Лента новостей

4 августа 2021 г.
Правильный шаг
Оказание БЮП хотят перенести в онлайн
3 августа 2021 г.
КЭС рассмотрела новые жалобы
3 августа состоялось очередное заседание Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам
3 августа 2021 г.
Незамедлительная реакция
ФПА РФ обратилась к председателю Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину в связи с нападениями на адвокатов

Мнения

Юлия Шмыглева
4 августа 2021 г.
Яркие радостные эмоции и новые впечатления
О парусной регате Адвокатской палаты Воронежской области

Интервью

Защита должна заставить себя слушать
4 августа 2021 г.
Максим Белянин
Защита должна заставить себя слушать
Присяжные хотят слышать адвокатов, но для этого адвокаты должны быть интересны участникам процесса

Современная наука не может диагностировать сознание человека

26 января 2021 г. 17:08

Адвокатам дали практические рекомендации по оспариванию показаний, полученных с помощью психологического воздействия на доверителя


26 января в ходе очередного вебинара ФПА РФ с лекцией на тему «Современные возможности психологической и комплексной психолого-лингвистической экспертиз видеозаписей процессуальных действий» выступила заведующая лабораторией судебной психологической экспертизы ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, кандидат юридических наук, доцент Татьяна Секераж.

Свое выступление Татьяна Секераж начала с рассказа о том, в каких ситуациях может возникнуть потребность в применении специальных психологических знаний для исследования видеозаписи допроса. Лектор обратила внимание на то, что в связи с необходимостью оценки правоприменителем достоверности доказательств была предпринята попытка введения в экспертную практику методики по выявлению признаков достоверности / недостоверности информации, сообщаемой участниками уголовного судопроизводства (по видеозаписям следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий). Однако ряд положений методики подвергся жесткой критике. В том числе было опубликовано Информационное письмо «О неправомерности определения достоверности показаний путем судебной экспертизы», в число авторов которого вошли не только судебные эксперты, но и ведущие ученые-психологи и юристы нашей страны. Лектор, в частности, рассказала об отзыве вице-президента ФПА РФ Генри Резника, который пришел к выводу, что внедрение такой методики позволит значительно увеличить число осужденных за дачу заведомо ложных показаний и что возможность назначения подобных экспертиз будет являться также способом психологического воздействия на свидетелей и потерпевших, не имеющих в большинстве случаев (в отличие от подозреваемого или обвиняемого) возможности на законных основаниях отказаться от дачи показаний.

Позже у этой методики появились клоны с целью завуалировать ее истинную направленность на установление достоверности показаний, о чем свидетельствуют рекомендованные в издании вопросы. В них также искажались научные данные, что позволяет сомневаться в научной обоснованности, валидности и надежности такой методики, так как нет возможности дифференциации правдивых и ложных показаний, а также пережитых и непережитых впечатлений. В Германии даже были наложены ограничения на применение методики оценки надежности показаний, предполагающей исследование не показаний, а психической деятельности свидетеля или потерпевшего.

Научным сообществом было установлено, что уровень научной и методической обоснованности судебно-психологических исследований достоверности показаний недостаточен для проведения обоснованных исследований для решения данного вопроса в форме судебной экспертизы. Эксперт подчеркнула, что в России и за рубежом на сегодняшний день отсутствуют научно обоснованные, достоверные и принятые в судебно-экспертную практику методики определения достоверности показаний, надежности показаний, искажения либо сокрытия информации, конструирования ложных сообщений.

Тем не менее авторы методики проверки достоверности показаний или «психологических признаков искажения сообщаемой информации» обосновывают ее актуальность отсутствием по делу иных доказательств, кроме показаний участников уголовного процесса, что особенно опасно.

Спикер пояснила, что эксперты изучают содержание сознания, однако современная наука не имеет возможности диагностировать сознание человека. «В итоге цена ошибки достаточно велика», – резюмировала Татьяна Секераж.

При раскрытии преступлений, однако, могут использоваться иные формы участия специалистов-психологов, например при проведении доследственной проверки. С помощью визуально опосредованной диагностики невозможно установить, что является источником показаний: действительно ли свидетель пережил описываемые события или он заблуждается, находится под влиянием внушения или намеренно лжет.

Татьяна Секераж перечислила факторы, влияющие на показания любого участника процесса, в том числе индивидуально-психологические особенности индивида, и назвала ряд причин возникновения неточностей в показаниях. На показания могут повлиять даже особенности допрашивающего, его словарный запас, способность излагать свои мысли и умение формулировать вопросы.

Лектор рассказала также о традиционной психолого-психиатрической экспертизе, в ходе которой устанавливается способность давать показания. Исследование видеозаписи допроса позволяет более полно, наряду с исследованием потенциальной способности давать показания, устанавливать актуальную возможность реализации этой способности при допросе.

Затем она предложила слушателям тест на возможность распознать достоверность показаний по так называемым симптомам лжи. Свыше 55% опрошенных проголосовали за то, что невербальное поведение позволяет распознать ложь, однако они явно не учитывали особенности развития памяти, которая видоизменяет и даже утрачивает определенные впечатления, поэтому человек может даже не осознавать, что он говорит неправду. Это больше всего касается детей, отличающихся богатым воображением и склонностью к фантазиям.

Все это следует учитывать при вынесении судебного решения, опирающегося на показания сторон в уголовном процессе. Судья вправе пригласить специалиста, который может дать консультации, но оценить всю совокупность показаний и сделать вывод об их достоверности может только он сам.

На конкретных примерах из реальных дел лектор описала суггестивные методы воздействия, использованные при допросах детей. Давление на ребенка приводит к тому, что он начинает рассказывать даже о том, чего сам не видел, но что ему внушалось во время предварительной беседы. В отсутствие видеозаписи вообще невозможно установить, как были получены показания, зафиксированные в протоколе допроса.

Использование анатомических кукол за рубежом вообще запрещено, поскольку имеет высокий суггестивный потенциал, однако в нашей стране до сих пор они необоснованно применяются негосударственными экспертами и различными плохо осведомленными специалистами-психологами для того, чтобы сделать показания ребенка более наглядными. В итоге детям создают возможность для игры, воображения, манипулирования, а случайные действия ребенка с куклой воспринимаются как отражение событий.

Предлагая адвокатам практические рекомендации по оспариванию показаний, Татьяна Секераж рассказала о разработанной в ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России методике психолого-лингвистической экспертизы видеоматериалов процессуальных действий с целью установления внешнего влияния на содержание показаний. Благодаря этой методике можно сделать вывод об использовании недопустимых способов воздействия на допрашиваемого и их влиянии на содержание показаний и дать оценку содержания ответов, полученных в ходе допроса.

Обращаем внимание, что трансляция вебинара будет доступна до 24.00 26 января.

Повтор трансляции состоится в субботу, 30 января.

Константин Катанян

Поделиться