• Войти

Управляемое самоуправление

О 4-м Германо-российском адвокатском форуме

0
166

23 ноября в канцелярии Федеральной палаты адвокатов ФРГ состоялась встреча делегации российских адвокатов во главе с президентом Федеральной палаты адвокатов РФ с представителями немецкой адвокатуры. Позиционировалось мероприятие как 4-й Германо-российский адвокатский форум «Профессиональное право адвокатов и защита в уголовном процессе в Германии и Российской Федерации».

По завершении мероприятия возникло желание поделиться с коллегами впечатлениями о немецкой адвокатуре и условиях, в которых она действует.

Нисколько не претендуя на исчерпывающий анализ организации и деятельности адвокатуры Германии (для этого нужны системный анализ и более глубокие познания), хотел бы написать о том, в чем мы, российские адвокаты, все-таки самостоятельны. И эти самостоятельность и самоуправляемость нужно сохранить.

Одним из внешне малозаметных, но, как показалось, ключевых для понимания немецкой адвокатуры моментов встречи была реплика коллеги (видимо, имеющей российские корни), выразившей недоумение по поводу наличия у ФПА РФ и региональных палат права давать разъяснения и рекомендации по вопросам профессиональной этики. Ее возмутила сама возможность таких рекомендаций – по какому праву Федеральная палата может говорить мне, в чем ходить в суд и как там себя вести.

Получается, мы идем по неправильному пути, допуская нарушение сообществом автономии каждого отдельного адвоката?

Но все не так просто. И если не зажмуриваться от внешнего блеска, можно увидеть, что адвокатская корпорация в ФРГ не решает вопросы профессиональной этики и организации деятельности, потому что ей это не позволено. Или наоборот – эти вопросы разрешены государством, потому что их в свое время не решила корпорация.

Несколько показательных моментов.

Экзамен на получение статуса адвоката является государственным, правда, он является универсальным, поскольку дает право работать, к примеру, и судьей, и нотариусом.

Помимо сдачи экзамена необходимо получить разрешение заниматься адвокатской деятельностью в судах на территории определенной земли, и выдает его управление юстиции этой земли. Отказ в таком разрешении возможен по разным основаниям, в том числе если претендент вследствие умственных либо физических недостатков не способен заниматься профессиональной деятельностью.

Ставки гонорара за оказание юридической помощи в ФРГ определены законодательно. Есть нюансы и исключения, но и они предусмотрены Законом об оплате услуг адвоката.

Дисциплинарная практика не отнесена к компетенции корпорации, рассмотрением дисциплинарных вопросов занимаются суды чести, формируемые опять-таки земельными управлениями юстиции. Справедливости ради – с учетом мнения регионального объединения адвокатов.
 
Почему-то такая регулирующая роль государства кажется не просто избыточной, а нарушающей автономию сообщества. Думаю, такого рода безусловно корпоративные вопросы корпорация должна решать сама и сама создавать практику по ним. Хотя бы для того, чтобы это не сделали за нее.

Причем самоорганизация адвокатуры при ограниченном контроле государства полностью соответствует основам состязательной концепции: обвинение и его деятельность определяются и формируются государством, защита как негосударственная социальная функция реализуется самоуправляемой независимой корпорацией – адвокатурой. Государственная адвокатура, или адвокатура, формируемая государством, – нонсенс, рано или поздно уничтожающий всякую состязательность, и превращающий судопроизводство в следственно-административную деятельность.

Кстати, интересными для российских адвокатов будут и отдельные аспекты порядка организации защиты по назначению.

По п. 4 параграфа 141 УПК Германии, решение о назначении защитника принимается председателем коллегии, которой подсудно уголовное дело на стадии основного судебного производства.

Обвиняемому предоставляется возможность в течение определенного времени указать защитника по выбору из определенного списка, имеющегося в суде, формируемого сообществом, либо с его участием. Однако назначение в любом случае производится председательствующим. Если же защитник не избран, «не является на судебное заседание, удаляется с судебного заседания или отказывается защищать подсудимого, председательствующий должен назначить другого защитника для подсудимого» (п. 1 параграфа 145 УПК ФРГ).

У российского адвоката перечень оснований для назначения сам по себе вызывает удивление – как можно удалиться с судебного заседания?

Но более существенно другое – право суда назначить конкретного защитника является безусловным, органы корпорации, другие адвокатские объединения таким правом не наделены. По объяснениям коллег из Германии, составляемые (не во всех случаях) объединением списки, из которых в конкретном суде можно выбирать адвоката, вроде бы есть, но для суда не обязательны, и не всегда применяются. Было сказано (не берусь судить, насколько откровенно) и об отголосках проблемы карманных адвокатов. У нас в России при сходном регулировании это были бы не отголоски, а зарево.

В любом случае, то или иное регулирование, то или иное отношение к нему – суверенное дело немецких адвокатов.

Но для российской адвокатуры варианты жесткого госрегулирования нежелательны и даже неприемлемы. А вариант назначения защитника органом, в производстве которого находится дело, – безусловный фундамент для развития «карманной» адвокатуры. Точно так же, как и вариант назначения конкретного адвоката государственной структурой, либо назначения «государственного» адвоката.

P.S. О своей убежденности в необходимости принятия законопроекта № 469485-7 я уже неоднократно писал и говорил. В нем нет тоталитаризма, нет позиций, посягающих на свободу адвоката и автономию адвокатуры, как нет положений о прокуратуре либо Министерстве юстиции как второй инстанции по проверке результатов рассмотрения дисциплинарных производств, либо аналогичных им. И как ориентированный на развитие самоуправления российской адвокатуры, на развитие внутрикорпоративного регулирования, он необходим. Адвокатура в целом, в лице Совета ФПА РФ, его поддержала. Тогда в чем проблема? Наслаждаясь многообразием либеральных взглядов и подходов, оттолкнем вариант саморегулирования и будем дожидаться государственного? Например, по образцу демократического немецкого. А что – хорошая такая адвокатура получилась, спокойная.

P.P.S. Разъяснения Федеральной палаты Германии все же есть, например, в виде подробных и обстоятельных Тезисов о защите в уголовном процессе, разработанных Комиссией по уголовному праву ФПА Германии, но от квалификации их локально-нормативной природы и определения их значения немецкие коллегии деликатно воздержались.

Комментарии
НОВОСТИ
Ода документу мягкого права

Москва 14.12.2018

Пресс-служба ФПА РФ

Движение в верном направлении

Приморский край 14.12.2018

Пресс-служба ФПА РФ

Честно говоря

Москва 13.12.2018

Пресс-служба ФПА РФ