Видеолекции

Лента новостей

13 июля 2020 г.
Верховный Суд РФ торпедирует «сплошную» кассацию
«Независимая газета»: Предлагается ограничить срок подачи кассационной жалобы двумя месяцами
13 июля 2020 г.
Вебинар ФПА в рамках цикла «Введение в профессию адвоката»
17 июля, в пятницу, состоится очередная онлайн-трансляция для стажеров, помощников адвокатов и адвокатов со стажем до года
13 июля 2020 г.
Нарушения затрагивают авторитет адвокатуры
Поведение адвокатов в медийной сфере должно быть сдержанным и взвешенным

Мнения

Никита Трубецкой
9 июля 2020 г.
Злонамеренных нарушений прав не выявлено, но системные проблемы есть
Анализ практики отказов от назначенных адвокатов в Ставрополье

Интервью

Если не знаешь, как поступить, – поступай по закону
29 июня 2020 г.
Сергей Пашин
Если не знаешь, как поступить, – поступай по закону
Адвокат должен работать с полной самоотдачей, опираясь на нормы права

Конституционный Суд подтвердил независимость адвокатуры

19 февраля 2020 г. 08:00

Генри Резник: Определение КС РФ утвердило полную конституционность основных положений Закона об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката как внутрикорпоративного акта


Опубликовано Определение Конституционного Суда РФ от 30 января 2020 г. № 34-О по жалобе Виталия Буркина и Юрия Филиппских (далее – Определение № 34-О), которые были лишены статуса адвоката. Конституционный Суд РФ отказался рассматривать жалобу В.А. Буркина и Ю.И. Филиппских на нарушение их конституционных прав положениями Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» во взаимосвязи с положениями Кодекса профессиональной этики адвоката и Правил поведения адвокатов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Вице-президент ФПА РФ, председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов Генри Резник отметил, что позиция Конституционного Суда РФ, отраженная в Определении № 34-О, не могла быть другой. КС РФ подтвердил, что адвокатура является независимой неправительственной организацией, выполняющей публично-правовые функции.

В.А. Буркин и Ю.И. Филиппских оспаривали конституционность следующих положений Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»: п. 2 ст. 17; подп. 9 п. 3 и абз. 2 п. 7 ст. 31; п. 3 и 7 ст. 33. В.А. Буркин также оспаривал конституционность следующих положений данного Федерального закона: подп. 4 п. 1 ст. 7; подп. 2 и 2.1 п. 2 ст. 36; подп. 16 п. 3 ст. 37 во взаимосвязи с нормами Кодекса профессиональной этики адвоката, обязывающими адвоката при всех обстоятельствах сохранять честь и достоинство, присущие его профессии (п. 1 ст. 4), при осуществлении профессиональной деятельности уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения и стиля одежды, соответствующих деловому общению (п. 2 ст. 8), а также с положениями Правил поведения адвокатов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (утверждены решением Совета ФПА РФ от 28 сентября 2016 г.), в силу которых проявление адвокатом своей активной гражданской позиции должно осуществляться с неукоснительным соблюдением принципов профессионального поведения адвокатов (п. 1.2), предполагающих, в частности, уважительность, ответственность и достоверность заявлений адвоката в сети «Интернет» (п. 2.3.2 и 2.3.3).

Советами адвокатских палат субъектов РФ на основании заключений квалификационных комиссий соответствующих адвокатских палат в отношении В.А. Буркина и Ю.И. Филиппских были приняты решения о прекращении статуса адвоката в связи с нарушением законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката.

История вопроса

Напомним, что поводом для возбуждения в отношении Виталия Буркина дисциплинарного производства явилось представление вице-президента АП Республики Башкортостан Виктора Мальцева в связи с обращением, направленным в региональную Адвокатскую палату председателем Верховного Суда РБ Михаилом Тарасенко. Он сообщил, что адвокат большую часть своих публикаций в социальных сетях посвящает имеющим ярко выраженный негативный характер претензиям и критике судебной системы, допускает некорректные и оскорбительные высказывания в адрес руководства Верховного Суда РБ.

В размещенном на сайте АП Республики Башкортостан информационном письме с разъяснением решения Совета АП РБ о лишении статуса адвоката Уфимской городской коллегии адвокатов Виталия Буркина было указано, что он исказил суть взаимоотношений между адвокатами и судом, роль адвокатуры в обеспечении отправления правосудия, проигнорировал базовые этические нормы, регулирующие отношения адвокатов как с представителями государства и общества, так и между собой, проявив демонстративное неуважение к Совету АП РБ как выборному органу адвокатского самоуправления.

Юрий Филиппских был лишен статуса по решению Совета АП Ненецкого автономного округа. Согласно заключению Квалификационной комиссии и решению Совета АП НАО, он нарушил законодательство об адвокатской деятельности, Кодекс профессиональной этики адвоката и решения органов Адвокатской палаты. В нарушение актов палаты, не имея соответствующих полномочий и игнорируя требования президента Адвокатской палаты, Юрий Филиппских осуществлял распределение между адвокатами запросов органов предварительного расследования и судов о выделении адвокатов для участия в качестве защитников по назначению в уголовном судопроизводстве и в качестве представителей по назначению в гражданском судопроизводстве, в результате чего была затруднена работа органов предварительного расследования и судов.

Не согласившись с заключениями Квалификационных комиссий и решениями Советов адвокатских палат, Виталий Буркин и Юрий Филиппских обратились в суды общей юрисдикции с исками, в которых требовали признать данные акты незаконными, восстановить статус адвоката и членство в соответствующих региональных адвокатских палатах.

Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении исковых требований В.А. Буркину отказано. Суды, изучив публикацию В.А. Буркина, размещенную им в информационно-коммуникационной сети «Интернет» и послужившую основанием для его привлечения к дисциплинарной ответственности, пришли к выводу, что использованные им формулировки не соответствовали требованиям профессионализма, достоинства, сдержанности и корректности, которые установлены как основные принципы деятельности адвокатов в сети «Интернет», а употребленные им выражения носят негативный характер, являются публичным выражением неуважения к судебным органам, не соответствуют по форме и содержанию манере делового общения, предписанной п. 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Юрию Филиппских также было отказано в удовлетворении его исковых требований. Суды, оценив представленные доказательства, пришли к выводу, что они подтверждают доводы, изложенные в заключении Квалификационной комиссии и решении Совета АП НАО.

В передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании судов кассационных инстанций В.А. Буркину и Ю.И. Филиппских также было отказано.

Позиция Конституционного Суда РФ

Изучив материалы жалобы Виталия Буркина и Юрия Филиппских, Конституционный Суд РФ отказался принимать ее к производству.

КС РФ отметил, что в силу взаимосвязанных положений п. 2 ст. 17, подп. 9 п. 3 и абз. 2 п. 7 ст. 31, п. 3 и 7 ст. 33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» органом, уполномоченным рассматривать жалобы на действия (бездействие) адвокатов, является Адвокатская палата субъекта РФ в лице Квалификационной комиссии, к полномочиям которой относится дача заключения о наличии или об отсутствии в действиях (бездействии) адвоката нарушений норм Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей; при наличии допустимого повода президент адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство, а Совет Адвокатской палаты рассматривает жалобы на действия (бездействие) адвокатов с учетом соответствующего заключения Квалификационной комиссии.

«Такое регулирование, устанавливающее основания, поводы и порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности и определяющее полномочия органов адвокатского сообщества, в том числе президента адвокатской палаты, в дисциплинарном производстве, основано на учете особого публично-правового статуса адвокатуры (постановления Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. № 18-П и от 18 июля 2019 г. № 29-П) и принципов деятельности данного института гражданского общества – законность, независимость, самоуправление, корпоративность и равноправие адвокатов (пункты 1 и 2 ст. 3 Федерального закона ”Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации”). Кроме того, поскольку проверка законности решений органов адвокатской палаты, в том числе и решений о дисциплинарной ответственности адвокатов, входит в сферу судебного контроля (определения Конституционного Суда РФ от 17 июня 2013 г. № 907-О, от 21 марта 2015 г. № 1089-О, от 27 марта 2018 г. № 627-О, от 2 октября 2019 г. № 2658-О и др.), оспариваемые законоположения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителей в указанном ими аспекте», – говорится в Определении № 34-О.

Также в Определении КС РФ отмечается, что Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что наделение адвокатских палат (их органов) контрольными и управленческими полномочиями, в том числе полномочиями по принятию обязательных для адвокатов решений по отдельным вопросам адвокатской деятельности, согласуется с особым публично-правовым статусом некоммерческих организаций подобного рода, в том числе профессионального сообщества адвокатов, которое не входит в систему органов публичной власти и действует независимо от них (постановления от 19 мая 1998 г. № 15-П, от 23 декабря 1999 г. № 18-П, от 19 декабря 2005 г. № 12-П и от 18 июля 2019 г. № 29-П).

«Следовательно, такое регулирование не выходит за пределы дискреции законодателя, а приведенные нормы сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя. Предъявление же особых профессионально-этических требований к мнениям, суждениям и комментариям адвокатов, которые они выражают публично, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети “Интернет”, по поводу деятельности государственных органов и должностных лиц, в том числе судей, обусловлено имеющими публично-правовое значение задачами и функциями адвоката, который, будучи независимым профессиональным советником по правовым вопросам, призван обеспечивать защиту прав и свобод человека и гражданина во взаимодействии с органами государственной, прежде всего судебной, власти и, соответственно, должен стремиться поддерживать доверие граждан к судебной власти, согласуется с предписаниями ст. 29 Конституции РФ и ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, задающих пределы осуществления свободы слова», – делает вывод КС РФ.

КС РФ также указал, что разрешение вопросов о том, были ли соблюдены адвокатом В.А. Буркиным при выражении своего мнения в форме критических комментариев о судебной системе в информационно-коммуникационной сети «Интернет» допустимые пределы осуществления права на свободу слова, исследованы ли правоприменительными органами все обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела заявителя, дана ли судами надлежащая оценка установленным обстоятельствам, а также соразмерности применения к заявителю меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и оценкой законности и обоснованности правоприменительных решений, что не входит в компетенцию Конституционного Суда РФ. Также не относятся к компетенции КС РФ оспариваемые В.А. Буркиным положения Кодекса профессиональной этики адвоката и Правил поведения адвокатов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», являющиеся корпоративными правовыми актами.

Позиция адвокатуры

Вице-президент ФПА РФ, председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите права адвокатов, первый вице-президент АП г. Москвы Генри Резник отметил, что позиция Конституционного Суда РФ, отраженная в Определении № 34-О, не могла быть другой. КС РФ подтвердил, что адвокатура является независимой неправительственной организацией, выполняющей публично-правовые функции.

По мнению Генри Резника, «заявители замахнулись на принцип независимости адвокатуры, оспаривая право сообщества решать внутренние вопросы своей жизни путем принятия внутрикорпоративных актов, главный из которых – Кодекс профессиональной этики адвоката». «Этика – это сердцевина адвокатской профессии. И эта независимость адвокатуры, о которой напомнил Конституционный Суд РФ, можно считать, закреплена в ст. 15 Конституции РФ, где указано, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью российской правовой системы. Независимость института адвокатуры – это уже общепризнанный принцип международного права», – заявил вице-президент ФПА РФ.

Генри Резник обратил внимание на важность того, что Конституционный Суд РФ отметил гарантии прав адвокатов, которые подвергаются дисциплинарным санкциям. Гарантии заключаются в том, что все решения органов адвокатского самоуправления подлежат судебному контролю. «В данном случае заявители, недовольные конкретными судебными решениями, совершенно неосновательно перенесли спор о фактах в Конституционный Суд, атаковав основы существования адвокатуры, – сказал он. –Понятно, что Конституционный Суд не мог иначе отреагировать и указал, что такая подмена совершенно недопустима и что конкретные факты, которые были расценены определенным образом квалификационными комиссиями и судами, не могут быть предметом рассмотрения Конституционного Суда».

Кроме того, отметил Генри Резник, статус адвокатуры как независимого института гражданского общества не может подвергаться сомнению. «Претензии заявителей – это попытка подменить решение внутрикорпоративных вопросов органами адвокатского самоуправления полным государственным контролем. На мой взгляд, так ставить вопрос могут только лица, чужеродные профессии адвоката. При этом я совершенно не даю оценку конкретным спорам, которые были между адвокатами и органами адвокатского самоуправления их палат. Но использовать расхождение во мнениях для того, чтобы фактически поставить под сомнение базовые основы существования адвокатуры, полагаю, могут только люди, которым эти принципы просто-напросто не близки», – считает он.

По мнению вице-президента ФПА РФ, Определение № 34-О утвердило полную конституционность основных положений Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката как внутрикорпоративного акта, который принят Всероссийским съездом адвокатов по предписанию законодателя. «Получается так, государство независимость адвокатуры признает, а люди, которые числились адвокатами, эти принципы хотят ликвидировать. Это печально», – заключил Генри Резник.

Анна Стороженко

Поделиться