Лента новостей

18 июня 2019 г.
Необходимо правильно использовать энергию молодых адвокатов
Опубликована видеозапись выступления Нвера Гаспаряна на Форуме молодых адвокатов и наставников в Ростове-на-Дону
18 июня 2019 г.
«Болевые точки» российского правоприменения
Эксперты проанализировали доклад Уполномоченного по правам человека в РФ Президенту РФ
18 июня 2019 г.
Как компенсировать расходы на повышение квалификации
Минфин России разъяснил свою позицию относительно учета расходов на повышение квалификации в составе профессионального налогового вычета

Мнения

Сергей Макаров
18 июня 2019 г.
В воспрепятствовании деятельности адвоката нет мелочей
Обсуждение и критика формы жалобы адвоката вытеснили ее содержание

Интервью

О ПМЮФ, ПМЭФ и цифровизации адвокатуры
17 июня 2019 г.
Елена Авакян
О ПМЮФ, ПМЭФ и цифровизации адвокатуры
Интервью у Елены Авакян берет редактор сайта ФПА РФ Сергей Гусев

Нет ни единой ссылки на ст. 5 Закона об адвокатуре

20 сентября 2018 г. 17:23

Суд по интеллектуальным правам отменил решение суда, признавшего незаконным использование слова «адвокат» в названии неадвокатского образования


Как сообщает «АГ», 9 августа Суд по интеллектуальным правам вынес Постановление по делу № А56-43779/2017, в котором указал, что при установлении вопроса о добросовестности приобретения исключительного права на товарный знак исследованию подлежат как обстоятельства, связанные с приобретением права, так и последующее поведение правообладателя, свидетельствующее о цели такого приобретения. Исполнительный вице-президент ФПА РФ Андрей Сучков указал, что в судебном акте нет ни единой ссылки на норму Закона об адвокатуре, подлежащую применению в данном споре, и выразил надежду, что при новом рассмотрении дела будет принято законное решение с учетом законодательного запрета на применение неадвокатами слова «адвокат» и производных от него.

Напомним, что осенью 2016 г. в Управление Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу поступило заявление от гражданки А. Бесуновой о нарушении ООО «Адвокат-Авто» ст. 14.4 Закона о защите конкуренции. В нем указывалось, что действия общества могут ввести потенциальных потребителей в заблуждение, нанести ущерб деловой репутации адвокатского сообщества, поставить под сомнение компетентность адвокатов, исказить в глазах граждан значимость и необходимость профессиональной юридической помощи.

Приказом УФАС было возбуждено дело о запрете недобросовестной конкуренции, связанной с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг. Стоит отметить, что вскоре компания изменила название на «Адвок-Авто».

16 марта 2017 г. УФАС пришло к выводу, что общество не имело права использовать слово «адвокат» в фирменном наименовании, следовательно, нарушило ст. 14.4 Закона о защите конкуренции. Ведомство указало, что его конкурентами являются хозяйствующие субъекты, осуществляющие аналогичную деятельность, которые не используют в своем наименовании слово «адвокат» и производные от него, а также сами адвокаты.

Компания не согласилась с таким решением и оспорила его в судебном порядке.

Суды первой и апелляционной инстанций

Рассматривая дело, Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области привлек к участию Федеральную палату адвокатов, представителями которой выступили председатель президиума КА «Лапинский и партнеры» Владислав Лапинский, адвокат Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов Никита Тарасов и координатор рабочей группы по мониторингу незаконного использования адвокатских терминов при Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга Владимир Дмитриев.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанций исходил из того, что использование обществом слова «адвокат» в своем фирменном наименовании в нарушение установленного запрета направлено на получение конкурентного преимущества перед другими участниками рынка юридических услуг, и такое поведение общества потенциально способно причинить убытки конкурентам в виде неполученных доходов, возможных к получению в рамках добросовестной конкуренции.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд согласился с выводом первой инстанции. Стоит отметить, что в ходе судебного разбирательства суд апелляционной инстанции указал, что действия ООО «Адвок-Авто» являются нарушением не только норм ст. 14.4, как установлено УФАС, но и норм ст. 14.2 Закона о защите конкуренции.

Доводы сторон в суде кассационной инстанции

Компания подала кассационную жалобу в Суд по интеллектуальным правам (имеется в распоряжении «АГ»). В ней она указала, что суд апелляционной инстанции вышел за пределы своих полномочий, квалифицировав действия общества в совокупности по двум составам правонарушения, установленным ст. 14.2, 14.4 Закона о защите конкуренции, и при рассмотрении настоящего спора не установил обстоятельств, подтверждающих наличие в действиях общества признаков недобросовестной конкуренции.

Компания отметила, что озвученные ею в суде доводы не нашли отражения в судебном решении. Так, она указывала, что ни адвокаты, ни образования адвокатов, в том числе ФПА, являясь некоммерческим образованием, не являются хозяйствующими субъектами на рынке правовых услуг, а потому не могут вступать в конкурентные отношения с частнопрактикующими юристами и коммерческими организациями юридического профиля.

В жалобе общество отмечало, что главной задачей ФАС и ее территориальных органов является разрешение споров между практикующими субъектами одного товарного рынка в пределах одной географической единицы, однако ни одного обозначенного признака в спорной ситуации не имелось. Также общество заметило, что в отношении слова «адвокат-авто» лингвистическая и (или) филологическая экспертиза не проводилась.

В отзыве на жалобу (имеется в распоряжении «АГ») УФАС подчеркнуло, что включением в фирменное наименование слова «адвокат» общество стремилось придать видимость законности и обосновать использование этого слова при взаимодействии с потребителями. УФАС также указало, что у него нет специальных познаний в области лингвистики и оно воспринимает фирменное наименование заявителя «как есть», в связи с чем суды отклонили доводы заявителя об экспертизе.

В свою очередь представитель ФПА РФ Владимир Дмитриев в отзыве на кассационную жалобу (имеется в распоряжении «АГ») указал, что в соответствии с п. 1.4 Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке (утв. Приказом ФАС России от 28 апреля 2010 г. № 220) не требуется проведение анализа при рассмотрении дел, возбужденных по признакам нарушения ст. 14 Закона о защите конкуренции.

Он сослался на п. 16.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 февраля 2011 г. № 11, в котором указано, что в Законе о защите конкуренции приведен открытый перечень действий, являющихся недобросовестной конкуренцией. При этом при анализе вопроса о том, является ли совершенное лицом действие актом недобросовестной конкуренции, подлежат учету положения не только Закона о защите конкуренции, но и ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности.

«Поэтому при рассмотрении такой категории дел необходимо оценить влияние действий нарушителя на состояние конкуренции на товарном рынке и на получение им предпринимательских преимуществ, а не ставить во главу угла выяснение вопроса о наличии конкурентных отношений между заявителем в антимонопольный орган и нарушителем», – поясняется в отзыве.

Кроме того, Владимир Дмитриев отметил, что примером такого подхода служит Постановление Президиума СИП от 4 июля 2014 г. по делу № СИП-9/2013, где заявитель и нарушитель действовали на разных товарных рынках и поэтому не могли являться конкурентами. Однако СИП заключил, что в рассматриваемом случае регистрация обозначения, идентичного широко известному товарному знаку, в отношении товаров иных классов международной классификации товаров и услуг может быть направлена на получение необоснованного преимущества и создает угрозу возникновения заблуждения потребителей.

Решение Суда по интеллектуальным правам

В постановлении по делу «Адвок-Авто» СИП указал, что при установлении вопроса о добросовестности приобретения исключительного права на товарный знак исследованию подлежат как обстоятельства, связанные с приобретением права, так и последующее поведение правообладателя, свидетельствующее о цели такого приобретения. При этом недобросовестность правообладателя должна быть установлена в период, предшествующий приобретению исключительных прав на фирменное наименование, поскольку именно в этот момент реализуется намерение на недобросовестное конкурирование с иными участниками рынка. Суд указал, что последующее поведение правообладателя может лишь подтверждать либо опровергать тот факт, что при приобретении исключительного права он действовал недобросовестно.

«Для признания действий хозяйствующего субъекта недобросовестной конкуренцией такие действия должны одновременно: совершаться хозяйствующим субъектом-конкурентом, быть направленными на получение преимуществ в предпринимательской деятельности, противоречить законодательству, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, причинять убытки другому хозяйствующему субъекту-конкуренту либо наносить вред его деловой репутации (причинение вреда). Совокупность указанных действий признается актом недобросовестной конкуренции», – указано в решении.

Суд подчеркнул, что для признания действий по приобретению исключительного права на средство индивидуализации актом недобросовестной конкуренции УФАС должно было установить цель их совершения, а также установить наличие конкурентных отношений с другими хозяйствующими субъектами. При этом, отметил СИП, в отличие от последствий недобросовестной конкуренции, направленность на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности должна быть доказана, а не предполагаться.

Кроме того, Суд указал, что для выяснения действительных намерений лица, приобретающего исключительное право на фирменное наименование, установлению подлежат цель приобретения такого права, наличие конкурентных отношений на момент его приобретения, а также наличие причиненного ущерба конкурентам действиями правообладателя.

СИП указал, что из решения управления следует, что конкурентами общества являются «многочисленные хозяйствующие субъекты, осуществляющие деятельность, которые не используют в своем фирменном наименовании слово “адвокат” и производные от этого слова, а также сами адвокаты». Между тем в состав вмененного обществу правонарушения входит именно использование конкретного обозначения.

Кроме того, Суд отметил, что поскольку оспариваемое решение антимонопольного органа вынесено по заявлению А. Бесуновой, выводы, изложенные в обжалуемых судебных актах о законности или незаконности этого решения, в любом случае являются выводами о ее правах. Таким образом, СИП постановил отменить решения нижестоящих судов и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Оценка решения участниками дела

Владимир Дмитриев рассказал «АГ»: «В ходе судебного заседания двое судей неоднократно указали на то, что никакой конкуренции с адвокатами нет, раз они не осуществляют предпринимательскую деятельность, а гражданке надо было обращаться не в УФАС, а в Роспотребнадзор». Он добавил: «Наш главный аргумент о том, что обращение гражданина в УФАС – лишь повод для возбуждения дела, в процессе расследования по которому была обнаружена конкуренция с другими юрфирмами по той же специализации, о чем есть аналитический отчет в деле, не вошел в постановление. Я пытался получить звукозапись заседания, но мне ее не дали, так как в обязательном порядке ее не ведут».

Владимир Дмитриев подчеркнул, что СИП переоценил факты, а это вне компетенции кассационного суда, и указал, что по аналогичному делу ВС РФ уже «застукал» СИП на таком процессуальном нарушении, отменив тогда его постановление. Он дополнительно сообщил, что уже готова жалоба в Верховный Суд. «Может возникнуть проблема, связанная с непривлечением к участию в деле гражданки – заявителя в УФАС. Мной занята позиция, что ее права не были этим нарушены, раз суды двух инстанций оставили в силе решение управления», – пояснил Владимир Дмитриев.

Владислав Лапинский назвал неверным подход СИП, который неоднократно указал на то, что адвокаты не являются конкурентами коммерческих юридических фирм, так как осуществляют деятельность на некоммерческой основе. «Обращение поступило от потребителя юридических услуг, который вправе выбрать более надежного исполнителя», – пояснил он. По словам Владислава Лапинского, Бесунова полагает, что адвокаты предоставляют более качественные услуги в силу гарантий, предоставляемых им КПЭА и Законом об адвокатуре. «Увидев адвокатское название юридической фирмы, она решила, что на ее услуги тоже распространяются эти гарантии, но убедившись, что это не так, обратилась в УФАС с жалобой. Конкуренция адвокатов и вольных юристов здесь совсем ни при чем», – указал он.

«АГ» направила запрос в Суд по интеллектуальным правам. На вопрос о том, часто ли нижестоящие инстанции по аналогичным категориям споров рассматривают отдельные действия по приобретению и использованию исключительных прав на средство индивидуализации, а не в совокупности, в СИП ответили, что пределы рассмотрения обстоятельств дел, касающихся оспаривания решения антимонопольного органа, связаны с содержанием самого оспариваемого решения. «Также при проверке законности оспариваемого решения антимонопольного органа судами должно быть установлено наличие всей совокупности обстоятельств, свидетельствующих о нарушении законодательства о защите конкуренции», – указали в пресс-службе Суда.

В письме на запрос «АГ» пресс-служба УФАС по Санкт-Петербургу сообщила, что в настоящее время управлением решается вопрос об обжаловании решения Суда по интеллектуальным правам в Верховный Суд РФ.

ООО «Адвок-Авто» комментарии «АГ» не предоставило.

Позиция ФПА

Исполнительный вице-президент ФПА Андрей Сучков отметил формальность указания СИП на необходимость привлечения к участию в деле заявителя жалобы – гражданки Бесуновой в качестве безусловного основания для отмены судебных актов нижестоящих судов. «Совершенно очевидно, что принятые ранее по делу решения направлены на удовлетворение доводов заявительницы, то есть на соблюдение ее прав», – пояснил он.

«Так как основание для отмены формальное и безусловное, спорить с ним трудно. А вот доводы суда о необходимости исследовать состояние среды конкуренции среди хозяйствующих субъектов, как использующих, так и не применяющих в своем наименование слово “адвокат”, кто и в каком размере от этого выгадал, а кто понес убытки, и прочая подобного рода казуистика (а по-другому это назвать трудно), мягко говоря, удивляют», – отметил исполнительный вице-президент ФПА РФ.

Андрей Сучков также указал, что в судебном акте нет ни единой ссылки на норму прямого действия, подлежащую применению в данном споре, – ст. 5 Закона об адвокатуре, которая императивно указывает, что использование в наименованиях организаций и общественных объединений терминов «адвокатская деятельность», «адвокатура», «адвокат», «адвокатская палата», «адвокатское образование», «юридическая консультация» или словосочетаний, включающих в себя эти термины, допускается только адвокатами и организациями, созданными в порядке, установленном Законом об адвокатуре.

«Надеемся, что при новом рассмотрении дела будет принято законное решение с учетом существующего абсолютного законодательного запрета на применение неадвокатами слова “адвокат” и производных от него», – указал Андрей Сучков.

Фото: пресс-центр СИП


Поделиться