии, помимо процессуальных нарушений, заключается в том, что адвокат преследуется за защиту доверителя. На вопрос о том, почему следователи и суды нарушили столько норм УПК РФ, председатель Комиссии Сергей Краузе отметил, что, с одной стороны, районные суды Москвы регулярно «забывают» о необходимости указания на конкретные предметы, подлежащие отысканию, с другой – дело совершенно нетипичное, а расследовать состав ст. 310 УК РФ привычными криминалистическими методами получается не всегда.

Задержание адвоката

Напомним, адвоката задержали в Москве 30 апреля. В тот же день в присутствии представителей АП г. Москвы и АП Санкт-Петербурга были проведены обыски в его номере в столичной гостинице Mercure, в жилище и офисе Ивана Павлова в Санкт-Петербурге. В ходе обысков следователи изъяли, в частности, адвокатские производства Павлова, а также носители информации, содержащие переписку защитника со своими доверителями и электронные копии документов из адвокатских производств. В гостинице изъяли все адвокатское досье по делу Ивана Сафронова, одним из защитников которого является Павлов.

Читайте также:
Адвокат АП Санкт-Петербурга Иван Павлов задержан по ст. 310 УК РФ
Президент ФПА РФ Юрий Пилипенко выразил готовность оказать ему поддержку

Ивану Павлову вменяется ст. 310 УК РФ «Разглашение данных предварительного расследования». Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, Иван Павлов без согласия следователя передал журналистам «Ведомостей» копию постановления о привлечении журналиста Ивана Сафронова в качестве обвиняемого, а также «организовал размещение» этого документа в Сети. Кроме того, Иван Павлов рассказал журналистам о появившемся в деле секретном свидетеле.

В этот же день, 30 апреля, Басманный районный суд г. Москвы избрал Ивану Павлову меру пресечения в виде запрета определенных действий: ему было запрещено общаться со свидетелями по уголовному делу, пользоваться телефоном и Интернетом, а также получать и отправлять почтово-телеграфные отправления.

Иван Павлов направил обращение в Комиссию по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга о нарушении его профессиональных прав (имеется у «АГ»).

Выводы Комиссии

Комиссия пришла к выводу о наличии нарушений. Она заметила, что в судебных актах Басманного районного суда г. Москвы о разрешении производства обыска в жилище, гостиничном номере и служебном помещении Ивана Павлова в нарушение ч. 2 ст. 450.1 УПК РФ не определены конкретные объекты, подлежащие отысканию и изъятию. Суд фактически произвольно делегировал следователю судебные полномочия по определению предметов и документов, подлежащих отысканию и изъятию, нарушив установленные законом гарантии независимости адвоката и неприкосновенности адвокатской тайны.

Комиссия обратила внимание на указание судьи Басманного районного суда г. Москвы на возможную причастность Ивана Павлова «к иным аналогичным преступлениям», что не только идет вразрез с гарантированной ст. 49 Конституции РФ презумпцией невиновности граждан, но и незаконно расширяет диапазон поисковых возможностей следственной власти.

Комиссия сослалась на Постановление КС РФ от 17 декабря 2015 г. № 33-П и отметила, что суды, разрешая производство обыска в жилище адвоката на основании ст. 450.1 УПК РФ, не вправе указывать на изъятие предметов и документов, не являющихся предметами, орудиями преступления или материалами, непосредственно не связанными с нарушениями, допущенными адвокатом. Однако в судебном акте не указано, как «предметы и документы, имеющие значение для дела», «средства связи», «электронные носители информации», «ключи от ячеек камер хранения» и иные объекты, которые суд разрешил отыскивать и изымать, соотносятся с предметами, орудиями инкриминируемого Ивану Павлову преступления или с его якобы незаконной деятельностью. Также не мотивировано в нарушение ч. 4 ст. 7 УПК РФ разрешение отыскания и изъятия копий материалов уголовного дела в отношении Ивана Сафронова.

По мнению Комиссии, суд имел возможность ограничиться указанием на изъятие копии постановления о привлечении Сафронова в качестве обвиняемого, публикация которого вменяется в вину Ивану Павлову, не лишая адвоката копий материалов уголовного дела, очевидно необходимых ему для осуществления защиты доверителя.   

Отмечается, что перед началом производства обысков следователи попытались отобрать у представителей АП Санкт-Петербурга подписки о недопустимости разглашения данных предварительного расследования с предупреждением об уголовной ответственности. Комиссия заметила, что Уголовно-процессуальный кодекс не предполагает возможность отобрания у представителя адвокатской палаты подписки, предусмотренной ст. 161 УПК РФ. При этом, как следует из ч. 3 ст. 161 УПК РФ, подписка о недопустимости разглашения данных предварительного расследования отбирается у участников уголовного судопроизводства. Действующий уголовно-процессуальный закон не относит к числу участников уголовного судопроизводства представителей адвокатской палаты, участвующих в следственных действиях в соответствии со ст. 450.1 УПК РФ.

Указывается, что при производстве обысков в качестве представителей выступают адвокаты по доверенности, выданной президентом АП Санкт-Петербурга. Наличие любого полномочия предполагает отчет уполномоченных лиц об исполнении выраженного в доверенности поручения перед лицом, выдавшим доверенность, что противоречит запрету на разглашение сведений и явно исключает возможность отобрания такой подписки. 

Комиссия отметила, что не основанный на законе запрет (под угрозой привлечения к уголовной ответственности) на сообщение сведений президенту палаты о проведенных мероприятиях является искусственным ограничением предусмотренных п. 10 ч. 3 ст. 31 Закона об адвокатуре полномочий адвокатской палаты субъекта по защите профессиональных прав ее членов. При этом Положением о полномочных представителях АП Санкт-Петербурга, утвержденным решением Совета АП Санкт-Петербурга от 6 декабря 2018 г., предусмотрено сохранение представителями палаты адвокатской тайны в отношении информации, полученной в ходе выполнения требований ст. 450.1 УПК РФ.

«При таких обстоятельствах Комиссия рассматривает попытку следственных органов отобрать подписки о недопустимости разглашения данных предварительного расследования у участвовавших в обысках представителей адвокатской палаты как нарушение закона, направленное на умаление гарантий адвокатской деятельности, осуществляемой адвокатом Павловым И.Ю. и нарушение прав представителей Адвокатской палаты Санкт-Петербурга», – резюмируется в заключении.

Комиссия заметила, что опубликование постановления о привлечении Ивана Сафронова в качестве обвиняемого логически взаимосвязано с публичной дискуссией, которая возникла после его задержания. Тогда Владимир Путин сообщил, что задержание Ивана Сафронова осуществляется не за его журналистскую деятельность, а за период его работы в качестве советника в Роскосмосе. Из высказываний президента следует, что он был проинформирован о сути уголовного дела компетентными следователями, имеющими отношение к его расследованию. С учетом данных обстоятельств Комиссия приходит к выводу о том, что опубликование постановления о привлечении Сафронова в качестве обвиняемого могло способствовать защите прав и законных интересов последнего от необоснованных, с точки зрения защиты, публичных утверждений о связи уголовного дела Сафронова с его деятельностью в качестве помощника руководителя Роскосмоса.

Указывается, что привлечение к ответственности адвоката за осуществление им защиты, выразившейся в опровержении недостоверной информации, публично распространенной среди неограниченного круга лиц, недопустимо и представляет собой преследование адвоката в связи с занятой им позицией по делу, нарушая право защитника на свободное выражение мнения и распространение информации, защищенное ст. 10 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Комиссия указала, что из постановления о привлечении Ивана Павлова в качестве обвиняемого не следует, что органы предварительного расследования принимали во внимание существо разглашенных данных, их соотношение с интересами предварительного расследования и (или) правами и законными интересами участников уголовного судопроизводства, которым причинен или может быть причинен вред. То же самое касается и свидетеля: никакой значимой информации, способной нанести урон нормальному ходу уголовного судопроизводства, повлечь уничтожение доказательств, затронуть права и законные интересы его участников, в том числе на личную жизнь и охраняемую тайну, согласно постановлению о привлечении Ивана Павлова в качестве обвиняемого, не разглашалось.

Комиссия посчитала, что аргументированная критика адвокатом порочной, с точки зрения защиты, практики привлечения в уголовное судопроизводство «анонимных свидетелей» должна рассматриваться как сообщение о нарушении закона, которое не может быть защищено тайной предварительного расследования в силу прямого указания п. 1 ч. 4 ст. 161 УПК РФ. Не учтен и контекст вмененных в вину Ивану Павлову высказываний, которые, как следует из обвинения, имели место после продления срока содержания Сафронова под стражей в отсутствие, как утверждала защита, доказательственных сведений о его причастности к государственной измене. 

Отмечается, что в свете запрета на интернет-коммуникации и телефонию еще более непропорциональным и достигающим уровня произвола представляется запрет на отправление и получение почтово-телеграфных отправлений. По сути, он оказался лишен всех (даже традиционных) средств самостоятельной коммуникации с судами и государственными органами по делам своих доверителей, что не может не подорвать профессиональные возможности адвоката и не сказаться на выполнении им своих обязанностей.

Комиссия также заметила, что п. 3 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ предусматривает возможность установления судом запрета на общение не с любыми, а с определенными лицами, соответственно, запрет на общение со свидетелями по уголовному делу упречен. В соответствии с п. 40 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. № 41, «запрещая подозреваемому или обвиняемому общение с определенными лицами или ограничивая его в общении, суд должен указать данные, позволяющие идентифицировать этих лиц». Отсутствие конкретизации лиц, с которыми запрещено общаться Ивану Павлову, создает правовую неопределенность, препятствующую ему под страхом юридической ответственности полноценно взаимодействовать с участниками уголовного судопроизводства по делу Ивана Сафронова.

Также Комиссия отметила, что ходатайство стороны защиты о применении залога немотивированно осталось без удовлетворения.

Комментарии защиты и представителя палаты

Один из защитников Ивана Павлова, адвокат Балтийской коллегии адвокатов им. Анатолия Собчака Александр Мелешко, заметил, что основной вывод Комиссии, помимо процессуальных нарушений, заключается в том, что Иван Павлов преследуется за защиту подзащитного. «В его деле сторона защиты будет занимать такую же позицию: недопустимо преследовать адвоката за то, что он высказал свое мнение по существу уголовного дела, тем более когда мнение касается нарушения закона и недопустимых следственных приемов, к которым Иван Павлов отнес появление секретного свидетеля», – указал Александр Мелешко.

Адвокат, продолжил он, также не может быть привлечен за то, что пытался публично заступиться за доброе имя подзащитного, когда тот находится под стражей и не может ничего сказать в свою защиту. «Публичная дискуссия начата органами власти, которые опубликовали или допустили утечку видеозаписи задержания Сафронова, а потом давали комментарии, в чем он обвиняется. Эти комментарии не вполне соответствовали материалам дела. В такой ситуации адвокат должен и может принять участие в публичной дискуссии, чтобы защитить доброе имя своего подзащитного. Тем более когда никаких негативных для предварительного расследования последствий, кроме обнаружения недобросовестности следствия, не наступило и не могло наступить», – пояснил он.

Александр Мелешко рассказал также, что защита подала жалобу на постановление Басманного районного суда г. Москвы, рассмотрение которой назначено на 19 июля. «Ничего существенного сейчас в отношении Ивана Павлова не происходит, за исключением того, что вот уже два месяца он находится под непропорциональными запретами, лишающими его возможности полноценно осуществлять адвокатскую деятельность», – указал защитник. Он добавил: в связи с тем, что Ивана Павлова не удается известить о судебных заседаниях, рассмотрение дел его доверителей неоднократно откладывалось.

Председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга Сергей Краузе рассказал «АГ», что Комиссия оставляет вопрос о нарушениях в деле Ивана Павлова на контроле до их устранения. «Члены Комиссии примут участие в судебных заседаниях по обжалованию судебных актов о разрешении обысков в квартире и офисе адвоката. Надеемся, что представители АП г. Москвы также присоединятся с обжалованием обыска в гостиничном номере». 

На вопрос о том, почему следователи и суды нарушили столько норм УПК РФ, Сергей Краузе ответил, что причиной этому были диаметрально противоположенные факторы. «С одной стороны, районные суды Москвы регулярно “забывают” о необходимости указания на конкретные предметы, подлежащие отысканию. Это стало своего рода столичной правовой “традицией”. С другой стороны, дело совершенно нетипичное, а расследовать состав ст. 310 УК привычными криминалистическими методами получается не всегда. За последние годы это всего второе громкое дело (первое – в Ульяновске). К подобным нарушениям приводит игнорирование правовых позиций ЕСПЧ и КС», – заключил он.

Как сообщил председатель Комиссии Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов Александр Иванов, 7 июля в Московском городском суде состоится рассмотрение апелляционной жалобы, поданной представителем АП г. Москвы – членом Комиссии Совета по защите прав адвокатов в интересах адвокатской корпорации. В жалобе поставлен вопрос о признании незаконным постановления Басманного районного суда о разрешении производства обыска у Ивана Павлова в связи с допущенными судом существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Марина Нагорная 

Поделиться