Лента новостей

6 июля 2022 г.
Как снизить травматизм на дорогах
Общественный совет при МВД России озаботился вопросами безопасности дорожного движения
5 июля 2022 г.
Надо получить возможность проверять экспертов
В Совете Федерации обсудили особенности судебной экспертизы в гражданском судопроизводстве
5 июля 2022 г.
Применение преюдиции в деятельности адвоката
Адвокатам рассказали об особенностях определения фактов, имеющих преюдициальное значение

Мнения

Наталья Червякова
6 июля 2022 г.
Адвокаты Новгородской области активизировали оказание БЮП
Ни один из посетителей Негосударственного центра по оказанию бесплатной юридической помощи не ушел без квалифицированной консультации

Интервью

Адвокат по назначению не должен быть статистом для суда
1 июля 2022 г.
Елена Леванюк
Адвокат по назначению не должен быть статистом для суда
При наличии в уголовном деле добросовестного защитника по соглашению защитник по назначению в нем участвовать не может

Создание и деятельность профсоюза адвокатов прямо противоречат нормам Закона об адвокатуре

8 июня 2022 г. 20:47

Верховный Суд принял решение о ликвидации Профсоюза адвокатов России


По сообщению «АГ», 8 июня Верховный Суд РФ удовлетворил административный иск Генеральной прокуратуры РФ о ликвидации Профсоюза адвокатов России (дело № АКПИ22-400) в связи с обращением Минюста России от 9 марта. Соответствующие исковые требования Генеральной прокуратуры РФ были удовлетворены в полном объеме. По мнению советника ФПА РФ Ольги Власовой, Верховный Суд в первую очередь принял во внимание довод Генпрокуратуры, Минюста и ФПА о том, что создание и деятельность профсоюза адвокатов прямо противоречат нормам Закона об адвокатуре. Каких-либо доказательств, действительно опровергающих доводы административного истца о наличии неустранимых нарушений при создании Профсоюза адвокатов России, ответчиком представлено не было. Один из представителей Профсоюза отметил, что после изготовления мотивированного решения ВС планируется его обжалование, а при необходимости – обращение в Конституционный Суд.

Интересы Федеральной палаты адвокатов РФ, привлеченной к участию в деле в качестве заинтересованного лица, в Верховном Суде представляли советники ФПА Игорь Пастухов и Ольга Власова, а также советник руководителя Департамента адвокатуры и адвокатской деятельности ФПА Юрий Горносталев.

Напомним, из обращения Минюста следовало, что вопрос о регистрации профсоюзов адвокатов уже являлся предметом судебного рассмотрения – в частности, был признан законным отказ ведомства в регистрации Всероссийского независимого профессионального союза адвокатов. «По мнению Минюста России, правовых оснований для осуществления Профсоюзом какой-либо деятельности, в том числе связанной с развитием института адвокатуры, а также “трудовой” деятельности адвокатов, которая таковой не является, не имеется», – отмечалось в обращении.

На основании этого документа Генеральная прокуратура приняла решение об обращении в ВС с административным иском о ликвидации организации. Из иска следовало, что Профсоюз адвокатов России был создан 19 марта и зарегистрирован Минюстом России 23 апреля 1999 г., а в сентябре 2002 г. сведения о некоммерческой организации были внесены в ЕГРЮЛ. Со ссылкой на ст. 2 Закона об адвокатуре Генпрокуратура отметила: «Поскольку адвокатам, как лицам, обладающим особым правовым статусом, запрещено вступать в трудовые отношения в качестве работника, им, соответственно, запрещено создавать профсоюзы. Такая организация не могла быть создана и зарегистрирована, функционирует в форме, не предусмотренной законом для собраний и объединений граждан».

По мнению Генпрокуратуры, Профсоюзом адвокатов России, претендующим на статус общероссийского как при создании, так и в настоящее время, в нарушение ст. 3 Закона о профсоюзах не обеспечена деятельность на территории более половины субъектов РФ либо объединение более половины адвокатов страны. «В нарушение ст. 54 ГК РФ наименование Профсоюза адвокатов России, содержащееся в ЕГРЮЛ, незаконно содержит указание на организационно-правовую форму (общественная организация), в то время как в соответствии со ст. 1 Закона № 10-ФЗ профсоюз является видом общественной организации, в связи с чем его наименование должно содержать указание только на соответствующий вид данного юридического лица (профсоюз). Одновременно указанное наименование Профсоюза адвокатов России не соответствует наименованию, содержащемуся в его уставе», – подчеркивалось в иске.

Генпрокуратура обратила внимание, что истинные цели административного ответчика, заявленные на его сайте, – «увеличение доходов адвокатов, постоянное увеличение базовой ставки оплаты труда адвокатов», – противоречат уставным целям этой организации, изложенным в п. 2.1 соответствующего документа: «представительство и защита профессиональных, социально-трудовых прав и интересов членов Профсоюза», а также целям создания профсоюзов, перечисленным в п. 1 ст. 2 Закона о профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности. В свою очередь, п. 4.7 устава Профсоюза адвокатов России противоречит ст. 2 указанного закона, а требование п. 7.4 устава об определении размеров вступительных и членских взносов Исполнительным комитетом Профсоюза противоречит п. 1 ст. 123.7 ГК, поскольку эти вопросы относятся к исключительной компетенции высшего руководящего органа.

Кроме того, по мнению Генпрокуратуры, в нарушение ст. 8 Закона об общественных объединениях, п. 3 ст. 65.3 и п. 2 ст. 123.7 ГК уставом организации не предусмотрен единоличный исполнительный орган, подконтрольный коллегиальному органу управления. «Компетенция руководящих органов Профсоюза адвокатов России (Съезда, Исполнительного комитета), установленная в п. 6.3 и 7.4 Устава, не соответствует указанным требованиям законодательства. Таким образом, Профсоюз адвокатов России своим ложным и недобросовестным поведением вводит в заблуждение государственные органы и общественность по поводу целей и задач своей деятельности, ее охвата, представления интересов и защиты прав трудовых коллективов, не является институтом гражданского общества и создан для достижения противоправных действий в виде обогащения адвокатов», – отмечалось в иске. Там же указывалось, что выявленные Генпрокуратурой нарушения являются не только грубыми, но и неустранимыми, в связи с чем административный истец просил признать регистрацию Профсоюза адвокатов России недействительной и ликвидировать эту организацию.

В ходе первого судебного заседания 17 мая представитель Генпрокуратуры ходатайствовал о привлечении к участию в деле Федеральной палаты адвокатов РФ, обосновав это тем, что ее интересы могут быть затронуты судебным разбирательством. Представитель Минюста России, в частности, отметила, что юрлицо может быть ликвидировано по заявлению госоргана в случае нарушения закона при его создании, и не возражала против участия ФПА в деле и предоставления представителям ответчика времени для подготовки к процессу. Один из представителей Профсоюза адвокатов России, адвокат АП Красноярского края Михаил Василега, возражал против привлечения к участию в деле ФПА, ссылаясь на то, что деятельность последней не имеет отношения к профсоюзам.

Выслушав стороны, судья Верховного Суда Алла Назарова отказала в удовлетворении ходатайств ответчика о прекращении дела по истечении срока давности, привлечении к участию в деле ФНПР, принятии встречного иска и направлении запроса в Конституционный Суд. Вместе с тем она удовлетворила ходатайство об отложении судебного разбирательства для подготовки возражений и правовой позиции по делу и распорядилась привлечь к участию в деле ФПА в качестве заинтересованного лица.

В представленном в Судебную коллегию по административным делам ВС отзыве (документ имеется у «АГ») Федеральная палата адвокатов привела правовые основания для признания госрегистрации Профсоюза адвокатов России недействительной и ликвидации организации. В частности, были приведены выводы из заключений ученых-правоведов, специализирующихся в области трудового права, подтверждающие позицию Генпрокуратуры о том, что адвокаты не являются субъектами трудовых и социально-трудовых отношений; на них не распространяется действие законодательства о социальном партнерстве; создание и функционирование какого-либо профессионального союза адвокатов не имеет правовой основы с позиции трудового законодательства; какой-либо профсоюз адвокатов не может являться представителем адвокатов в социальном пространстве.

ФПА также поддержала доводы административного истца о том, что, согласно п. 1 ст. 2 Закона об адвокатуре, адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам и не вправе вступать в трудовые отношения в качестве работника, за исключением научной, преподавательской, экспертной и иной творческой деятельности; что при создании и деятельности Профсоюза адвокатов России были допущены и допускаются неоднократные нарушения законодательства о профсоюзах, а также о том, что выявленные нарушения являются грубыми и неустранимыми.

В дополнение к позиции Генпрокуратуры ФПА просила Верховный Суд обратить внимание на следующее.

Во-первых, согласно ст. 39 Закона об адвокатуре адвокаты вправе создавать общественные объединения адвокатов и (или) быть их членами (участниками). Общественные объединения адвокатов не вправе осуществлять предусмотренные законом функции адвокатских образований и палат, включая ФПА, либо их органов. В силу прямого указания Закона об адвокатуре (п. 4 ст. 29 и п. 2 ст. 35) представительство и защита интересов адвокатов относятся к видам деятельности ФПА и адвокатских палат субъектов РФ, а не Профсоюза адвокатов России. «Из изложенного следует, что федеральное законодательство устанавливает исключительную компетенцию Федеральной палаты адвокатов и адвокатских палат субъектов Российской Федерации. Государственная регистрация и деятельность Профсоюза адвокатов России, провозглашающего, что ему принадлежат полномочия, составляющие исключительную компетенцию адвокатских палат, не соответствуют федеральному законодательству», – подчеркивалось в документе.

Во-вторых, добавила ФПА, одним из принципов, на основе которых действует адвокатура, является принцип независимости (п. 2 ст. 3 Закона об адвокатуре), на котором основано само законодательное определение термина «адвокат» – независимый профессиональный советник по правовым вопросам. «Независимость адвоката как профессионала во многом достигается благодаря тому, что он не может вступать в трудовые отношения в качестве работника ˂…˃ Данный принцип предполагает независимость адвоката не только от государства, но и от своего доверителя», – отмечено в отзыве. ФПА пояснила, что ст. 21 ТК РФ в числе обязанностей работника устанавливает добросовестное исполнение возложенных на него трудовым договором обязанностей, соблюдение трудовой дисциплины и правил внутреннего трудового распорядка, выполнение установленных норм труда. Между тем независимость адвоката достигается в том числе за счет того, что он, согласно принципу свободы договора (ч. 1 ст. 8, ч. 1 ст. 34 и ч. 2 ст. 35 Конституции РФ), действует на основании не трудового, а гражданско-правового договора, коим является соглашение об оказании юридической помощи.

Кроме того, указано в отзыве, адвокат обязан соблюдать КПЭА, правила адвокатской профессии и стандарты адвокатской деятельности, что никак не связано с трудовой дисциплиной и правилами внутреннего трудового распорядка. «Понятие “нормы труда” также не может иметь отношения к представителям независимой профессии, на которых распространяется статусная обязанность честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности», – пояснила ФПА, добавив, что аналогичным образом принцип независимости адвоката коррелирует с правами работодателя в отношении работника. Так, работодатель вправе как привлекать работников к дисциплинарной ответственности, так и поощрять за добросовестный эффективный труд, однако привлечение адвокатов к дисциплинарной ответственности в соответствии с принципом независимости является предметом исключительной компетенции адвокатских палат (п. 2 ст. 17, подп. 9 п. 3 ст. 31, п. 2–4 ст. 37.2 Закона об адвокатуре).

«Возможность привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности иными лицами, кроме органов адвокатских палат, противоречит принципу независимости», – подчеркнула ФПА, добавив, что институт поощрения работников за добросовестный труд также не коррелирует с независимостью адвоката, поскольку поощрение адвоката осуществляется не в соответствии с ТК, а исключительно в порядке, определенном ФПА, адвокатской палатой субъекта Федерации или адвокатским образованием (ст. 18.1 КПЭА).

На основании изложенного ФПА просила Верховный Суд приобщить отзыв к материалам дела, признать госрегистрацию Профсоюза адвокатов России недействительной и ликвидировать данную организацию.

По итогам рассмотрения дела Верховный Суд удовлетворил исковые требования Генпрокуратуры в полном объеме. Мотивированное судебное решение будет изготовлено позднее.

Комментируя «АГ» решение ВС, Ольга Власова отметила, что все ходатайства представителей административного ответчика, кроме ходатайства о приобщении документов, Судом были отклонены: «Каких-либо доказательств, действительно опровергающих доводы Генпрокуратуры о наличии неустранимых нарушений при создании Профсоюза адвокатов России, ответчиком представлено не было».

По мнению Ольги Власовой, ВС в первую очередь принял во внимание довод Генпрокуратуры, Минюста и ФПА о том, что создание и деятельность профсоюза адвокатов прямо противоречат нормам Закона об адвокатуре. «Кроме того, представленные самим же ответчиком документы подтвердили тот факт, что у профсоюза отсутствуют территориальные отделения, тем более в достаточном количестве, что также является грубым нарушением законодательства», – заметила она.

«Думаю, решение Верховного Суда по этому делу поставит точку в вопросе о том, могут ли адвокаты объединяться в профсоюзы, которые, в свою очередь, незаконно пытаются присвоить себе функции адвокатских палат», – резюмировала советник ФПА.

Михаил Василега, в свою очередь, отметил, что в любом случае нужно дождаться мотивированного решения Верховного Суда. «Мы планируем обжаловать его и при необходимости обратиться в Конституционный Суд РФ», – добавил он.

Татьяна Кузнецова, Зинаида Павлова

Поделиться