Лента новостей

1 октября 2020 г.
Суд отказал в удовлетворении иска АП Удмуртской Республики к ФПА РФ
30 сентября Хамовнический районный суд Москвы рассмотрел по существу дело по искам АП Удмуртской Республики и отдельных адвокатов к ФПА РФ
30 сентября 2020 г.
Учебный сезон начнется 1 октября
В первый день октября 2020 г. состоится вебинар в рамках онлайн-цикла Всероссийских уроков «Суд присяжных – вопросы и ответы»
29 сентября 2020 г.
«Фемида» для лучших юристов 2019 года
Высшей юридической премии удостоены представители адвокатского сообщества

Мнения

Анна Здановская
25 сентября 2020 г.
Псковские адвокаты активно работают с молодежью
Адвокатская палата региона реализует ряд проектов по правовому просвещению молодежи и студентов

Интервью

Отказаться от ограничения права на кассацию
28 июля 2020 г.
Тамара Морщакова
Отказаться от ограничения права на кассацию
Заместитель председателя КС РФ в отставке Тамара Морщакова высказала мнение по поводу предложения ограничить право на кассационное обжалование приговоров сроком в два месяца

Принципиальная реакция на допущенные нарушения

26 августа 2020 г. 10:51

Постановление Бабушкинского районного суда г. Москвы, признавшего законность обыска в жилище адвоката, не устояло в апелляции


6 августа Московский городской суд вынес апелляционное постановление и частное постановление в отношении следователя (имеются у «АГ») по обыску в жилище адвоката АП г. Москвы Марии Казанцевой. По мнению председателя Комиссии Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов Роберта Зиновьева, Суд исправил очевидную и грубую ошибку, допущенную первой инстанцией, которая, пойдя на поводу у следственного органа, «закрыла глаза» на явную незаконность проведенного у адвоката обыска и постфактум легитимировала его, сообщает «АГ». «При проведении обыска были грубейшим образом нарушены профессиональные права адвоката, поскольку в отсутствие судебного решения и без участия уполномоченного представителя адвокатской палаты производство обыска в жилище или офисе адвоката недопустимо, в том числе по мотивам неотложности. Порадовала принципиальная реакция Мосгорсуда на допущенные нарушения, который не только отменил незаконное решение нижестоящего суда, но и вынес частное постановление в отношении следователя. По делам подобной категории это первый случай, и, несомненно, такая положительная практика только радует», – отметил он.

Обыск без санкции суда

Как следует из обращения Марии Казанцевой в Комиссию Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов (документ имеется в распоряжении «АГ»), 9 июня следователь первого следственного отдела ГСУ СК РФ по МО В. Ц. вынес постановление о производстве обыска в жилом помещении в случаях, не терпящих отлагательств. Необходимость обыска мотивировалась тем, что жилище – дом в Подмосковье, где проживала и вела адвокатскую деятельность Мария Казанцева, – якобы принадлежало К. (подзащитному адвоката, в отношении которого было возбуждено уголовное дело по ст. 210.1 УК РФ), и в ходе данного следственного действия планировалось найти предметы и документы, имеющие отношение к делу.

Перед проведением обыска адвокат предъявила следователю документы, подтверждающие ее право собственности на данный объект недвижимости, а также сообщила, что осуществляет здесь адвокатскую деятельность. Тем не менее правоохранители провели обыск, несмотря на возражения адвоката, которые были приобщены отдельным приложением к протоколу. В возражениях на протокол Мария Казанцева заявила о нарушении ст. 450.1 УПК РФ, об отсутствии санкции суда на проведение обыска, а также о том, что при проведении следственного действия не присутствовал член Совета АП МО.

В обращении в палату адвокат также обратила внимание, что следователь фактически не допустил ее к защите законных интересов подзащитного К. при проведении обыска в ее жилище.

Первая инстанция сочла обыск законным, но Совет палаты не согласился с выводами суда

Бабушкинский районный суд г. Москвы постановлением от 15 июня (есть у «АГ») признал произведенный обыск законным. Так, суд указал, что о производстве данного следственного действия уведомлялся прокурор. Со ссылкой на ч. 5 ст. 165 УПК РФ первая инстанция отметила, что в исключительных случаях, когда производство обыска в жилище не терпит отлагательств, он может быть произведен на основании постановления следователя и без получения судебного решения, а его законность впоследствии проверяется судом.

«Согласно представленным материалам, безотлагательность производства обыска по вышеуказанному адресу была вызвана наличием угрозы уничтожения или сокрытия предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела. Как усматривается из представленных в суд материалов, по указанному в постановлении следователя адресу проживает подозреваемый К. При таких обстоятельствах вывод следователя о возможном нахождении по указанному адресу предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, суд находит обоснованным», – отмечалось в постановлении.

Впоследствии Совет АП г. Москвы направил обращение (имеется в распоряжении редакции) прокурору Московской области. В нем он указал, что обыск в жилище адвоката был произведен следователем без судебного решения. При этом уголовное дело в отношении адвоката не возбуждалось, обвинение ей не предъявлялось, признаков совершения преступления в обыскиваемом помещении не обнаружилось. Следователь не уведомлял Адвокатские палаты Москвы и Московской области о необходимости направления их представителей к месту производства обыска.

«Не позднее 7 часов 50 минут 13 июня 2020 г. суд был обязан вынести соответствующее постановление о законности или незаконности проведенного обыска. Однако Бабушкинский районный суд г. Москвы рассмотрел уведомление следователя лишь 15 июня 2020 г., чем нарушил требования ст. 165 УПК РФ», – отмечалось в обращении. Таким образом, Совет АП г. Москвы расценил проведенный обыск в жилище адвоката Марии Казанцевой как незаконный и просил принять соответствующие меры реагирования.

Адвокаты обжаловали постановление

В апелляционной жалобе (есть у «АГ») адвокат АП г. Москвы Вера Гончарова, представляющая интересы К., перечислила основания, по которым сочла незаконным, необоснованным и подлежащим отмене постановление первой инстанции. В частности, она указала, что суд не пояснил, почему следователь не допустил Марию Казанцеву к участию в обыске, несмотря на предъявление ею ордера и удостоверения. Кроме того, Мария Казанцева и ее подзащитный не уведомлялись о дате и времени судебного заседания, поэтому уведомление следователя рассматривалось в отсутствие защитника и подозреваемого, копия судебного акта им не направлялась.

В жалобе также обращалось внимание, что в соответствии с ч. 5 ст. 165 УПК РФ следователь не позднее трех суток с начала производства следственного действия обязан уведомить об этом судью и прокурора. «С 11 по 17 июня 2020 г. сотрудники канцелярии Бабушкинского районного суда г. Москвы сообщали адвокатам Марии Казанцевой и Вере Гончаровой о том, что материалы с уведомлением следователя об обыске в жилище в суд не поступали, – указывалось в жалобе. – Только 18 июня 2020 г. в аппарате Бабушкинского районного суда сообщили о том, что указанные материалы поступили в суд».

Кроме того, отмечалось, что помещение, в котором производился обыск, не является собственностью подозреваемого – он там не зарегистрирован и не проживает, поэтому непонятно, почему суд счел, что К. проживает по месту производства обыска. Апеллянт добавила, что в постановлении Бабушкинского районного суда г. Москвы не мотивированы выводы о существовании реальной угрозы уничтожения каких-либо предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, а также отсутствуют основания для проведения обыска

Со ссылкой на ч. 3 ст. 8 Закона об адвокатуре и Постановление Конституционного Суда РФ № 33-П от 17 декабря 2015 г. Вера Гончарова отметила, что проведение всех следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях) допускается только на основе решения суда. Наличие такого документа обязательно и при проведении обыска в жилище в случаях, не терпящих отлагательств.

«Как видно из текста обжалуемого постановления, суд не дал оценки доводам адвоката Марии Казанцевой, изложенным в отдельном заявлении, являющемся приложением к протоколу обыска от 9 июня 2020 г., о нарушении уголовно-процессуального закона и ее профессиональных прав в связи с обыском в жилище адвоката, в отношении которого не возбуждено уголовное дело, который не является обвиняемым и не совершал деяние, содержащее признаки преступления, без постановления суда о разрешении производства обыска и без участия члена совета адвокатской палаты», – подчеркивалось в апелляционной жалобе.

Апеллянт добавила, что указанное следственное действие нарушило ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, защищающую неприкосновенность частной и семейной жизни. Кроме того, подчеркнула она, сотрудники СКР при производстве обыска осуществляли видеосъемку, запись которой была впоследствии опубликована в различных информационных ресурсах СМИ. В связи с этим Вера Гончарова просила отменить постановление Бабушкинского районного суда г. Москвы и вынести частное постановление в отношении следователя В. Ц.

Мария Казанцева также направила в Мосгорсуд апелляционную жалобу от своего имени.

Апелляция отменила решение первой инстанции и указала на нарушения, допущенные следователем

В апелляционном постановлении от 6 августа Мосгорсуд не поддержал выводы первой инстанции. Как пояснила апелляция, данных о разъяснении права Марии Казанцевой на участие в судебном заседании при рассмотрении уведомления следователя о законности произведенного обыска в ее жилище в представленных материалах не имеется. «Таким образом, суд первой инстанции не проверил наличие или отсутствие оснований для уведомления Казанцевой о дате, времени и месте судебного заседания по факту законности произведенного следственного действия», – заключил МГС.

Он добавил, что в силу требований ст. 450.1 УПК РФ обыск в жилище адвоката и его служебных помещениях производится только после возбуждения в отношении него уголовного дела, на основании постановления судьи и в присутствии члена совета адвокатской палаты соответствующего субъекта Федерации. Исходя из ч. 2 указанной статьи Кодекса, подчеркнула апелляция, в постановлении судьи о разрешении обыска указываются основания для производства этого следственного действия, а также конкретные отыскиваемые объекты.

«Вышеуказанные требования закона суд первой инстанции оставил без внимания и не учел, что содержание уведомления, в котором имеются сведения о том, что следственные и процессуальные действия были произведены в отношении лица, обладающего особым правовым статусом, что обыск в жилище, служебном помещении адвоката производится только на основании судебного решения. Таким образом, суд первой инстанции вынес обжалуемое постановление без учета обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела», – отмечается в постановлении. В связи с этим Мосгорсуд отменил постановление первой инстанции и передал ей материал на новое рассмотрение.

Кроме того, Мосгорсуд вынес частное постановление в отношении следователя по особо важным делам В. Ц., который не уведомил суд о производстве обыска в жилище в течение 24 часов в нарушение п. 5 ст. 165 УПК. «В Бабушкинский районный суд г. Москвы материал поступил только 15 июня 2020 г., – подчеркивается в документе. – Указанные нарушения, слабая исполнительская дисциплина следственных органов, недостаточный контроль за качеством и своевременностью материалов о производстве обыска в жилище в случаях, не терпящих отлагательств со стороны руководства ГСУ СК РФ по Московской области, существенно нарушают права граждан на доступ к правосудию, дезорганизуют работу суда».

Таким образом, Мосгорсуд просил руководителя указанного ведомства и прокурора Московской области обратить внимание на допущенные следователем нарушения уголовно-процессуального закона.

Адвокаты положительно оценили судебные акты апелляции

В комментарии «АГ» Мария Казанцева положительно оценила выводы Мосгорсуда. «Такие документы, безусловно, помогут в уголовном деле в отношении моего доверителя. Что касается содержания частного постановления, то хотелось бы увидеть более развернутые выводы в отношении допущенных следователем нарушений, так как их при обыске было гораздо больше, чем отражено в этом документе», – отметила она.

Вера Гончарова также положительно оценила апелляционное постановление. «Признав существенными нарушения уголовно-процессуального закона (включая положения ст. 450.1 УПК), апелляционная инстанция посчитала невозможным их устранение и направила дело на новое разбирательство в первую инстанцию. Такая практика складывается по данной категории дел в последние годы. Надеюсь, что при новом рассмотрении будет вынесено законное решение, которое не придется обжаловать. Стоит отметить, что в ходе работы с материалами выявились обстоятельства, позволяющие задуматься об обращении с заявлением о преступлении в отношении следователя. Возможно, еще и поэтому, изучив материалы дела и выслушав наши доводы, Мосгорсуд удовлетворил требование о вынесении частного постановления», – пояснила она.

По словам адвоката, то, что Судом предельно корректно сформулировано в частном постановлении как «слабая исполнительская дисциплина» и «недостаточный контроль за качеством со стороны руководства», она бы назвала абсолютным произволом следственных органов, действия которых зачастую остаются безнаказанными. «Все чаще, работая по уголовным делам, адвокатам приходится не только защищать доверителей, но и отстаивать свои права. Сожалею, что суды редко прибегают к мерам реагирования, предусмотренным ч. 4 ст. 29 УПК. По обыску в жилище адвоката в нашем регионе, мне представляется, это случилось впервые. Поэтому полагаю, что реакция суда в виде частного постановления следователю будет не только иметь положительный эффект в конкретном деле, но и станет профилактикой от незаконных действий в отношении адвокатов со стороны следственных органов», – заключила Вера Гончарова.

«Это не первый случай, когда Мосгорсуд исправляет ошибки нижестоящих судов»

Председатель Комиссии Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов Роберт Зиновьев отметил, что в данном случае Мосгорсуд исправил очевидную и грубую ошибку, допущенную судом первой инстанции, который, пойдя на поводу у следственного органа, «закрыл глаза» на явную незаконность проведенного в жилище адвоката обыска и постфактум его легитимировал. «При проведении обыска были грубейшим образом нарушены профессиональные права адвоката, поскольку в отсутствие судебного решения и без участия уполномоченного представителя адвокатской палаты производство обыска в жилище или офисе адвоката недопустимо, в том числе по мотивам неотложности. Порадовала принципиальная реакция Мосгорсуда на допущенные нарушения, который не только отменил незаконное решение нижестоящего суда, но и вынес частное постановление в отношении следователя. По делам подобной категории это первый случай, и, несомненно, такая положительная практика только радует», – подчеркнул он.

Роберт Зиновьев заметил, что это не первый случай, когда Мосгорсуд исправляет ошибки нижестоящих судов. «Так, в 2017 г. у адвоката Максима Загорского были проведены "в неотложном порядке" четыре обыска, и тогда Пресненский суд Москвы тоже "одобрил" их, но Мосгорсуд признал незаконными, вернув дело на новое рассмотрение. Вместе с тем следует отметить, что апелляционной инстанции ничто не препятствовало принять решение по существу самостоятельно, но она традиционно возвратила дело в нижестоящий суд, а это создает дополнительную и необоснованную задержку в восстановлении нарушенных прав наших коллег», – посетовал председатель Комиссии Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов.

Зинаида Павлова

Поделиться