Лента новостей
«Спасибо коллегам за добросовестность, твердость профессиональной позиции и верность адвокатскому долгу»
World Class предлагает адвокатам специальные условия на фитнес-карты
Определены даты XV Петербургского международного юридического форума
Мнения
Мы не хотим, чтобы институт суда присяжных был ликвидирован
Интервью
Семейные традиции сформировали принципы оказания юридической помощи доверителям
Отказ по искам к ФПА РФ устоял в апелляции
Решение Хамовнического суда, отказавшегося признать недействительным разъяснение КЭС по вопросу о допустимости обращения адвокатов в правоохранительные органы, вступило в законную силу
23 июля в Московском городском суде состоялось рассмотрение апелляционных жалоб на решение Хамовнического районного суда Москвы по искам АП Удмуртской Республики и отдельных адвокатов к ФПА РФ, поданных истцами. Суд оставил жалобы без удовлетворения. «Мы считаем, что и суд первой инстанции, и сегодня апелляция вынесли законные и обоснованные решения», – заявила член Совета Федеральной палаты адвокатов РФ Татьяна Проценко.
Напомним, что 30 сентября 2020 г. Хамовнический районный суд Москвы в полном объеме отказал в удовлетворении исковых требований о признании недействительными (ничтожными) Решения Совета ФПА РФ от 17 апреля 2019 г. об утверждении Разъяснения Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам (КЭС) № 03/19 по вопросу о допустимости обращения адвокатов в правоохранительные органы и самого Разъяснения (далее – решение Хамовнического суда).
При рассмотрении апелляционных жалоб в Мосгорсуде интересы Федеральной палаты адвокатов РФ представляли вице-президент ФПА РФ, первый вице-президент АП Московской области Михаил Толчеев, член Совета ФПА РФ Татьяна Проценко, член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам Вячеслав Голенев, адвокат АП г. Москвы Ольга Власова и советник руководителя департамента адвокатуры и адвокатской деятельности ФПА РФ Юрий Горносталев.
Позицию АП Удмуртской Республики поддерживали президент АП Удмуртской Республики Дмитрий Талантов и адвокат АП г. Москвы Андрей Рагулин. Соистцами выступили адвокат АП г. Москвы Александр Островский, адвокат АП Московской области Анатолий Капитанов, адвокат АП г. Москвы Станислав Журавлев.
Как сообщила пресс-службе ФПА РФ член Совета Федеральной палаты адвокатов РФ, адвокат Татьяна Проценко, в ходе судебного заседания истцами был заявлен ряд ходатайств, в том числе и об отводе судей, которые суд не удовлетворил. Также за пререкания с судьей и за отказ подчиниться требованиям председательствующего из зала был удален адвокат Андрей Рагулин.
Апелляционная инстанция изменила решение Хамовнического суда в части требований истца Андрея Бабина и прекратила производство по его иску, поскольку тот скончался до вынесения данного решения, о чем стало известно позднее. В остальной части решение оставлено без изменений, а апелляционные жалобы других истцов – без удовлетворения. После оглашения апелляционного определения решение Хамовнического суда вступило в законную силу.
«Мы считаем, что и суд первой инстанции, и сегодня апелляция вынесли законные и обоснованные решения», – заявила Татьяна Проценко.
Справка
Оспаривавшееся истцами Разъяснение КЭС от 17 апреля 2019 г. № 03/19 стало ответом на запросы трех адвокатских палат, поставивших вопрос о допустимости обращения адвокатов в правоохранительные органы с требованием проведения проверки в отношении органов адвокатского самоуправления. Такие запросы были составлены после опубликования открытого обращения группы адвокатов и юристов в Следственный комитет РФ с просьбой провести проверку органов самоуправления Адвокатской палаты Республики Башкортостан.
В утвержденном Советом ФПА РФ Разъяснении КЭС указано, что требование или призыв к вмешательству в деятельность органов адвокатского самоуправления либо осуществлению в отношении них проверочных и контрольных мероприятий государственными органами, в том числе осуществляющими уголовное преследование, ведет к подрыву принципов независимости и корпоративности.
В документе отмечается, что такого рода обращения адвокатов в органы государственной власти либо в правоохранительные органы демонстрируют пренебрежение моральными традициями адвокатуры и требованиями профессиональной этики – в частности, нормами п. 2 ст. 5 и п. 5 ст. 9 КПЭА, и «должны становиться поводом для дисциплинарного реагирования уполномоченных органов адвокатского самоуправления и возможного привлечения адвокатов к дисциплинарной ответственности».