Лента новостей

21 октября 2021 г.
Очень полезная книга
Вышло из печати издание, предназначенное для использования в практической деятельности участниками уголовного судопроизводства
21 октября 2021 г.
Прием заявок завершен
Досрочно окончена заявочная кампания на участие в IX Всероссийском чемпионате по бильярду среди адвокатских палат на приз «Адвокатской газеты»
21 октября 2021 г.
Новаторы в области правозащиты
Номинантом престижной зарубежной премии Human Rights Tulip стала российский адвокат Мари Давтян

Мнения

Антон Лукин
20 октября 2021 г.
Заинтересованность в обмене опытом
В ходе конференции в Афинах адвокаты России и стран Евросоюза обсудили совместную работу

Интервью

Без реальной защиты нет честного и эффективного правосудия
6 сентября 2021 г.
Олег Смирнов
Без реальной защиты нет честного и эффективного правосудия
Только адвокаты способны быстро и эффективно оказывать правовую помощь в условиях чрезвычайной ситуации

Прогрессивные выводы КС РФ

29 сентября 2021 г. 09:32

Позволяющая снизить размер компенсации реабилитированному трат на адвоката норма – неконституционна


23 сентября Конституционный Суд вынес Постановление № 41-П по делу о проверке конституционности норм УПК РФ, регламентирующих порядок возмещения имущественного вреда реабилитированному лицу и поворот к худшему при пересмотре судебных актов в кассационной инстанции. КС назвал несправедливым снижение суммы возмещаемых затрат до размеров, которые представляются достаточными представителям причинителя вреда, особенно после реабилитации лица, пострадавшего от неправомерного уголовного преследования. В комментарии «АГ» адвокат заявителя жалобы отметил, что прогрессивные выводы Конституционного Суда позволят доверителям в будущем обращаться к помощи именно профессиональных защитников без боязни дальнейшего отказа в возмещении судебных расходов со стороны государства в случае доказанности ошибочного привлечения к уголовной ответственности.

Повод для обращения в КС

В январе 2014 г. дознаватель возбудил уголовное дело в отношении Алексея Атрощенко по ч. 3 ст. 327 УК РФ «Подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков». По окончании производства по делу прокурор дважды возвращал его дознавателю – для производства дополнительного дознания и пересоставления обвинительного акта. В свою очередь, мировой судья также дважды возвращал уголовное дело прокурору. В декабре 2016 г. уголовное преследование Алексея Атрощенко было прекращено за отсутствием состава преступления, за ним было признано право на реабилитацию.

В марте 2017 г. суд удовлетворил требование Алексея Атрощенко о возмещении имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием. Впоследствии прокурор отменил постановление о прекращении уголовного дела, в связи с этим решение о компенсации было отменено апелляцией.

В дальнейшем Алексею Атрощенко удалось добиться в судебном порядке признания незаконным решения об отмене постановления о прекращении уголовного дела. В декабре 2017 г. это решение вступило в силу. Далее он вновь обратился в суд за возмещением вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. По итогам судебного разбирательства в пользу мужчины с Минфина России в лице Управления федерального казначейства по Приморскому краю были взысканы расходы на оплату юридической помощи по уголовному делу в размере 1,2 млн руб. и издержки на оплату экспертных услуг на сумму в 21 тыс. руб. С этим решением согласились апелляция и кассация.

В дальнейшем судья Верховного Суда передал кассационную жалобу УФК в Приморский краевой суд, президиум которого направил дело на новое апелляционное рассмотрение. В феврале 2020 г. апелляция изменила решение первой инстанции с поворотом его исполнения, снизив присужденную сумму компенсации и обязав Алексея Атрощенко возвратить 900 тыс. руб. Впоследствии кассационные суды, включая ВС РФ, отказались рассматривать жалобы реабилитированного гражданина. При этом все инстанции не ставили под сомнение действительность понесенных расходов на оплату юридической помощи.

Впоследствии суд предоставил рассрочку Алексею Атрощенко на 5 лет для возвращения ранее полученных им средств, приняв во внимание его семейное положение, наличие на его иждивении нетрудоспособных членов семьи, а также семейный доход и кредитные обязательства супругов. При этом в ходе судебного разбирательства было установлено, что деньги, которые были ранее взысканы в пользу гражданина, пошли на погашение его долгов по займам, сделанным ранее для оплаты помощи адвоката.

В жалобе в Конституционный Суд Алексей Атрощенко поставил под сомнение конституционность п. 4 ч. 1 ст. 135, ст. 401.6 и п. 1 ч. 2 ст. 401.10 УПК. По его мнению, оспариваемые нормы позволяют судам, вопреки условиям договора о предоставлении юридических услуг, отказывать реабилитированному в возмещении имущественного вреда в части сумм, выплаченных адвокату за оказание юрпомощи на условиях разумной помесячной оплаты.

Заявитель добавил, что спорные нормы также позволяют ухудшать положение реабилитированного по истечении года после вступления в законную силу решения о компенсации расходов на адвоката и рассматривать жалобу реабилитированного на апелляционное постановление о возмещении вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, на условиях выборочной, а не сплошной кассации.

КС выявил несоответствие ст. 401.6 УПК Конституции

Конституционный Суд отметил, что предметом его рассмотрения являются п. 4 ч. 1 ст. 135 и ст. 401.6 УПК РФ в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они служат нормативным основанием для решения вопроса о размере компенсации расходов на оплату юридической помощи адвоката при возмещении реабилитированному имущественного вреда, связанного с его уголовным преследованием (в том числе о снижении размера уже уплаченного ему возмещения при пересмотре и повороте исполнения судебного решения о присуждении соответствующих сумм).

Суд напомнил, что высокая стоимость помощи, полученной от адвоката, не может как таковая служить поводом для сокращения объема прав реабилитированного на возмещение причиненного ему вреда, конституционно гарантированных каждому потерпевшему от незаконного привлечения к уголовной ответственности. «Незаконное или необоснованное уголовное преследование само по себе может мешать потерпевшему быть осмотрительным и умеренным в расходах на оплату юридической помощи, а потому значительные затраты на услуги адвоката при защите конституционных прав и ценностей от такого преследования нельзя считать беспочвенными. К тому же обвиняемый (подозреваемый) имеет основания притязать на юридическую помощь хорошего качества и получать ее в достаточном объеме сообразно интенсивности и длительности осуществляемой против него обвинительной деятельности», – отмечено в постановлении КС РФ.

Суд также не исключил получение адвокатских услуг без видимой процессуальной активности стороны защиты, когда она готовится квалифицированно ответить на действия стороны обвинения, предполагая их в разных вариантах постольку, поскольку уголовное преследование протекает с долгими перерывами при неясной позиции обвинения, оставляя обвиняемого (подозреваемого) в неизвестности под угрозой лишения либо ограничения принадлежащих ему прав и благ в перспективе применения уголовно-правового принуждения. «При таких обстоятельствах отказ в признании расходов реабилитированного на оплату юридической помощи нельзя считать справедливым. Нельзя считать правильным и снижение размера возмещения, присуждаемого реабилитированному, на том основании, что он, вместо отдельных услуг, помесячно или поквартально оплачивал серией платежей длительно получаемую юридическую помощь. Тем более такое снижение не может быть оправданным, когда длительная защита по уголовному делу обусловлена затяжным уголовным преследованием с неоднократным прекращением и возобновлением производства по делу, что вынуждает обвиняемого (подозреваемого) доказывать невиновность с избыточными затратами на отстаивание своих прав», – подчеркнул КС.

Он также назвал несправедливым снижение суммы возмещаемых затрат до размеров, которые представляются достаточными представителям причинителя вреда, особенно после реабилитации лица, пострадавшего от неправомерного уголовного преследования. Таким образом, расходы, на которые лицо решается в обстановке такого преследования, нельзя считать безосновательными даже при некотором их превышении над средними (например, величинами адвокатского вознаграждения по месту ведения уголовного дела). Дело в том, что эти величины условны и не настолько очевидны, чтобы обвиняемый (подозреваемый) мог по ним предсказать стоимость адвокатских услуг, которую суд впоследствии посчитает разумной и справедливой в решении о возмещении реабилитированному вреда.

В правоприменительной практике, заметил КС, суждения о действительной стоимости юридических услуг сильно разнятся, поскольку они зависят от оценочных по этому поводу представлений. Однако приблизительность подобных оценок не должна приводить к ущемлению права на возмещение вреда, который причинен реабилитированному в виде расходов на юридическую помощь, и отказ в полном его возмещении означал бы умаление конституционных прав и судебной их защиты. «Если бы законодательство и судебная практика неизменно ориентировали суды на снижение размеров возмещения вреда реабилитированным до наименьших величин, это вело бы к падению объема и качества предоставляемой юридической помощи, ограничивая право на ее получение, гарантированное каждому ст. 48 Конституции РФ», – подчеркнуто в постановлении Суда.

Таким образом, Конституционный Суд счел, что правила реабилитации должны быть направлены в том числе на то, чтобы в отношениях, проистекающих из состоявшегося уголовного преследования и реабилитации, минимизировать новые неблагоприятные претерпевания реабилитированного лица, исходящие от осуществления – пусть даже надлежащего – органами публичной власти своих полномочий касательно его и его законных интересов.

«В частности, каждое новое погружение лица в обстановку судебных разбирательств, имеющих генезис в событиях его уголовного преследования, может быть для него психотравмирующим, чего государство, главной целью и ценностью которого является человек, должно максимально избегать в отношениях с гражданами, тем более находящимися в таком правовом положении, как реабилитированные. В ситуации, когда в кассационной инстанции ставится вопрос о снижении размера присужденной реабилитированному суммы в возмещение расходов на оплату юридической помощи, возникает именно такой негативный эффект. Он усугубляется, когда принятое кассационной инстанцией решение влечет поворот исполнения судебного акта с возложением на лицо, пострадавшее от неправомерной уголовной репрессии, денежных обязательств перед причинителем вреда, а тем более если должнику предстоит их исполнять за счет заработка, пенсий, пособий и других подобных доходов, которые служат средствами существования гражданина и его семьи», – отметил КС. При этом он также подчеркнул, что должны учитываться и другие издержки для прав и законных интересов реабилитированного в той мере, в какой последние могут пострадать вследствие ограничения или принудительного возврата суммы присужденного ему возмещения.

Таким образом, Суд счел, что п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ не противоречит российской Конституции, поскольку он не предполагает отказ лицу, пострадавшему от незаконного или необоснованного уголовного преследования, в полном возмещении расходов на оплату полученной им юрпомощи, если не доказано, что часть его расходов, предъявленных к возмещению, обусловлена явно иными обстоятельствами, нежели получение такой помощи непосредственно в связи с защитой реабилитированного от уголовного преследования, и при этом добросовестность его требований о таком возмещении не опровергнута.

В то же время, отметил КС, ст. 401.6 УПК не соответствует Основному Закону государства в той мере, в какой она не ограничивает период с момента вступления в силу судебного акта о возмещении реабилитированному расходов на оплату юридической помощи, в течение которого может быть принято решение суда кассационной инстанции о пересмотре этого акта, влекущее поворот его исполнения и возврат присужденных реабилитированному сумм. Таким образом, Суд распорядился пересмотреть судебные акты по делу заявителя.

Также федеральному законодателю предписано внести необходимые изменения в действующее правовое регулирование. При этом, указал КС, он не лишен возможности включить соответствующие нормы не в ст. 401.6 УПК, а в другие положения Кодекса либо предусмотреть иной срок, ограничивающий пересмотр судебного акта о возмещении причиненного реабилитированному вреда. До вступления в силу соответствующих изменений отсутствие указания на то, что недопустим пересмотр судом кассационной инстанции судебного акта о возмещении реабилитированному вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием, влекущий поворот исполнения этого акта, не дает оснований осуществлять такой пересмотр за пределами года со дня вступления этого акта в законную силу.

Комментарий представителя заявителя

В комментарии «АГ» представитель заявителя жалобы, адвокат АП Приморского края Александр Бондаренко, сообщил, что с февраля 2014 г. по декабрь 2017 г. он защищал Алексея Атрощенко по его уголовному делу. «Мною в том числе проводилась работа по признанию незаконным постановления транспортного прокурора об отмене объективного решения следственного органа о прекращении уголовного преследования в связи с отсутствием в действиях доверителя состава преступления. Почти за четыре года кропотливой работы удалось добиться справедливого решения, после чего еще почти три года – с октября 2018 г. по 23 сентября 2021 г. – предстояло отстаивать права доверителя на справедливые реабилитационные возмещения. Параллельно в моем производстве находились еще несколько “долгоиграющих” дел по реабилитации, к счастью, закончившихся более благоприятными для доверителей решениями, чем по делу Атрощенко, где поворот судебного решения составил 900 тыс. руб.», – отметил он.

По мнению адвоката, постановление КС поставило справедливую и ожидаемую точку во многих спорах аналогичного характера, когда представители Казначейства РФ, выступающие в качестве ответчика по вопросам о реабилитации, принципиально обжаловали любые, даже объективно незначительные, взыскания в пользу лиц, подвергшихся незаконному уголовному преследованию. «Очевидно, что такое постановление Суда содержит не только детальное и фундаментальное изучение юридических вопросов, обозначенных в заявлении Алексея Атрощенко о его семилетних судебных тяжбах, но и анализ всех аспектов правовых гарантий граждан, предусмотренных Конституцией РФ, и прежде всего относительно доступа последних к высокопрофессиональной адвокатской помощи», – полагает Александр Бондаренко.

По его мнению, прогрессивные, понятные и применимые выводы КС РФ, формирующие «дорожную карту» в дальнейшей судебной практике по вопросам реабилитации, позволят доверителям в будущем обращаться к помощи именно профессиональных защитников без боязни дальнейшего отказа в возмещении судебных расходов со стороны государства в случае доказанности ошибочного привлечения к уголовной ответственности. «Наконец, вызывает профессиональное уважение детальный подход Суда к изучению доводов заявителя о неконституционности ст. 401.6 УПК РФ в той части, в какой она в правоприменительной практике позволяет судам ухудшать положение реабилитированного по истечении одного года после вступления решения о компенсации расходов на адвоката в законную силу. Очень надеюсь, что в ближайшее время на основании этого постановления в УПК РФ будут внесены изменения, которые позволят реабилитированным лицам спокойно распорядиться произведенным им государством возмещением», – выразил надежду адвокат.

Эксперты «АГ» поддержали выводы КС

Старший партнер АБ «ЗКС» Андрей Гривцов заметил, что Конституционный Суд в последнее время редко говорит о необходимости пересмотра судебных решений по конкретным делам, а тем более о конституционности той или иной нормы. «Здесь же он такую позицию высказал, и я с ней согласен. Действительно, на законодательном уровне выглядит несправедливым, что отсутствует срок для возможности отмены в кассационном порядке судебного решения о возмещении реабилитированному расходов на юридическую помощь. Теперь КС РФ фактически установил, что такой срок должен быть ограничен одним годом», – отметил адвокат.

По словам эксперта, также убедительной выглядит и позиция Суда о том, что реабилитированному должна быть выплачена вся сумма, затраченная на юридическую помощь по уголовному делу, если не будет доказано, что последний понимал, что расходы не связаны с оказанием помощи. «Дело в том, что на практике позиция прокуратуры и представителей Минфина практически всегда направлена на снижение сумм, подлежащих выплате, со ссылками на якобы завышенную стоимость гонораров адвокатов, иные аналогично надуманные доводы. Надеюсь, что КС РФ поставил окончательную точку в этом вопросе, и теперь вся судебная практика пойдет по пути того, что реабилитированный точно не должен нести имущественные потери от того, что он дорого, по мнению государства, заплатил своему адвокату. Это вопрос и проблема государства, которое осуществляло незаконное уголовное преследование и должно компенсировать реабилитированному все понесенные в связи с этим имущественные потери», – подчеркнул Андрей Гривцов. 

Адвокат АП Московской области Филипп Шишов указал, что, добившись оправдания по уголовному делу, зачастую невозможно получить достойную компенсацию, в том числе расходов на адвоката-защитника. «Государством недостаточно четко разработан компенсационный механизм, например отсутствуют четкие суммы, обосновывающие размер морального вреда за каждый день нахождения под стражей или за каждый день нахождения в статусе обвиняемого. Все зависит от усмотрения и совести суда, рассматривавшего уголовное дело, в результате присуждаются суммы, составляющие сущие гроши», – пояснил он.

По словам эксперта, как следует из обстоятельств конкретного дела, рассмотренного Конституционным Судом РФ, реабилитированный может столкнуться с отменой решений о компенсации в кассационном суде с последующим поворотом исполнения решения суда и с возвратом присужденных сумм. «Конституционный Суд сделал своеобразный шаг к урегулированию данного вопроса, несомненно необходимого в любом цивилизованном обществе», – заключил Филипп Шишов.

Зинаида Павлова

Поделиться