Интервью

Корпоративная взаимопомощь и взаимовыручка
31 мая 2024 г.
Евгений Шмелев
Корпоративная взаимопомощь и взаимовыручка
Адвокат АП города Москвы, КА «Адвокаты на Дубровке»

Суд точно квалифицировал правовую ситуацию

20 декабря 2022 г. 16:03

ВС РФ отказал адвокату в иске об оспаривании Порядка ведения реестров адвокатов субъектов РФ


Верховный Суд РФ опубликовал Решение по делу № АКПИ22-853 от 7 ноября, которым отказал адвокату Ирине Калюжной в удовлетворении административного искового заявления о признании частично недействующими положения п. 20, 25 Порядка ведения реестров адвокатов субъектов Российской Федерации, регулирующих вопросы внесения в реестр адвокатов сведений об адвокате. Суд заметил, что ведение реестра адвокатов субъекта РФ как совокупности сведений об адвокате, в том числе об изменении членства, которое осуществляется на основании решения совета адвокатской палаты, не препятствует в осуществлении права свободно распоряжаться способностями к труду, выбирать вид деятельности и профессию, сообщает «АГ». По мнению вице-президента ФПА РФ Олега Баулина, Верховный Суд точно квалифицировал правовую ситуацию и пришел к выводу о первичном характере решения совета региональной адвокатской палаты в отношении членства.

Адвокат попыталась изменить членство в адвокатской палате, не меняя регистрацию по месту жительства

19 января 2019 г. Ирина Калюжная была исключена из реестра адвокатов в Волгоградской области в связи с намерением изменить членство в Адвокатской палате. Она обратилась в АП Московской области для вступления в нее, однако Совет палаты отказал Ирине Калюжной, поскольку у нее была только временная регистрация в Московской области и она не снялась с учета по месту жительства в Волгограде.

Ирина Калюжная обратилась в суд, однако тот отказал ей в удовлетворении иска. По мнению первой инстанции, уведомительный порядок изменения членства в адвокатской палате одного субъекта РФ на членство в адвокатской палате другого субъекта не означает его безусловность, а право претендовать на членство в адвокатской палате субъекта России, на территории которого адвокат зарегистрирован по месту пребывания, наступает только в случае, если в его паспорте отсутствует отметка о регистрации по месту жительства. Решение первой инстанции поддержали вышестоящие суды. Когда судья ВС отказал в передаче кассационной жалобы для рассмотрения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда, Ирина Калюжная обратилась в КС.

В жалобе она указывала на несоответствие п. 5 ст. 9 и п. 5 и 8 ст. 15 Закона об адвокатуре Конституции, поскольку они, по ее мнению, препятствуют осуществлению адвокатом его профессиональной деятельности на территории субъекта, где он не имеет места постоянного проживания, а потому противоречат Конституции. Однако КС пришел к выводу, что адвокат может свободно осуществлять свою деятельность на всей территории РФ вне зависимости от места регистрации, но при этом для смены членства в адвокатской палате ему необходимо изменить регистрацию по месту жительства.

Внесение сведений в реестр адвокатов зависит от направления адвокатской палатой уведомления

Тогда адвокат обратилась в Верховный Суд с административным иском к Минюсту. Ирина Калюжная указала, что проживала преимущественно в г. Реутове Московской области и была ограничена в праве на осуществление адвокатской деятельности в выбранном месте проживания, право на выбор которого гарантирован ст. 27 Конституции. Она отметила, что невнесение сведений о ней в реестр адвокатов Московской области, невыдача удостоверения взамен справки, подтверждающей статус адвоката, в установленный законом срок создали препятствия для осуществления ею адвокатской деятельности в период с 2019 по 2022 г. и получения дохода от профессиональной деятельности.

Ирина Калюжная заметила, что законодатель не предусмотрел уменьшение страховых взносов или освобождение от их уплаты адвокатом, сведения о котором не внесены в реестр адвокатов, в случае изменения им членства в палате. Она пояснила, что по завершении деятельности в Волгограде уплатила страховые взносы за соответствующий период деятельности, т.е. до 19 января 2019 г. (дата исключения сведений из реестра адвокатов Волгоградской области), что подтверждается платежными документами, декларацией за 2019 г. с нулевыми доходами. При этом от уплаты обязательных страховых взносов в период неосуществления адвокатской деятельности и неполучения дохода она не освобождена, что создает реальную угрозу возложения такой обязанности.

В административном иске Ирина Калюжная попросила признать частично недействующими п. 20, 25 Порядка ведения реестров адвокатов субъектов РФ в части, дающей право территориальному органу юстиции по субъекту (субъектам) РФ не вносить в реестр сведения об адвокате в «случае» изменения им членства в «случае» непоступления уведомления совета адвокатской палаты субъекта о приеме адвоката в члены адвокатской палаты, ссылаясь на то, что оспариваемые положения противоречат п. 5, 7 ст. 15 Закона об адвокатуре; нарушают права, свободы и законные интересы административного истца; содержат правовую неопределенность, вызывая неоднозначное толкование; являются бланкетной нормой, не связанной по содержанию с другими положениями Порядка, позволяющими территориальному органу Минюста России по субъекту самостоятельно устанавливать правила поведения, связанные с невнесением сведений в реестр в случае непоступления уведомления о приеме адвоката в члены палаты. Кроме того, данные пункты Порядка не являются отсылочными, поскольку порядок и условия, связанные со случаем непринятия советом адвокатской палаты решения о приеме адвоката в члены палаты и ненаправления уведомления об этом в территориальный орган юстиции, в законе не раскрыты.

По мнению Ирины Калюжной, оспариваемые положения ставят обязанность территориального органа юстиции по внесению сведений об адвокате в реестр в случае изменения им членства в зависимость от наступления «случая» приема в члены палаты с направлением (ненаправлением) уведомления территориальному органу юстиции, что допускает возможность вмешательства адвокатуры как независимого органа в вопросы, относящиеся к ведению органа государственной исполнительной власти, который не наделен полномочиями отказывать адвокату во внесении в реестр сведений о нем и в выдаче удостоверения, и ставят адвоката в неравное положение с другими сторонами, что нарушает принцип равенства всех перед законом.

ВС не увидел оснований для удовлетворения административного иска

При рассмотрении дела в Верховном Суде Ирина Калюжная дополнительно пояснила, что оспариваемые пункты Порядка также противоречат ч. 6 ст. 1, п. 1 ч. 1 ст. 3 Закона о государственном языке и п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства от 26 февраля 2010 г. № 96.

Изучив дело, ВС заключил, что доводы о противоречии оспариваемых положений п. 5, 7 ст. 15 Закона об адвокатуре основаны на неверном толковании норм права. Он отметил, что необходимым условием для внесения территориальным органом юстиции сведений об адвокате в региональный реестр при изменении адвокатом членства в адвокатской палате является принятие советом палаты решения о приеме адвоката в члены адвокатской палаты. Внесение сведений об адвокате в реестр осуществляется территориальным органом юстиции на основании уведомления совета адвокатской палаты. Следовательно, установленные положения Порядка являются обязательными как для совета адвокатской палаты, так и для территориального органа юстиции, который ведет региональный реестр.

ВС посчитал, что оспоренные предписания Порядка не препятствуют Ирине Калюжной в осуществлении своих прав на судебную защиту, если она не согласна с действиями (бездействием) адвокатской палаты при реализации данного Порядка, к чему по существу сводятся ее доводы. Таким образом, п. 20 и 25 Порядка в полной мере согласуются с нормативными предписаниями Закона об адвокатуре.

Ведение реестра адвокатов субъекта РФ как совокупности сведений о присвоении лицу статуса адвоката, приостановлении, прекращении статуса адвоката, об изменении адвокатом членства в адвокатской палате, которое осуществляется на основании соответствующих решений совета адвокатской палаты, не препятствует административному истцу в осуществлении его права свободно распоряжаться способностями к труду, выбирать вид деятельности и профессию, указал Суд. Закрепив в Законе об адвокатуре порядок приобретения статуса адвоката и регламентировав в том числе процедуру изменения членства в адвокатской палате одного субъекта РФ на членство в адвокатской палате другого субъекта РФ, законодатель, действуя в пределах своих полномочий, определил важнейшие гарантии, обеспечивающие высокий статус адвоката. В частности, заметил ВС, п. 5 ст. 9 Закона об адвокатуре в качестве гарантии свободы адвокатской деятельности и права граждан на получение квалифицированной юридической помощи установлено право адвоката осуществлять адвокатскую деятельность на всей территории России без какого-либо дополнительного разрешения.

Верховный Суд сослался на ряд судебных актов Конституционного Суда и отметил, что наделение адвокатских палат (их органов) контрольными и управленческими полномочиями, в том числе полномочиями на принятие обязательных для адвокатов решений по отдельным вопросам адвокатской деятельности, согласуется с особым публично-правовым статусом некоммерческих организаций подобного рода, включая профессиональное сообщество адвокатов, которое не входит в систему органов публичной власти и действует независимо от них.

ВС указал, что Решением Совета ФПА от 2 апреля 2010 г. (протокол № 4) утвержден Порядок изменения адвокатом членства в адвокатской палате одного субъекта РФ на членство в адвокатской палате другого субъекта РФ и урегулирования некоторых вопросов реализации адвокатом права на осуществление адвокатской деятельности на территории России, который предусматривает, что членство в адвокатской палате субъекта РФ является для адвоката обязательным; адвокат может быть членом одной адвокатской палаты, действующей на территории субъекта РФ по месту его регистрации по месту жительства (п. 1). Однако такое регулирование, действующее в нормативном единстве с п. 5 ст. 9 Закона об адвокатуре, вопреки утверждению административного истца, не может расцениваться как ограничивающее профессиональную деятельность адвоката пределами территории субъекта РФ, в котором он зарегистрирован по месту жительства, поскольку указанные нормы гарантируют свободу адвокатской деятельности на всей территории России без каких-либо дополнительных условий.

В силу п. 2 Порядка изменения адвокатом членства в адвокатской палате статус адвоката и членство в адвокатской палате являются непрерывными, за исключением случаев, предусмотренных законом. Изменение членства в адвокатской палате представляет собой единую процедуру, которая инициируется направляемым адвокатом уведомлением и завершается вынесением решения о принятии в члены адвокатской палаты субъекта РФ по месту регистрации. К уведомлению о принятии в члены адвокатской палаты адвокат прилагает выданную уполномоченным органом справку, подтверждающую статус адвоката, надлежащим образом заверенный документ, подтверждающий изменение регистрации по месту жительства, а также иные документы, предусмотренные правилами адвокатской палаты, в которую подается уведомление. Совет палаты, рассматривающий уведомление об изменении членства, вправе запросить в адвокатской палате, членом которой адвокат являлся, копии материалов его личного дела. Следовательно, указал ВС, изменение адвокатом места постоянного проживания и членства в адвокатской палате одного субъекта РФ на членство в адвокатской палате другого субъекта РФ не влечет за собой утрату статуса адвоката, а также его приостановление. В период после направления уведомления об изменении членства в адвокатской палате статус адвоката, полномочия и обязанности лица, направившего уведомление, сохраняются в полном объеме.

Довод административного истца о том, что оспариваемые пункты Порядка создают угрозу возложения обязанности по уплате страховых взносов, лишен правовых оснований, поскольку такая обязанность возникает в силу факта приобретения статуса адвоката, который подтверждается либо удостоверением, либо документом, выданным в соответствии с п. 5 ст. 15 Закона об адвокатуре, и прекращается с момента прекращения или приостановления статуса адвоката. Кроме того, Верховный Суд отметил, что закона или иного нормативного правового акта большей юридической силы, которым бы противоречили п. 20 и 25 Порядка, также не имеется. Он посчитал, что оспариваемые предписания изложены понятным и доступным образом, отвечают критерию правовой определенности, ясности и недвусмысленности правовой нормы, не допускают неоднозначного толкования при их применении, не нарушают прав и законных интересов административного истца.

Суд не согласился и с утверждением Ирины Калюжной о том, что оспариваемые положения устанавливают для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, в связи с чем они не соответствуют п. 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов. Согласно п. 3 и 4 Методики коррупциогенными факторами являются положения НПА и их проектов, устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые или обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления коррупции. Между тем содержание оспариваемых предписаний не дает оснований для вывода о наличии в них таких факторов. В п. 20, 25 Правил приведен достаточно ясный и определенный порядок внесения в реестр сведений при приеме в члены адвокатской палаты в связи с изменением адвокатом членства в адвокатской палате. Ссылка административного истца о противоречии оспариваемых положений нормативного правового акта ч. 6 ст. 1, п. 1 ч. 1 ст. 3 Закона о государственном языке является несостоятельной, основана на ошибочном толковании норм материального права и не может служить основанием для удовлетворения заявленного требования, указал ВС.

Требования о признании недействующими п. 20 и 25 Порядка фактически основаны на несогласии с действиями (бездействием) адвокатской палаты при реализации данного порядка, а также с состоявшимися судебными решениями, проверка законности и обоснованности которых не входит в предмет настоящего административного дела. «При этом из представленных административным истцом документов не усматривается, что применение на практике оспариваемых нормативных положений не соответствует их истолкованию, выявленному судом с учетом места данных актов в системе нормативных правовых актов», – отмечается в решении.

ВС посчитал, что доводы Ирины Калюжной фактически сводятся к несогласию с действующим правовым регулированием, а также отстаиванию позиции о внесении целесообразных, с ее точки зрения, изменений в действующее регулирование в части необходимости регламентации иного порядка, что не может служить правовым основанием для удовлетворения иска. Проверяя полномочия органа (должностного лица), суды не вправе обсуждать вопрос о целесообразности принятия органом или должностным лицом оспариваемого акта, поскольку это относится к исключительной компетенции органов государственной власти Российской Федерации, ее субъектов, органов местного самоуправления и их должностных лиц. Таким образом, Верховный Суд отказал в удовлетворении административного иска.

Комментарий вице-президента ФПА РФ

Вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, президент АП Воронежской области Олег Баулин назвал ситуацию нетипичной. «Вопрос об адвокатской палате, членом которой обязан быть действующий адвокат, давно и в соответствии с законом решен в утвержденном решением Совета ФПА Порядке изменения адвокатом членства в адвокатской палате, в привязке к месту постоянной регистрации по месту жительства. Попытка использовать в качестве основания определения членства институт временной регистрации не имеет под собой ни юридических, ни логических оснований», – указал он.

Олег Баулин предположил, что «сочинить» институт «временного» членства в адвокатской палате, которая является основой профессиональной деятельности адвоката и выполнения им публичных функций защиты и представительства, возможно, однако правовые основания для такого изобретения отсутствуют. По его мнению, Верховный Суд точно квалифицировал правовую ситуацию и пришел к выводу о первичном характере решения совета региональной адвокатской палаты в отношении членства. В этой связи содержание Порядка ведения реестра адвокатов, предусматривающего обязанность органа юстиции вносить в реестр сведения об адвокате только после решения о приеме в палату и получения соответствующего уведомления, полностью соответствует закону, что и подтвердил ВС.

Сама Ирина Калюжная воздержалась от комментария, но сообщила «АГ», что планирует обжаловать решение ВС РФ.

Марина Нагорная

Поделиться